Алексей Тенчой – Тайна родового древа. Вечная жизнь. Седьмой том (страница 12)

«Ну собрались девчонки погадать, что же тут такого? – понимая и оправдывая их, рассуждала она, считая правильным со своей стороны скрыть правду о произошедшем. – Переходный возраст, от этого ведь никуда не уйдёшь – как и интерес к мальчикам, это вполне нормальное явление в их годы».

Девчата этот поступок своей наставницы оценили и с этого дня прониклись к ней сильным уважением и доверием.

Конечно, появление призрака, почудившегося ей ночью, Ольга никак не могла понять, ведь и девочкам он тоже примерещился. Но им-то понятно отчего – они же его вызывали и находились в сильном эмоциональном напряжении, ожидая появления духа. Да что там говорить, если её, своего руководителя, они за монашку приняли! А вот того, что произошло лично с ней в ту бессонную ночь, она никак понять не могла и объяснения этому не находила.

То, что учудили тогда же ночью Максим и Николай, решившие поразвлечься пугая жительниц левого крыла, и вовсе осталось их мальчишеской тайной, о которой никто даже не догадывался.

Ольге Петровне все же хотелось с кем-то обсудить своё виде́ние, но так как круг её знакомых был ограничен коллегами, то она в разговоре с директором во время обеденного перерыва не удержалась и поведала Тамаре Васильевне о своей встрече с непрошеной гостьей, явившейся к ней в дурном сне на новом, необжитом ещё месте.

– А-а-а… – нараспев, довольная в своей правоте, с ухмылкой на лице протянула Тамара Васильевна. – А я вам говорила, что слухи просто так среди людей не рождаются, дорогая моя! Как говорится в народе: не бывает дыма без огня, – подняв вверх указательный палец, как бы подтвердила она свою речь строгим жестом.

– Да, – обречённым голосом согласилась с ней Ольга и, как вариант, предложила: – Может, нам освятить здание детского дома?

Тамара Васильевна рассмеялась.

– Вы думаете, что одна такая умная? Давно уже мы этот путь прошли. В нашем городе это уже в каждом доме сделали, но монашка всё равно время от времени показывается людям. Зла она никому не причинила, но только пугаются её все, да и, сами понимаете, даже во сне её увидеть – и то приятного мало.

Ольга, быстро прокрутив в голове прошедшую ночь и вспомнив, что монахиня что-то искала в её столе, предположила:

– Может, у неё при жизни забрали что-то и она теперь ищет повсюду свою вещь?

– Может, – согласилась Тамара Васильевна, – но на сегодняшний день история нам рассказывает, что это она ограбила человека – проживавшего здесь помещика Пантелеймонова, а не наоборот.

В кабинет коротко, тремя лёгкими ударами постучали и, не дожидаясь разрешения, дверь приоткрылась. В проеме появился уже знакомый Ольге старший лейтенант Евдокимов.

– Добрый день, позволите войти? – улыбнулся он женщинам.

– Да-да, конечно, Александр Сергеевич, проходите, пожалуйста. Каким попутным ветром к нам? – вежливо пригласила директор.

– Да вот, – немного смутившись, ответил он. – Я Ольге… – Александр Сергеевич закашлялся и, поправив себя, продолжил: – Простите, Ольге Петровне обещался заехать, попроведать её.

Он достал руку из-за спины и протянул ей маленький букетик крохотных белых астр.

– Мне? – изумилась Ольга, принимая цветы.

– Вам, – с сарказмом в голосе ответила вместо лейтенанта Тамара Васильевна. – Смотрю, а вы времени даром не теряете, и на работе, и на личном фронте шустрите, когда только успеваете?

– Зачем вы так? – с долей возмущения и обидой в голосе отозвалась Ольга и посмотрела на лейтенанта, будто ища у него поддержки. – Александр привёз меня сюда и, возможно, в силу своей ответственности интересуется, как я здесь обустроилась, в этом ничего такого нет, простая вежливость.

– Ну-ну… – Тамара Васильевна, ехидно засмеявшись, подметила: – «Ольга»… «Александр»…

Александр Сергеевич, наблюдавший эту сцену, вмиг пресёк эти «подколки» в Ольгин адрес, произнеся строгим тоном, которого от него никак не ожидала директор детского дома:

– Тамара Васильевна, давайте раз и навсегда остановим эти женские толки. Я действительно зашёл сегодня для того, чтобы поинтересоваться, как здесь обустроилась женщина, которая мне как человек очень понравилась, и поэтому с сегодняшнего дня я буду здесь появляться часто, поскольку всерьёз намерен изменить своё холостяцкое положение. Так что, уважаемая Тамара Васильевна, вы очень правильно подметили мою симпатию к Ольге Петровне, и это не должно вызывать ваших насмешек в её сторону – намерения мои более чем серьёзны.

Директор, разинув рот в изумлении, ловила каждое его слово.

Александр Сергеевич раскрыл свою папку для бумаг и достал оттуда две плитки шоколада. Одну он положил на стол Тамары Васильевны, а другую, подойдя к Ольге и улыбнувшись, отдал ей.

