Алексей Суконкин – Десятый порядок. Вирмоны (страница 26)
Два человека, парень и пожилой мужчина были с огнестрельными ранениями мягких тканей бедра и плеча, как оказалось – свои попали, когда стреляли монстров. У обоих уже развилась раневая инфекция, и перед каждым уже весьма остро стоял вопрос выживания от явно приближающейся гангрены. Конечно, Эля вскрыла раны, и как могла, почистила их, но по её мнению это все же было как мертвому припарка – раненых нужно было срочно доставлять в больницу краевого центра, где им смогли бы дать должное лечение.
Потом была череда посетителей со скорее бытовыми травмами, которые они, тем не менее, из-за полного отсутствия медицины и связи с внешним миром, не могли лечить: ожоги, порезы, ссадины и один фурункул, с которым Эле пришлось повозиться больше всего.
Были просто больные, правильно диагностировать которых Эля не имела никакой возможности, хотя бы потому, что не получала соответствующих знаний, будучи врачом узкой специализации, и умеющей грамотно делать только четыре вида хирургических вмешательств, обязательных для всех врачей.
И вот, когда она уже валилась с ног от усталости, Вася привез в медпункт очередного больного.
- Эля, - он даже постучался, перед тем, как перешагнуть порог помещения, которое она превратила в «приемный покой». – Посмотри, пожалуйста, моего сына. Я все расскажу, ты уж не обессудь…
- Что такое? – она повернулась.
Перед ней стоял парень лет двадцати, с ужасно худым лицом, какого-то серого оттенка, с выпученными от этой худобы глазами и сильно трясущимися коленками. Отец поддерживал его сзади, ухватив рукой за поясной ремень. От парня жутко несло какой-то необычной вонью.
- Боже, - Эля непроизвольно отшатнулась. – Что с ним? Откуда такая дистрофия? Чем он так жутко пахнет?
Парень молчал, и Эле показалось, что он даже не услышал её.
- Посмотри на меня, - сказала она, щелкнув пальцами перед его носом.
- Он не слышит, - ответил за него отец.
- На кушетку его, - распорядилась Эльмира, и тут же увидела, как Вася, приподняв сына одной рукой, пронес его через весь кабинет, словно пушинку.
Эля задрала на парне край свитера и ужаснулась – даже не потому, что там во все стороны торчали ребра от крайней степени истощения, но и потому, что все тело у него было в ссадинах и кровоподтеках.
- Кто его так? Эти? – она подняла взгляд на отца.
- Нет, - Вася мотнул головой. – Это он сам. Да и сельчане тоже приложились. Просто мой сын – оборотень.
- Паша, может быть, ты мне объяснишь, что у вас тут происходит? – спросил Рома, подбрасывая в руке снятую с растяжки гранату.
- Ничего себе! – удивился тот, и Рома понял – удивился Паша искренне, по-настоящему. – Где взял?
- Стояла на калитке. Вот дернул бы ты калитку – и наши кишки висели бы во-о-он на том дереве! Ну, так что? Может быть, тебе есть, что мне сказать, кроме того, что я уже слышал? Ты вдумайся – только что тебя могло не стать. И совсем не от укуса вирмона, или как вы их тут называете – «обернувшегося».
Некоторое время Паша молчал, очевидно, переваривая полученную информацию, потом сглотнул и сказал:
- Рома, мы сами толком не знаем, что у нас происходит. Петрович одно думает, дед Миша – другое говорит, бабка Агафья – третье. А ничего не сходится! Да, есть эти оборотни, наводят они на нас жуткий ужас, но мне порой кажется, что не оборотни страшны, а кто-то другой…
- Тот, кто ими управляет? – спросил Рома.
- Ну, вроде бы, - кивнул Паша. – После того японского шамана у нас все беды здесь и начались – то пожар, то наводнение, то оборотни. Меж собой мы с братом думаем, что шаман сюда какого-то злого духа привлек, вот он и вспомнил нам тот японский батальон, который наши деды сожгли…
Рома внимательно следил за моторикой и мимикой говорящего, и не находил противоречий – либо перед ним стоял настолько дремучий человек, способный вот так запросто верить в силу шаманов, либо это был искусный злодей, умеющий столь качественно маскировать свои подсознательные проявления.
- А еще мне иногда кажется, - продолжил Паша, - что некоторых людей эти оборотни как будто вообще не касаются, живут так, будто и нет их вовсе…
- Кто, например?
- Да тот же дед Миша, например…
- Ладно, - кивнул Рома. – Разберемся. А сейчас нам надо взглянуть на станцию…
- А там нет больше гранат?
- Я посмотрел – вроде нет.
Еще снимая с калитки гранату, сматывая с нее мягкую алюминиевую проволоку, Рома подумал, что тот, кто её ставил – или дилетант, или же напротив, профессионал, рассчитывающий на то, что подрываться будет человек, совершенно несведущий в минах – а значит, и нет смысла проводить скрытное минирование. По-другому он не мог себе объяснить, почему усики чеки не были сведены полностью, а сама граната была установлена в достаточно предсказуемом месте. Впрочем, обследуя территорию станции дальше, он больше не обнаружил никаких признаков взрывных устройств.
Дверь в помещение, где находились сами передатчики, была заперта, и имеющимися средствами открыть её было невозможно, а вот агрегатный блок был открыт. Изучив генератор, Рома пришел к выводу, что он был просто заглушен, в подтверждение чего Паша тут же громко сказал:
- Рома, посмотри, топлива в расходном баке больше, чем половина!
В этот момент снаружи, совсем близко, раздался низкий протяжный вой, от которого Рома непроизвольно вздрогнул, а Паша мгновенно весь побелел.
- Они, - нервно сказал он.
Рома выскочил из блока, и чуть не нос к носу столкнулся с человеком, стоящим в двух метрах от него – правда, по ту сторону стальной сетки защитного ограждения. Руками он ухватился за сетку, и время от времени несильно подергивал её, продолжая тоскливо выть. Роман почувствовал какую-то жуткую вонь, которую он даже не смог ни с чем сравнить.
- Стреляй, Рома! – крикнул Паша, оставаясь внутри блока. – Убей его! Это Семёныча зять! Он пропал две недели назад, после того, как его укусил оборотень!
Рома вскинул автомат на уровень глаз. Мелькнула в голове мысль, что из-за высоты прицельной линии, при стрельбе в упор, пуля пройдет на несколько сантиметров ниже…
Но Рома продолжал держать палец на спусковой скобе – со всей очевидностью осознав, что он получил уникальнейшую возможность наблюдать вирмона настолько близко, находясь в относительно безопасном положении, и в готовности в любое мгновение спустить курок.
- У-у-у… - протянул монстр.
- Чем же от тебя так несёт, - вслух подумал Рома.
Паша выглянул из блока и молча наблюдал за развитием событий.
- Давай, - сказал Рома. – Ломай решетку! И я тебя убью!
- У-у-у, - на выдохе повторил монстр.
- Ну, что же ты ждешь? – крикнул Рома, медленно переводя указательный палец на спусковой крючок.
- По-мо-ги-те… - вдруг совершенно отчетливо произнес вирмон, и, отпустив пальцы, боком завалился в траву и замер.
Рома опустил автомат.
- Паша, вот теперь я точно ничего не понимаю.
Паша молча стоял у входа в агрегатный блок, совершенно подавленный увиденным.
- Следи за ним, - сказал Рома, и вернулся в помещение генератора.
Двигатель запускался посредством кнопки, и как только Рома утопил её, агрегат тут же затарахтел. Рома вышел наружу и достал из кармана свой телефон.
- Сейчас будет связь, - радостно толкнул он в плечо все еще опустошенного Пашу.
Однако, как бы Рома того не хотел, «антенки» на экране его телефона не появлялись. Он проследил взглядом по фидеру, выходящему из синего контейнера, и поднимающегося до самих излучателей, но ничего плохого не увидел. Наверное, вопрос крылся в аппаратной, где находился сам передатчик, дверь куда была заперта на внутренний замок.
- Бесполезно, - сплюнул Рома, потолкавшись в железную дверь. – Надо ехать за «болгаркой» и вскрывать замки.
Выключив агрегат, Рома подошел к решетке, где лежал человек. Тот не подавал признаков жизни.
- Шевелился? – спросил Рома.
- Нет, - ответил Паша.
- Забираем его с собой, - решил Рома. – Только, на всякий случай, надо его связать. Хоть какая-то гарантия безопасности.
- А куда мы его денем? Не в машину же? – опасливо спросил Паша. – Очнется – поубивает нас как котят. А не очнется – так мы сами от этого запаха сдохнем…
- На прицепе поедет, - ухмыльнулся Рома. – С ветерком!
Решили так: Паша связывает, а Рома стоит с автоматом наготове неподалеку. Вскоре «зять Семёныча» был погружен на раму прицепа, а чтобы не упал – был крепко привязан капроновым шнуром. Спуск с горы прошел без особых приключений, и уже на подъезде к поселку, джип нагнал деда Мишу, катящего на своём велосипеде.
Затормозив, Паша спросил:
- Деда Миша, тебя подвести?
- Да не, сынки, - дед окинул взглядом машину, - Не надо. Сам доберусь.
- Ты на рыбалке был, что ли? – поинтересовался Паша.
- Тю, - развел руками дед. – Это разве рыбалка… - тут его взгляд упал на прицеп, где было привязано тело. – Батюшки-свет, вот он где…