Алексей Суконкин – Переводчик (страница 14)

— Это нападение чеченцев?

— Это мина взорвалась. Наверно кто-то зашел на минное поле… спи давай.

Дима отвернулся и перестал шевелиться. Олег прикрыл глаза, как тут же снаружи донеслась пулеметная очередь.

— Дима, там точно кто-то есть. Пулемет стреляет!

— Пусть стреляет, — не поворачиваясь, ответил Дима. — Если там кто-то есть, то объявят тревогу. Если что-то незначительное, караул сам справится.

Дима уснул. Олег поворочался немного, и тоже забылся во сне.

Утром его растолкал Лунин:

— Вставай, алкоголик. Развод скоро.

Голова гудела, и каждое движение отдавалось наплывом боли. Олег встал с нар, и умылся в дачном умывальнике, прибитом к стойке. Утро уже было в самом разгаре. Недалеко от блиндажа дымила походная кухня, возле которой возились два солдата. Олег направился к ним:

— Когда завтрак?

Бойцы переглянулись:

— Завтрак уже был, товарищ лейтенант!

— Осталось что-нибудь?

— Нет, все раздали. Осталось только тем, кто сейчас на задаче.

— А чай есть? — спросил Олег упавшим голосом.

Ему налили в кружку горячего чаю, и Олег пошел в палатку-столовую. В палатке все так же стояли сдвинутые снарядные ящики. За ними на сбитых деревянных лавках спали два сильно перепивших офицера. Так же в палатке находились два солдата, один из которых складывал весь мусор в ящик, а другой растапливал печку. Этот боец потянулся рукой за дровами и попал пальцами в рвоту.

— Пьют здесь до рвоты, а ты потом убирай за ними… — в сердцах выругался солдат.

Олегу стало неловко, но он промолчал. Солдат увидел Олега и спросил:

— Товарищ лейтенант, у вас закурить есть?

Олег молча вытащил из кармана начатую пачку, и протянул солдату. Боец как бы случайно вытянул три сигаретки, и взглянул на Олега.

— Бери… — разрешил Олег, посчитав это хоть какой-то расплатой за то, что боец убирал его рвоту.

Олег попробовал чай. Присутствие сахара угадывалось с большим трудом. Хлеб был четырехдневной свежести. Наверно нужно было взять сухари…

Желудок противился пище, но Олег доел с трудом хлеб, и выпил теплый чай. Тем временем солдат-уборщик дошел до Олега, и спросил:

— Разрешите убрать?

— Конечно… — Олег подскочил и отошел в сторону.

Боец стряхнул со стола крошки, которые остались после Олега.

В палатку заглянул Иванов.

— Чего так долго? — спросил он у бойцов.

— Уже заканчиваем, — отозвался уборщик.

— Все равно долго.

Капитан подошел к печке, и потрогал брезентовую стенку палатки. Повернулся к бойцу, топившему печку:

— Не загорится?

Боец помотал головой.

— Смотри, а то из твоей зарплаты стоимость палатки высчитаю…

Иванов повернулся к Нартову:

— Доброе утро.

Олег вымученно поднял голову:

— Кому доброе…

— Позавтракал?

— Чаю попил. На кухне говорят, что все закончилось.

— Что-о? — по-блатному протянул капитан, — Они там припухли, что-ли?

Иванов метнул взгляд на одного из бойцов:

— Ты, метнулся на ПХД, повара сюда быстро!

Солдат выскочил из палатки.

Иванов улыбнулся:

— Конец поварятам…

Через полминуты в палатку вбежал запыхавшийся поваренок.

Глеб посмотрел на него:

— Фамилия?

— Рядовой Бардин.

— Боец, как так получилось, что у тебя остался не накормленным офицер?

— Мы всех накормили… — сказал повар, но, скосив глаза на Нартова, добавил: — Всех, кто на завтрак пришел…

— Я так понял, что обязанности свои ты не исполняешь, да? — Иванов сменил тон с нейтрального на явно агрессивный.

— Исполняю, товарищ капитан! — громко ответил повар.

— Ты, наверное, в роту захотел вернуться?

— Никак нет, товарищ капитан!

— Если нет, тогда завтрак сюда, живо!

— Есть!

Повар убежал. Иванов достал фляжку.

— Будешь? — спросил он Нартова.

— Нет, — покачал головой Олег. — Не могу…

В палатку вбежал повар с котелком в руках:

— Товарищ капитан, вот, нашлось…

— Свободен, боец, — кивнул Иванов.

Боец вышел. Олег взял котелок и ложку.