Алексей Васильев – Король Фейсал. Личность, эпоха, вера (страница 43)

Король уже имел представление о мощи Соединенных Штатов и сделал ставку на сотрудничество с США, а не на слабеющую, хотя совсем недавно могущественную Британскую империю.

14 февраля 1945 г. президент Рузвельт встретил короля на борту крейсера «Куинси» в Суэцком канале.

Президент хотел, чтобы Абдель Азиз помог ему решить проблему Палестины, потому что, по его мнению, англичане неправильно подходили к этому вопросу. Это стало огромной политической проблемой в США. Евреи Центральной Европы пострадали от Гитлера, сказал президент Абдель Азизу, — они были подвергнуты изгнаниям, пыткам, массовым убийствам. По мнению Рузвельта, он нес персональную ответственность за то, чтобы помочь этим несчастным людям, он хотел бы найти решение их проблем. Были ли у короля Саудовской Аравии какие-нибудь предложения?

Они у короля были. «Дайте им и их потомкам, — сказал Ибн Сауд, — самые лучшие земли и дома, принадлежащие немцам, которые угнетали их»[97].

Но это совсем не то, что президент имел в виду. Все евреи, пережившие катастрофу, объяснял он, ужасаются мысли остаться в Германии, где они могли бы снова пострадать, и у них есть «сентиментальное желание» поселиться в Палестине.

Абдель Азиз игнорировал последний пункт. Он сказал, что Британия и Америка стоят накануне полной победы над нацистской державой, он не понимает, чего евреи могут бояться после победы союзников.

Его твердость разочаровала Рузвельта, и он попытался найти другие аргументы. Он сказал, что рассчитывал бы на легендарное гостеприимство арабов, чтобы помочь решить эту проблему сионизма. Абдель Азиз возразил, что он не понимает, почему арабы Палестины должны оказывать особое гостеприимство евреям. Не палестинские арабы устраивали массовые убийства евреев. Это были немцы. И «как самый простой бедуин, саудовский король не мог понять, почему президент хочет спасти Германию от последствий ее преступлений. Бедуин добр по отношению к своим друзьям, но не к врагам». Но у бедуинов, объяснил Абдель Азиз, есть еще один обычай. О невинных жертвах войны заботятся племена-победители. Поэтому то же самое может быть сделано по отношению к евреям: пусть они расселятся среди 50 или более участников антигитлеровской коалиции. Но Палестина, по его мнению, — это самый маленький из участников коалиции. И она уже приняла более чем справедливую долю беженцев из Европы.

Видимо, эта встреча высветила для Рузвельта палестинскую проблему с неожиданной для него стороны. Им двигало искреннее желание чем-то помочь евреям и наивная надежда, что можно уговорить арабов участвовать в решении этой проблемы. В конце многочасовой беседы президент обещал саудовскому королю, что «он не предпримет ничего, чтобы помочь евреям против арабов, и не предпримет никакого шага, враждебного арабскому народу». Он поддержал план, в пользу которого высказался Абдель Азиз, — послать миссию на Запад, чтобы объяснить арабскую точку зрения по Палестине. Когда Рузвельт выступал в конгрессе США после возвращения в Вашингтон, он заявил: «От Ибн Сауда из Аравии за пять минут я узнал больше о проблеме мусульман и больше о еврейской проблеме, чем из дюжины донесений»[98].

На встрече с Рузвельтом Абдель Азиз подтвердил свое согласие на свободное использование саудовских портов в Персидском заливе английскими и американскими кораблями, а также на строительство крупной военно-воздушной базы. Однако он поставил условие, чтобы Саудовскую Аравию ни в коем случае не оккупировали, как Египет, Сирию, Ирак или Иран, и чтобы ни одна часть ее территории не была отчуждена. Базы, в которых нуждались американские ВВС, сдавались в аренду на период, не превышавший пять лет. После этого они должны были быть возвращены саудовскому государству со всеми воздвигнутыми сооружениями. Президенту не удалось добиться увеличения срока аренды. Король попросил также, чтобы часть легкого оружия, складированного в Иране, была по завершении военных действий передана саудовскому правительству. Взамен Абдель Азиз брал на себя обязательство объявить войну державам оси.

Король просил президента о дружбе и поддержке независимости своей страны и получил соответствующие заверения. Как считал У. Эдди, Абдель Азиз рассматривал эту встречу как гарантию от возможных поползновений Великобритании против его независимости.

Что касается нефти, то Рузвельт добился подтверждения королем существующих американских концессий, а также его согласия на строительство Трансаравийского нефтепровода, который должен был связать район Эль-Хасы со Средиземноморским побережьем.

Во время встречи Абдель Азиз поинтересовался, не уйдут ли США после войны в Западное полушарие и не останется ли Саудовская Аравия в сфере английского господства. Ему об этом все время твердят англичане. Президент заверил его, что США не позволят сохранить английскую монополию в регионе.

