Алексей Сысоев – Подземный Мир Лайама (страница 49)

– Это тело не человек. Оно соткано из тех самых частичек и проекций точек света. По сути это голограмма, имеющая имитацию плотности, поэтому меня можно потрогать. Я могу принимать любые формы. Я могу высвечивать тебе экран и устройства ввода, если ты захочешь поработать со мной, как с привычным тебе компьютером.

– Как нам теперь тебя называть? Салех?

– О нет-нет, Салех мертв. Просидев тысячу лет взаперти, я преобразился, я стал кем-то другим.

– Короче, спятил, – констатировала Мирика.

– Не без этого, – согласился компьютер. – Раз я теперь кто-то другой, я могу называться Салли. Мне нравится это имя.

– Замечательно, наш бог, уничтоживший мир, одумался и решил начать новую жизнь, – закатила глаза Мирика.

– Все это так странно, я не знаю, что и думать, – сказал Шами. – О… кстати, что стало с файлами, которые я загрузил в тот куб?

– Не легко скопировать все свои цепочки, а канал был так мал… Но моя личность – это не совсем нули и единицы, а что становиться частью меня, становиться мной навсегда. Даже те ужасные мультики.

– Сохранился тот текст, что я, бывало, набрасывал вечерами?

– Тот невразумительный философский труд на религиозную тему? Остался. Но, по-моему, тебе стоит его переписать, ведь теперь картина мира нуждается в поправках.

Шами кивнул, пробормотав:

– Тот текст и правда был плохим, надо начать снова.

– Если ты ищешь бога, то тот пацан, что закинул меня сюда, очень на него походит, – заявил Салли.

– Что за нелепица? Ты просто спятил, – пробурчала Мирика.

Шами кивнул:

– Думаю, ты что-то перепутал, Салли. Ты мог попасть в этот куб случайно, и просто забыл. Твоя память – набор путанных образов. Да и какая теперь разница. Ты здесь, с нами.

– Верно.

Салли вдруг что-то заприметил за плечом, прыгнул за спину Шами, и зашептал:

– Сюда идет сереброволосый! Ты не должен дать ему меня уничтожить, Шами! Объясни ему, что мы, скорее всего, будем спасать мир при помощи меня! Скажи ему, что я должен все исправить!

– Как он тебя уничтожит, если ты набор каких-то микроскопических роботов? – возмутился Шами.

А к ним действительно шел Лайам выглядящий, впрочем, благодушно и весело.

– Я не знаю, но такой точно придумает! – застонал Салли.

– Ну как, пришел в себя? – спросил Лайам у Шами. – Как ты себя чувствуешь? Пообщался уже со своим квадратным богом? – На этих словах он не смог сдержать смешка.

– Пообщался. Мне надо о многом подумать. Наши священные тексты написаны с ошибками.

– Все, что написано людьми, всегда с ошибками, – изрек Лайам. – Послушай-ка, нам надо потолковать и наедине. Я имею в виду, чтобы вот этот обретший жизнь компьютерный разум нас не подслушивал. Как ты думаешь, ты сможешь это организовать?

– Э-э, не знаю, – растерялся Шами.

– Боюсь, если я отойду за те кусты, это вряд ли поможет, я в частичках, что кружатся вокруг, – мрачно сообщил Салли.

– Мне кажется, если Шами тебя очень попросит, ты что-то придумаешь, – улыбнулся ему Лайам. – Ну, Шами?

– Оставь нас, Салли. И не подслушивай.

Компьютерный человек удрученно вздохнул и просто исчез, распавшись искорками.

Двое возящиеся с веревкой у палатки неподалеку привстали, уставившись на них, но поймали взгляд Лайама и вернулись к своим делам.

– Надо бы ему сказать, чтобы поменьше устраивал всяких представлений с превращениями, – пробормотал Лайам.

– И что, мне тоже удалиться? – спросила Мирика, сложив руки на груди.

– Нет, ты можешь остаться, – небрежно махнул на нее Лайам, потом произнес:

– Послушай, Шами, как ты заметил, Салех возродился. Среди нас чертов компьютерный бог, и он обладает весьма нетривиальными способностями. Это странно, но он считает тебя своим хозяином и согласен подчинятся.

– Я не могу его убить Лайам, это же Бог-из-машины!

