Алексей Сысоев – Рейнхард Шрёдер, как исправить реальность (страница 49)

— Ричард тоже умеет отводить глаза, — проговорила Лаура. — Очень удобно, когда не умеешь много чего другого.

Ричард не отреагировал на ее колкость, он заговорил с Саной обеспокоенным тоном:

— Я знаю, что ты затеяла что-то потрясающее основы мироздания. Зачем? Оставь этот мир в покое, вы и так играете с опасными силами, связавшись с этим немцем.

— Я? Это все Саша, Ричи. Вот и читай ему морали. Я этот мир давно оставила в покое, рассудив, что он прекрасно живет и развивается без всякого моего участия. Но твое вероятное «Я» в этой пространственно-временной точке родилось с синдромом героя, и все ему неймется. Когда ты захватил власть над миром в своей реальности, ты тоже исправлял все катастрофы и несправедливости, до каких мог добраться?

— Да, я люблю порядок.

— Ну, это у вас, просто-таки наследственное! — всплеснула руками Сана.

— А это еще кто? — спросила Лаура, уставившись на Толика.

— Эй-эй, это же мой оруженосец, и вы уже знакомы! — возмутился Саша.

— А, да. Вот почему он сидит здесь и подслушивает все наши страшные магические тайны. Я удивилась свидетелю.

— Он отправиться с нами, — обронила Сана.

— Что?! — воскликнул Саша и Толик одновременно.

Бедолага, даже выронил на стол свою машинку.

— Ему будет полезно. К тому же, он имеет к этим событиям некоторое отношение и послужит индикатором.

Толик сидел с квадратными глазами, как будто не веря происходящему, и что сейчас будет участвовать в чем-то, что потрясет основы мироздания.

— Где твой демон, Сана, почему он тебя не останавливает? — спросил Ричард. — Мне показалось, это одна из его функций.

— Он бегает трусцой по парку и тренирует жим лежа в образе американского культуриста итальянского происхождения. В данную минуту это занимает его больше, чем то, что я планирую сотворить с этим миром.

Саша недовольно пробурчал:

— И слава богу, а то я бы чувствовал себя героем какого-то мистического сериала, где персонажи ходят всей компанией даже в туалет. Это наше с Саной дело, а собралась целая толпа!

— Я хочу в этом участвовать, я могу оказаться полезной! — возразила Лаура.

Ричард печально изрек:

— В моем мире такие вещи предрекли начало конца, она никогда не могла остаться в стороне, я предупреждал. Она хотела участвовать в ваших приключениях.

— Если мне понадобиться твой упаднический комментарий, Ричард, я тебя уведомлю, — проговорила Лаура, уперев кулаки в бока. — Пока каждый из нас может что-то сделать, чтобы в этом мире было меньше несчастий… Надо, короче, это делать.

Сана над чем-то засмеялась, потом пояснила:

— Как так случилось, что меня окружили сплошь герои, рвущиеся спасать мир? Что с вами случилось, ребята? Я меняла вас, рассказывая о мире, тайнах и мудрости, но не рассчитывала, что это повлияет на вас именно таким образом.

— На меня ты повлияла иначе. Я захотел божественной власти, — произнес Ричард. Так что радуйся, что в этой реальности все иначе.

— И то верно, дорогой Ричард, — согласилась Сана. — Должна вам признаться, я немного волнуюсь. Все очень вариативно, я сама не знаю, что в итоге получиться. Неужели я смогу? Но я хочу попробовать. За этим я воплотилась в эту личность, совершать и пробовать новое. Раскрывать новые грани существования.

— Сана, ты вводишь нас в смущение, — вставил Саша. — Не знаешь, чем закончится? Попробовать? Что за речи перед тем, как перевернуть мир?

— Ты прав, что-то я разболталась. Это все волнительное девичье сердце. Ну что ж, пойдемте попробуем, сегодня мы всколыхнем планету.

Вся их команда оказалась в небольшом городке под палящим солнцем. Они стояли на улице, глядя на площадь, вымощенную неровными камнями, окруженную двух и трех этажными зданиями песочного цвета, с яркими вывесками. Подле них приткнулись матерчатые лотки с фруктами и овощами, продавцы в национальной одежде зазывали покупателей. Море людей шло по своим делам. Ездили редкие старинные машины, нещадно гудя на пешеходов.

Ярко светило солнце в безоблачном небе.

— Мы что, в прошлом? — спросил Саша.

— Именно так. Это город Батанг, на чью площадь должна упасть ракета с вирусом 23 мая 1968 года. То есть, примерно, через одну минуту, тридцать шесть секунд.

— Здесь? Ведь точное место падения так и не определили.

— Я определила, — подмигнула Сана.

Саша отмахнулся:

— Но это опять не настоящее прошлое. Появившись здесь, мы уже создали другую реальность, ведь так ты учила?