Она тоже улыбнулась ему в ответ очень искренней и благодарной улыбкой, и, возможно, именно в этот момент впервые после развода с мужем, за все эти безрадостные, наполненные слезами и горем дни, её глаза засияли счастливыми огоньками.

– Спасибо вам большое, – поблагодарила она Александра.

– Запишите себе мой номер телефона, – предложил Ольге Александр, и она вспомнила, что забыла свой ежедневник в комнате.

– Подождите меня здесь минутку, я сейчас, – попросила она его и, выскочив из кабинета, побежала в свою комнату.

Положив на стол цветы и шоколадку, она схватила свой блокнот и так же бегом понеслась назад.

Александр уже вышел из директорского кабинета и ждал её у дверей.

– Диктуйте, – сказала Ольга, принимаясь листать ежедневник.

Страницы замелькали у неё перед глазами, и она, вдруг став сама не своя, вся побледнев, захлопнула блокнот.

От опытного старшего лейтенанта не ускользнул её сильный испуг.

– Что случилось? – поинтересовался он.

– Там… – ответила Ольга, протягивая ему ежедневник.

Александр взял его в руки и пролистал страница за страницей от начала до конца.

– Ничего особенного, самые обычные записи, – сказал он, возвращая Ольге блокнот. – Что здесь могло так сильно вас напугать? – очень спокойно попытался выяснить он.

Ольга растерянно смотрела ему в глаза, боясь произнести даже слово, но он взял её ладонь в свои руки и ещё раз попросил:

– Оля, вы можете мне доверять.

– Кровь. Я видела там кровь, на всех страницах пятна, – выдавив из себя это признание, она расплакалась.

ОЛЬГА ДЕЛИТСЯ С АЛЕКСАНДРОМ ПРОИЗОШЕДШИМИ НОЧЬЮ СОБЫТИЯМИ

– Тихо, тихо, тихо, Оля, – успокаивал её, приобняв одной рукой за плечи, Александр. – Вам что-то показалось, померещилось. Так бывает.

Ольга, немного успокоившись, призналась:

– Я думаю, что именно вам должна доверить информацию, с которой ни с кем не могу поделиться.

Александр сразу же понял, что она хочет посвятить его в свою личную тайну. Весь подобравшись, он вытянулся в струночку.

– Конечно, Ольга, вы можете полностью рассчитывать на меня. – Он пристально посмотрел ей в глаза и увидел в них затаившийся страх. – Если вас что-то тревожит, я хотел бы об этом узнать, чтобы понять и оценить ситуацию, в которой могу быть вам полезен.

Ольга оглянулась вокруг. Везде были люди: сотрудники проходили мимо них, дети сновали по коридору тут и там. Она растерянно пожала плечами.

– Понимаете, Александр, мне надо сосредоточиться, а в такой напряжённой обстановке я вряд ли сумею собраться с мыслями и внятно всё объяснить. Кроме того… – Помолчав, Ольга в раздумье добавила: – Это такая тема, о которой мне очень неловко будет вам говорить, и я прошу, чтобы всё, что вы узнаете от меня, осталось между нами.

– Конечно, Ольга, само собой, вы могли бы даже не упоминать об этом.

Постучав и сразу открыв в коридор дверь своего кабинета, сначала выглянула, а потом показалась вся Тамара Васильевна.

– Можно выйти, не помешаю? – саркастично поинтересовалась она и, оценивая ситуацию, окинула их внимательным высокомерным взором, после чего с огромным недовольством в голосе повелительно обратилась к своей сотруднице: – Ольга Петровна, обед давно окончен, пора бы вернуться к своим непосредственным обязанностям и вспомнить о детях.

– Да-да, – откликнулась завуч, – я уже иду к ним.

– Я заеду к вам после рабочего дня, ближе к вечеру, чтобы нас от разговора ничто не отвлекало, – сказал Евдокимов, чувствуя замешательство девушки и неловкость перед директором.

Ольгу немного смущало, что её снова увидят в обществе Александра, но отказываться от его визита она не стала, понимая, что открыться ей больше некому, ведь все коллеги – это какие-то озлобленные, непонятно чему завидующие, недовольные и агрессивные люди.

– Хорошо, – согласилась она и, игнорируя раздражение директора, сказала: – Давайте Александр, часам к восьми встретимся, я уже буду свободна, и мы сможем пообщаться. Ну а сейчас, простите, пожалуйста, меня ждут дела.

Тамара Васильевна, поджав свои, видимо, только что подкрашенные губы, перевела внимание на блюстителя порядка.

– Александр Сергеевич, – приветливо сказала она, – может, вам кофе предложить?

– Спасибо, – сухо ответил он. – У меня срочные выезды. Всего доброго, – попрощался старший лейтенант и, надеясь ещё на улице застать Ольгу, направился к выходу.

Едва Евдокимов скрылся из виду, Тамара Васильевна со злостью, демонстративно захлопнула дверь.

Ольга уже обогнула здание, чтобы подняться по боковой лестнице к детям на чердак, когда её, высунувшись почти по пояс из окна своего кабинета, окрикнула Тамара Васильевна: