Алексей Свадковский – Расплата за верность (страница 37)
— Не со всеми нашими членами можно связаться с помощью Ключа, по крайней мере, пока они у себя дома. Но именно поэтому конкретно этот охотник тебе и подойдет.
Архимаг бросил в жаровню рядом с пентаграммой пару щепоток содержимого шкатулки, стоявшей на ближайшей к углу стойке, и Саймира с неожиданным для себя облегчением уловила четкий травяной аромат.
— Как и говорил один мой старый друг, лучший охотник на демонов — демон. Не знаю его историю, хотя не скрою, мне было бы любопытно ее услышать, но говорят про него разное. То ли он сын архидемона и смертной, насильно превращенной в демоницу, а потому ненавидящий всех себе подобных. То ли старший ученик сошедшего с ума дикого. То ли избалованный наследник главы демонического клана, которого меж тем не спешат поднимать по лестнице силы, потому и охотится сынок втихаря на других демонов, ослабленных нахождением в Радуге миров… Хотя последнее точно вряд ли. Сама поймешь, как только его увидишь. Надеюсь, сейчас он не занят и ответит на призыв.
Пламя в жаровне вспыхнуло, засветились линии пентаграммы, потянулись минуты ожидания. Несколько новых горстей травы отправились в чашу. Сай устроилась в дальнем кресле и ждала. Девушка надеялась, что беспокойный Забияка, с самого начала оставленный в холле под присмотром невозмутимого дворецкого, не наделает глупостей или не начнет ее искать. Отправить ему письмо, что ли?
Боковое зрение уловило движение, а сидящий в соседнем кресле Турух нетерпеливо подался вперед.
Ограниченный напитанными силой линиями воздух подернулся рябью, и из невообразимой дали внутрь рисунка ступил демон. В длиннополом пальто. Небольшое усилие над собой — и черты визитера исказились, поплыли и довольно быстро сложились в облик высокого широкоплечего мужчины, скорее всего, человеческой расы. Белые волосы, черные кожаные брюки и такая же жилетка с пряжками. Красный плащ до пят. Монструозный меч, поколебавшись, превратился в пистолет с длинным гравированным стволом.
Непринужденно выйдя из пентаграммы, мужик развалился в свободном кресле и зыркнул на архимага:
— Турух, есть работа? Плата вперед.
Воздух в Городе-в-Пустоте не может быть свежим и вкусным, ведь перекресток находится в Межреальности, а искусственная среда, как ни старайся, мертва и ассоциируется с промышленными очистителями. И все же Саймира вдохнула его полной грудью, как будто век провела в сыром затхлом подвале. Ей тут же мысленно представилось обиженное лицо архимага, услышавшего о подобном сравнении своей лаборатории с подземельем, и девушка нервно хихикнула, вызвав подозрительный взгляд своего телохранителя.
Да, переговоры вышли… необычными. Отказавшийся представиться демон (или все-таки полукровка?) в принципе не собирался работать в Аду. Он и так там живет, этого хватает. Но глава охотников, перемежая новости об общих знакомых с непонятными намеками, все же уговорил того хотя бы собрать слухи. И тут в полный рост встал вопрос оплаты. Деньги, как и иные материальные ценности, будь то артефакты, редкие ингредиенты или сильнейшие зелья, наемника из Бездны не интересовали. Все добытые кристаллы с темными душами Рэн забрал с собой, найти новые быстро не получится, Сай и так перед рейдом пропылесосила весь рынок, всколыхнув цены.
Дело сдвинулось с мертвой точки, когда девушка упомянула свитки с уже заключенными контрактами на призыв демонов в Радугу миров. У Рэна ведь, вроде бы, были подобные… То как предвкушающе сглотнул белобрысый громила, анир предпочла демонстративно не заметить, но в голове себе пометку сделала. Главное, чтобы гостевой ключ от личного дома пустил ее в сокровищницу. Да даже если не пустит — попробует раздобыть нужные свитки сама, элитный торговец она или нет?
Наиболее перспективным в плане оплаты оказался призыв самого охотника… в Топи Тлат’нока. Рэн в составе виры от Ящеров получил возможность стребовать с толстошкурых одну небольшую услугу. Но вот хватит ли ее для того, чтобы получить право посещения мира, принадлежащего текущим противникам? Саймиру терзали вполне обоснованные сомнения. Как вообще к подобному вопросу во время войны Домов подступиться? Да и Медж взбунтуется, едва услышит о проклятых Топях…
Всевозможные мысли крутились в голове, девушка прикидывала так и этак, как бы воспользоваться новым знакомством и что еще можно предложить этому своеобразному охотнику в качестве платы. Очень уж необычные обрывки историй услышала она, пока архимаг уламывал демона. Тот явно не так прост, как хочет казаться… А ноги, меж тем, принесли ее на четвертый ярус, в Бархатный переулок.
