Алексей В. – Святые провидцы (страница 4)
Жизнь Владимира стала совсем иной. Пять лет послушания в Оптиной, а сейчас вот дьяконом служит. Видимо, с Божией помощью, скоро рукоположат во священники.
Вот как закончились Володины поиски старца.
Отец Владимир знает многих чад своего духовного отца – схиигумена Илия. В том числе был знаком с одним бизнесменом и его водителем, про которых и пойдет дальше речь.
У бизнесмена этого дела плохо шли. И вот как-то раз удалось ему, видимо, по милости Божией, обратиться за помощью в Оптину, к старцу. По молитвам отца Илия дела пошли на лад. Рост материального благосостояния был налицо. На радостях бизнесмен приезжает к батюшке:
– Батюшка, дела хорошо так пошли! Вот хочу поблагодарить Господа! Благотворительностью хочу заняться! Что бы мне такое хорошее сделать? Батюшка, отец Илий, может, Вам что-то пожертвовать?
– Мне ничего не нужно. А если хочешь доброе дело сделать, Господа поблагодарить, то помоги вот одному бедствующему храму. Он, правда, не в Оптиной, но я тебе адрес дам.
– О чем разговор, батюшка дорогой?! Конечно, помогу! Давайте адрес, завтра же и пожертвую!
Проходит месяц, другой, а ему то некогда, то неохота куда-то ехать, то вроде и денег уже жалко. А в Оптину всё тянет. Постоит на литургии, исповедуется, причастится. Опять сердце загорится у него. Дела-то хорошо идут. Подойдет к старцу под благословение:
– Батюшка, я вот хочу пожертвовать что-то, доброе дело сделать! Кому помочь?
– Ну что ж, если хочешь доброе дело сделать, вот приюту помоги. Очень они нуждаются.
– Да я завтра же поеду в этот приют! Да я им так помогу! Книги духовные могу купить! Игрушки! Фрукты! А то иконы пожертвую!
Проходит месяц, другой – забыл о приюте. Да и адрес куда-то завалился.
Повторялось подобное не раз. И однажды старец как-то странно ему ответил. Он батюшке:
– Какое мне доброе дело сделать? Вот иконы кому-нибудь пожертвую! Завтра же!
Много икон!
А схиигумен Илий вместо того чтобы, как обычно, адрес какой-то назвать:
– Да ты теперь хоть одну только иконочку купи и пожертвуй.
– Почему одну?! Да я завтра же много икон куплю и пожертвую!
– Да нет, тебе теперь хоть одну бы успеть.
Вышел бизнесмен из храма, садится в машину и говорит водителю:
– Какой-то батюшка сегодня странный. Я ему говорю, что хочу много икон купить и пожертвовать. А он мне про одну икону отвечает. Дескать, чтобы я успел хоть одну пожертвовать. Странно очень. Ну ладно, одну-то купим. Сейчас, что ли, купить? Ладно, иди сходи в лавку, купи одну икону.
А водитель, человек верующий, обычно всегда кроткий был. А тут вдруг не согласился:
– Не пойду, вам старец благословил купить, вы сами и купите.
– Ну, какая ерунда! Да что вы сегодня, сговорились все, что ли, спорить со мной?
Вышел он из машины, сходил, купил икону, поехали домой. Проезжают мимо одного храма. Видно, что храм нуждается в ремонте.
– Во, сразу видно, что храм бедный. Вот ему и пожертвую.
Взял бизнесмен из машины икону, унес в храм. Вернулся. Едут дальше. Только километра не проехали, как он водителю и говорит:
– Что-то я как-то устал сегодня. Останови-ка машину, я немного отдохну.
Вышел из машины, прилег на траву. И умер.
…Я слушаю эту короткую историю и молчу. Потом говорю: «Все-таки старец-то не бросил его, не отвернулся. Молился за него, наверное. Вот он и сделал доброе дело перед смертью. Разбойник тоже вот только и успел сказать: помяни мя, Господи, егда приидеши во царствии Твоем». Отец дьякон кивает головой и отвечает грустно: «Да, оно так, конечно. Суды Божии – бездна многа. Но помнить нужно всегда: всем обещано прощение исповеданных грехов. Но никому из нас не обещан завтрашний день».
И мы едем дальше и долго молчим. А сумерки сгущаются, и день подходит к концу.
Ольга Рожнева
«Не уезжай в Москву»
Считается, что молитва старца Илия обладает особой силой. Рассказывают, что однажды к нему в скит доставили смертельно раненного в Чечне офицера-разведчика, который пять месяцев провел без сознания в разных госпиталях. Схиигумен Илий помолился над офицером – и тот открыл глаза, сознание вернулось к нему. После этого началось выздоровление.
Губернатор Волгоградской области Анатолий Бровко: «Старец Илий наделен даром прозорливости. Примерно год назад я был у него, и беседа зашла о том, где жить и работать. Илий сказал мне, чтобы я не уезжал ни в Москву, ни куда-либо еще из Волгограда, добавив, что приедет к нам в следующем году, после знакового события в жизни региона, в моей жизни». По утверждению Анатолия Бровко, эти слова стали своего рода пророчеством. В должность главы региона он вступил в январе следующего года. А старец Илий действительно потом посетил Волгоградскую область[4].