Сана прервала его:

— Это было бы верно в том случае, если бы документально было зафиксировано, что перед взрывом, в центре Батанга не появились какие-то посторонние люди. Разве мы знаем, что такого не случалось? Кто сказал, что это не то самое прошлое, которое описано в наших книгах?

Саша потерял дар речи от такого предположения.

— Но все эти люди, они же… — начал он.

— Что? Видят нас? Они нас не видят. Я наложила невидимость. И тем более, никто из них ведь уже не расскажет современникам, что здесь случилось.

— Куда это ты клонишь, Серебрякова? — нахмурился Ричард.

Но девушка взглянула на небо и проговорила: — Стойте здесь, я сейчас буду видима для окружающих, они должны видеть только меня, толпа посторонних белолицых зевак в момент катастрофы, вызовет непрогнозируемую путаницу и, чего доброго, какой-нибудь апокалипсис. Слышите этот звук? Это летит ракета.

Действительно, в небе над городом появился отдаленный гул, который пока был трудно различим в гвалте оживленной улицы.

Сана развернулась и пошла к центру площади.

Гул стал явственнее, и Саша готов был поклясться, что разглядел блеснувшую на солнце черную точку, которая все более увеличиваясь, по мере приближения.

Лишь немногие горожане что-то услышали, подняв головы. Неужели их конец был именно таким? Вот так, просто обычный день, просто что-то гудело в небе, а потом через несколько секунд все живое вокруг вымерло, и центральная часть целого континента опустела.

По дуге на город падала черная толстая ракета, отчетливо видимая в голубом небе, а люди смотрели на девушку в белом платье и соломенной шляпе, плавно идущую, словно прогуливаясь. Она остановилась, и с улыбкой поглядела в небо.

Площадь замирала, люди останавливались, поднимали головы.

А потом она протянула руку, и золотой луч ударил вверх, распустился цветком, ударившись в бомбу, окружил сверкающей полусферой, остановив в нескольких десятках метрах над землей. Гладкий бок сверкал черным лаком на солнце, бомба висела над площадью, окруженная золотистым свечением, она застыла в воздухе, замерзнув навсегда во времени и пространстве.

Город начал охватывать гвалт, люди вскидывали руки, указывая на предмет, застывший в небе. Продавцы прятались под свои лотки. Девушка же в соломенной шляпе, так же с улыбкой опустила руку и просто пошла прочь.

Так это выглядело для жителей Батанга, Саша, же видел, что Сана идет обратно.

— Вот и все, я спасла их, — сказала им волшебница с улыбкой.

— А почему эта штука все еще болтается в воздухе, как будто, не ровен час, свалится и взорвется? — спросила Лаура, недоверчиво глядя на бомбу.

— Потому что урок должен был остаться. И он будет висеть в небе Батанга, всегда напоминая людям о том, что могло случиться, и чего они избежали благодаря неизвестному чуду.

— И что дальше, Серебрякова? — спросил Ричард, складывая руки на груди. — Я хорошо выучил твои уроки. Прошлое не изменить тем способом, который ты только что проделала. Ты создала новую реальность, параллельное прошлое. Оно никак не отразится на нашем… на вашем настоящем.

— Ты слышал, что я сказала Саше, Ричард? Ты уверен, что мы сейчас не в том самом прошлом? И ты уверен, что я его меняла? Может, оно было таким?

— Что ты несешь? — воскликнул маг.

— Я уже спасла этих людей. Ракета не падала.

— Что?! — воскликнули все хором.

— Каким образом, Сана? — спросил Саша.

— Таким, что ты видишь сейчас, — со всей непосредственностью улыбнулась богиня. — Мы настроились на прошлую реальность, и я остановила ракету.

— Но как же, — возмутился Саша, — люди ведь умерли, это записано в книгах, об этом сняли фильмы!

— Умерли или исчезли? — наклонила на бок голову Сана. Потом сцепив руки перед собой начала прохаживаться по пыльной дороге, рассуждая:

— Давайте подумаем, что зафиксировано в документах, в памяти людей и непосредственно в истории об этих событиях? Господин Мухато одержимый навязчивыми идеями и, по свидетельствам исследований его последних выступлений, страдающий шизофренией, паранойей и тревожностью, решил, что затянувшуюся войну в регионе пора закончить уничтожением всех, включая собственную страну. Враги все равно победят. По его приказу по столице основного противника была пущена ракета с экспериментальным вирусом. После чего, диктатор то ли в приступе отчаяния, то ли от внезапного раскаяния, а может, охваченный банальным страхом умереть от собственной заразы, выпрыгнул в окно своего кабинета и разбился насмерть, что, кстати, довольно удобно, позже объясню, почему. Далее данные об этих событиях уже не так стройны. Связь со многими городами была сразу утеряна, царила неразбериха, в соседних государствах началась паника. Только через несколько дней удалось установить, что в четырех странах опустели все города. Поскольку ракета была с агрессивным экспериментальным вирусом, уничтожающим органику, предположили, что людей истребил вирус, а тела хм… растворились.