Пальцы нащупали салатово-черную визитку. Раз уж затея с Лигой выгорела, стоит сначала хотя бы собрать информацию, а в сомнительные лаборатории обращаться, только если Рэна удастся найти, но не получится вытащить. Сай сжала зубы и резко вдохнула воздух, не позволяя себе поддаться эмоциям и потерять нужный настрой. Она справится, они справятся.
— Девушка-красавица, вам письмо!
Ррау, уставший от долгого ожидания, а еще более уязвленный тем, что пропустил первый визит Туруха, резко развернулся, выхватывая Активатор, и низко зарычал.
— Оу-оу, спокойно, мохнатик! На городских посыльных запрещено нападать! — нечто оплывшее, неопределенного пола, больше всего похожее на морского слона, вставшего на ноги, благоразумно отскочив назад, тыкало себя толстым серым пальцем в жетон на груди. — У меня письмо для хозяев этого дома. Личное. Не реклама.
Посыльный призывно покрутил конвертом, но Ррау даже не думал отходить в сторону. Мало ли кто какую гадость решит всучить его подопечной.
— Ну как хотите.
Осторожно бочком обойдя отодвинувшихся хаоситов, служащий опустил конверт в почтовый ящик и, фальшиво насвистывая себе под нос легкомысленный мотивчик, отправился восвояси, подальше от нервных хозяев. На этом ярусе простые суры не живут.
В принципе, до очередного бумажного мусора Сай дела не было — ну не мог ей сюда никто личные письма писать! — но… штемпель отправителя на конверте. Стилизованный парус, выгнутый треугольником так, что напоминает ракету. Знакомая до ночных кошмаров эмблема космической экспедиции ее родного мира.
Рука сама нашла ключ от Дома Тайн и вставила его в замок.
В гулкой пустоте холла Саймира крутила в руках плотный конверт из пластолита и все никак не решалась открыть. Оттягивала момент, самой себе объясняя задержку необходимостью выяснить, подделка ли это или действительно взято в канцелярии станции. Небрежные нитяные заусенцы на углу клапана, несколько непропечатанных точек в эмблеме, не до конца пробитая дорожка проколов в линии отрыва… Если бы кто-то задумал изготовить имитацию, наверняка постарался бы сделать все идеально, так ведь?
Но как⁈ Как кто-то из далекого прошлого, где все считали девушку погибшей, нашел ее? Да еще здесь, на перекрестке миров в Междумирье, где она появляется раз в год по обещанию. Хотя, в «большой мир» она вышла именно отсюда, заключив сделку с «Силдон Корп». Но опять-таки, как Игрок, а не подающий надежды аналитик научной экспедиции, да и анир не затворники, ее соплеменников много где встретить можно…
Забияка, спокойно плюхнувшись на пол у входной двери, небрежно привалился к стене и с аппетитом вгрызся в пластину походного рациона, запивая чем-то ароматным из фляжки. Времени до завершения суток еще было с запасом, а неожиданная корреспонденция его больше не беспокоила. Почтовые ящики в столь необычном месте служили не только контейнером для хранения бумажек, но и выполняли функции стража, обеспечивая безопасность хозяев. Всякую отраву, болезни, магические метки, разрушительные чары, проклятия и прочую черноту они не пропустят, иначе бы почта здесь просто-напросто не существовала. А учитывая,
Характерный треск лопающегося пластика. Сай все-таки решилась вскрыть пухлый конверт. На свет появились сложенные втрое листы. В первую очередь взгляд наткнулся на до боли знакомые, хотя, казалось бы, давным-давно забытые сводные таблицы. Расчет плотности потока Эйгера-Мастерса, светимость частиц Гюйеля в замкнутых колбах и в открытой среде, напряжение поля выхлопа малых пространственных двигателей. Это не ее профиль, но тогда наизусть их знали все…
Сглотнув ставшую вязкой слюну, анир захотела отобрать фляжку у белого тигра, но перед глазами встали картины прошлого и стало не до выпивки.