Алексей Цветков – Записки аэронавта (страница 139)

на той ситуация та же но к вечеру кажется кажется мне уже и не кажется даже вот огненный глаз божества с высоты к полудню безжалостно выйдет он синие наши согреет цветы и желтые желтые видит здесь каждый в жару персонаж с полотна живущий в логу не вникая зачем так река холодна холодна и кто это ходит такая серпу неповадно и стебли тверды сплеча наудачу по корню гляди подошла и стоит у воды ты помнишь такую не помню

крылья

когда избу на заре запирала всех заплакать о себе собирала придорожных из кювета кикимор буйных леших из заречного бора а русалок приглашала на выбор но пришли толпой для полного сбора приплелось еще печальное что-то из-за черного как полночь болота нагляделась на любимые лица больше здесь я говорит не жилица обрекли меня стыду и бесчестью злое горе мне судьба причинила словно вынули из воздуха песню словно солнце окунули в чернила ни ногой теперь назад ни версты я невозвратные мои золотые и заплакали тогда и завыли в соснах совы загудели забили а печальное из чащ где трясина не имеющее формы и вида провожало до калитки спасибо ковыляло до плетня деловито остальные обнялись поревели и остались жить одни как умели долго шла через покосы и пашни в край где грохот и стеклянные башни в небесах стальные птицы летали в стороне обосновалась неблизкой и приматывала крылья бинтами и работала потом программисткой прежней жизни от нее ни привета далеко должно быть за морем где-то отчего мы с ней не за морем вместе слишком много там для нечисти чести ни слезинки у реки ни укора чахнет чаща в непричесанном виде мы от века не имели другого представления о свете и быте небо черное в трясине качалось лишь бы время все текло не кончалось

гость

одевала снегами зима мировой минерал разбегался и прыгал с холма высоту набирал за лисой устремлялся в лесу засыпал барсуком ледяную равнину внизу измерял босиком