На прощание президент подарил королю, страдающему от боли в колене в результате старой раны, свою инвалидную коляску и обещал прислать в подарок самолет.

Абдель Азиз расстался с президентом более чем довольным. За 69 лет жизни это был первый лидер «неверного» государства, с которым он встречался, но лидер самой могущественной державы мира. А через три дня была назначена встреча с Уинстоном Черчиллем. Учитывая, что США становятся его главным партнером, Абдель Азиз спросил Рузвельта, не возражает ли он против его встречи с британским премьер-министром. «Почему бы нет, — сказал президент, — мне всегда приятно видеть господина Черчилля. И я думаю, он вам также понравится»[99].

Абдель Азизу не понравился Уинстон Черчилль.

Американский президент вел себя достаточно деликатно, чтобы не оскорбить религиозных чувств своего собеседника. Они спустились на обед различными лифтами. И Рузвельт приостановил свой лифт, чтобы выкурить две сигареты, а затем присоединился к Абдель Азизу за столом, где никакого алкоголя не подавали. Видимо, Черчилля тоже предупредили об обычаях короля. Поэтому британский премьер-министр произнес небольшую речь, смысл которой состоял в следующем: мол, я, конечно, понимаю, что вера требует от его величества лишать себя табака и спиртного, но «я должен сказать, что мое жизненное правило предписывает мне как абсолютно святое дело курить сигары, а также пить алкоголь перед, после и, если есть нужда, во время принятия пищи и в перерывах»[100]. Во время встречи Черчилль пригубливал виски и курил свои сигары.

Но не это было главным. Абдель Азиз не получил от Черчилля таких же заверений, какие сделал Рузвельт по поводу палестинской проблемы. Черчилль был опытнее в ближневосточной политике, чем американский президент, он не мог обещать то, что обещал Рузвельт, а именно — консультироваться с арабами по палестинским делам. Премьер-министр попытался применить другую тактику.

Абдель Азиз затем рассказывал полковнику Эдди в Джидде, что Черчилль как бы размахивал большой дубинкой: Великобритания субсидировала короля 20 лет и в течение 20 лет обеспечила стабильность его правления. Поэтому, аргументировал премьер-министр, «так как Британия помогла Саудовской Аравии пережить трудные дни, она сейчас рассчитывает на помощь короля в решении палестинской проблемы, лишь сильный арабский лидер сможет сдержать фанатичные арабские элементы и будет настаивать на умеренном подходе арабов, позволяющем достигнуть реалистического компромисса с сионизмом»[101]. Абдель Азиз утверждал, что он отверг это предложение Черчилля. Но, возможно, в беседе он был гораздо более осторожен. Абдель Азиз после встречи с Черчиллем так характеризовал его в беседе с Эдди: «Контраст между президентом и Черчиллем очень велик. Г-н Черчилль говорит обиняками, избегает ясности, меняет предмет обсуждения, чтобы избежать обязательств, заставляя меня вновь возвращаться к одной теме. Президент ищет четкости в беседе, стремясь устранить недопонимание и прояснить проблему»[102].

Абдель Азиз вернулся на борту британского крейсера в Джидду, где его с радостью встретили Фейсал и местные жители Джидды.

5 апреля 1945 г. Рузвельт в официальном письме вновь пообещал Абдель Азизу консультироваться с арабами по поводу Палестины. Он писал, что это его обещание — не только его личное мнение, но он дал его «как глава исполнительной власти».

Через неделю Рузвельт умер.

Заменивший его Гарри Трумэн игнорировал обещание своего предшественника.

Тем временем Эдди работал не только как дипломат, но и как разведчик. Ему нужно было узнать подробности о здоровье Абдель Азиза. «Что случится, если король умрет и рухнет нынешняя династия?» — задавали вопрос в США. Распадется ли страна на четыре разных государства — Хиджаз, Неджд, Эль-Хасу и Асир? Что случится с АРАМКО — богатейшим коммерческим приобретением в истории? Что будет с американскими вложениями в Саудовскую Аравию? Кто получит в свои руки гигантский аэропорт в Дахране, который является важнейшей базой для стратегических бомбардировщиков? Здоровье саудовского короля представляло собой первостепенный интерес. Как заявил один американский дипломат: «Лишь недавно моча и кал иностранного правителя стали представлять такой интерес для наших разведчиков».

Американцы решили внедрить разведчиков в экипаж из десяти человек, который должен обслуживать самолет, подаренный Рузвельтом королю. Самолет прибыл 14 апреля 1945 г., в день, когда был объявлен официальный траур по внезапно скончавшемуся президенту Рузвельту. На его борту был и Джон Филби — ценный посредник между американцами и королем. Американская разведка все активнее работала в Аравии и нуждалась в Филби, который считался проамерикански настроенным. Король принял старого друга, и он стал источником информации для американцев уже непосредственно в Саудовской Аравии.