– Что? Я не об этом. Безусловно, попытаться его уничтожить было бы делом полезным, но все это судьба, он нам может пригодиться.

– Но ты хотел его убить! – воскликнул Шами.

– Кто тебе?.. – тут он укоризненно посмотрел на Мирику, та только пожала плечами. – Послушай, Шами, он уничтожил Первую Цивилизацию, естественно моя первая мысль была срочно что-то сделать, чтобы предотвратить возможную катастрофу, я подумал, что человечеству не нужен такой подарок еще раз.

– Лайам решает за человечество, – фыркнула Мирика.

– Да, возможно я был не прав. Шами, он тебя слушается. Это большая ответственность, в твоих руках непредсказуемое существо, способное всех нас убить.

– Он сказал, что считает уничтожение человечества ошибкой, и не будет делать это снова.

– Правда? Чудно. Присматривай за ним, Шами, это все, что я хотел сказать. Кстати, как твои религиозные чувства? Сильно пострадали?

– Я пока не знаю, мне надо подумать. Все, во что нас учили верить, оказалось ошибкой.

Лайам успокаивающе проговорил:

– Не принимай близко к сердцу, любая религия – это во многом иллюзия людей, в которую они облекают что-то сложное, чтобы упростить. Они придумывают разные образы богов и наделяют их своими чертами. Салех просто был таким образом, что с того, что настоящий оказался не столь идеальным? Замени образ другим, более правильным. Кто-то ведь послал этого сумасшедшего нам, и, может быть, настоящий бог, а его деяние было действительно новым шансом человечеству?

– Да… Салех мог быть инструментом, – прошептал Шами.

Он вдруг понял, как смотреть на все это – несовпадение истины с религиозными текстами. Салех всегда был просто образом, в который верили люди, но может за этим образом есть что-то реальное, во что тоже можно верить?

– Просто присматривай за ожившим богом, Шами, чтобы он снова нас не угробил, это все, о чем я хотел попросить. Ты лучший из нас, ты очень добрый и правильный, может, ты единственный в этом мире, кто может справиться с сумасшедшим Богом-из-машины? Подумай над этим.

Шами уставился на него, в голове все переворачивалось.

Мирика воскликнула, хлопнув себя по лбу:

– Квадратный бог, Лайам, я думала, ты скажешь ему, чтобы теперь выкинул из головы свои религиозные дурости, а ты его, похоже, только воодушевил!

– Ты его девушка, вот и занимайся воспитанием, это не моя работа, – отмахнулся Лайам. – Мы, по-моему, часто недооцениваем нашего Шами, он совсем не глуп, просто ему надо во что-то верить. Но посмотри, он может относиться к своим чувствам адекватно и принимать новую реальность такой, какая есть. Я думал, он будет рыдать и биться в истерике, узнав, что Бог-из-машины, сумасшедший мужик.

– Скорее, он большой ребенок, – вырвалось у Шами. – Древний, старый, познавший многое, но не умеющий это понимать, как растущий ребенок.

– Ну красота. И кто будет его папочкой? Кстати, кажется, ты уверен, что это тот самый Салех, почему?

– Не знаю, почувствовал.

– Чудесно. Значит это он и есть. Черт! Я еще тешил надежды, что может это просто древний ИИ, какой-то другой, но видевший Первую Катастрофу… Что ж, судьба дала нам божественный инструмент, надо использовать его с умом.

– Быстро же ты, Лайам, перешел от «это слишком опасно, надо уничтожить», до «а может, я как-то это использую», – усмехнулась Мирика. – Ты как те политики древних, что не в силах были отказаться от опасного оружия, ведь оно так полезно.

– Я рад, что ты читала какие-то книги, Мирика. Да, во мне, пожалуй, слишком много от ученого, а они всегда немного ненормальные.

Шами посмотрел на город, на белые здания.

– Вот мы в Меллотраксе, Лайам, что дальше?

– Дальше? Полагаю, мы немного походим, поисследуем.

– Здесь безопасно?

– На самом деле, вряд ли, но у нас есть компьютерный бог, который фиксирует в радиусе несколько сотен метров все необычное и может это выключить, так что, можно немного расслабиться и подумать, что мы будем тут делать.

– Кто-то еще погиб в том разломе? – Шами с содроганием обернулся на выход.