Записки о старце николае гурьянове с острова залита
24 августа 2002 года на 93 году жизни скончался известный старец – митрофорный протоиерей Николай Гурьянов.
Николай Алексеевич Гурьянов родился в 1909 году в купеческой семье в селе Чудские Заходы Гдовского уезда Санкт-Петербургской губернии. С детства прислуживал в алтаре. В 1926-м закончил Гатчинский педагогический техникум, в 1929-м – Ленинградский пединститут. В 1929–1931 годах преподавал математику, физику и биологию в школе и служил псаломщиком в Тосно Ленинградской области. В 1929-м был тайно рукоположен во священника. В 1931 году, когда начались гонения на Церковь, был арестован. Сидел в тюрьме «Кресты» в Ленинграде, был в лагере под Киевом и в ссылке в Сыктывкаре. В 1942 году был освобожден, после чего служил в приходах Латвии, Литвы и Эстонии. В 1958 году переведен в Псковскую епархию и назначен настоятелем храма святителя Николая на острове Залита.
Старец Николай сподобился многих даров Духа Святого, среди них – дары прозорливости, исцеления, чудотворений. Со всей России к старцу приезжали на остров Залита верующие люди, нуждающиеся в духовном совете, в молитвенной помощи старца.
Рассказы о старце
Впервые я посетила отца Николая в 1971 году, на следующий день после памяти апостолов Петра и Павла, чей храм стоял на соседнем от Залита острове.
Нас было шесть человек (к сегодняшнему дню все они уже умерли). Ехали мы просто на праздник, ничего тогда еще не зная ни о старчестве отца Николая, ни о его прозорливости. Первый день провели в Самолве, а потом сели на «ракету» и поплыли к острову. Среди нас были священники. Когда прибыли на остров Залита, батюшка встретил нас как подобает. Священники сразу подошли под благословение, и отец Николай пригласил всех к праздничному столу. Мы кушали и о чем-то разговаривали.
Я же то и дело отвлекалась и оглядывала все вокруг, благо, что с моего места сама могла видеть отца Николая, а он меня нет. Вот на стене увидела портрет человека, очень похожего на него. Сижу, разглядываю и думаю: «Ага, значит, это батюшка в молодости». А отец Николай в это время говорил с батюшками совершенно на другую тему. И вдруг он разворачивается ко мне и произносит: «А это мой брат!»
Я сразу же поняла, что при отце Николае ни о чем праздном думать нельзя: все будет услышано, даже самые тайные мысли. С того момента я батюшку стала воспринимать как очень великого, прозорливого священника.
Позже был большой перерыв, я долго не ездила к нему: стеснялась, что вдруг батюшка откроет все грехи, обличит…
Но вот обрушились на меня крупные неприятности, пошли одна за другой большие беды. И тогда я поехала к отцу Николаю, хотя и побаивалась даже подойти к нему. Батюшка же очень милостиво принял меня и разрешил буквально все вопросы, из-за которых я так страдала.
И в дальнейшем, когда возникал сложный, трудноразрешимый вопрос, я уже сразу ехала на остров: летом на катере, а зимой по льду.
От батюшки шла такая доброта, что у меня невольно из глаз лились слезы. Скажет, бывало: «Миленькая, ну что у тебя там?» Расскажешь, а он всегда успокоит: «Все слава Богу! Все будет хорошо. Господь поможет…»
Сила молитв отца Николая была нами очень ценима. До самой его кончины мы обращались к нему по всем вопросам, просили и советов, и молитв. Сейчас у меня в этом большой пробел. Ведь возникает много проблем, о разрешении которых не с кем посоветоваться. А батюшку даже спрашивать ни о чем не надо было: он и так все про всех знал.
Одна женщина рассказывала мне, как она была ошарашена, когда батюшка ей сразу при встрече сказал: «Как же вы приехали на такой карете, купив такой дорогой бензин?» Оказалось, что, действительно, они ехали до отца Николая на собственном очень дорогом микроавтобусе и заправлялись дорогим бензином. И то, что он сказал ей дальше, – все абсолютно сошлось.
Сама я из Эстонии, из Тарту. Вот как-то, когда выросли дети, я решила вернуться к мамочке, которая жила одна. Эти мысли я оставила при себе, потихоньку их обдумывая. Как-то раз пришлось мне поехать к отцу Николаю с другими вопросами. Подхожу к нему с листочком, на котором изложены проблемы, а батюшка вдруг сразу говорит: «Никуда не уезжайте. Псков – город хороший, народ здесь хороший». А ведь я об этом отъезде в ту минуту и не думала. Батюшка сам разрешил мои старые помыслы.
Когда умер мой папочка, священник Василий Борин, я приехала к отцу Николаю с этим горем. И батюшка пропел «Вечную память», а потом сказал, что мой папочка мог бы еще пожить, если бы не заболел. О его болезни я батюшке ничего не говорила…