Алексей Стопичев – СВО. Босиком по стеклу (страница 2)
Другое ли дело остальные отдыхающие. Особенно этот, прищуренный. Он Сашке не понравился сразу. Щеголеватый, с уверенными движениями – явно был давно знаком с остальными и считался у них кем-то вроде лидера. Даже Ленку поздравлял не так, как остальные. Пришёл на днюху последним. Цапнул виновницу торжества по-хозяйски, крепко поцеловал в губы, отчего одноклассница раскраснелась вся, и только потом подошёл знакомиться.
– Дмитрий, – протянул он Ермолаеву ладонь и глянул с прищуром, будто целился.
– С-саня… – Ермолаев неловко поздоровался.
Под Харьковом его контузило, потому появилось лёгкое заикание. Но, несмотря на уговоры взводного, Саня не захотел ехать в госпиталь, чтобы пацанов не оставлять. Да и «Урал» свой бросать на другого водителя… В общем, Сашка остался служить.
Однополчане беззлобно подтрунивали над бойцом, что остался не только Сашка, но и его заикание, потому и паёк положен двойной. Впрочем, заикание появлялось только в спокойной обстановке. А под обстрелами или когда на колонну нападали, заикание улетучивалось вмиг, будто и не было его.
Прищуренный хмыкнул и спросил:
– Говорят, на фронте был? Кем?
– В-водитель, – занервничал Ермолаев.
– Во-о-о-одитель? – растягивая нарочито-удивлённо это слово, Дмитрий покосился на остальную компанию: – Ну, понятно. Доблестная служба тыла! Портянки, небось, подвозил?
– Н-нету портянок сейчас, – попытался улыбнуться Ермолаев, но его уже не слушали.
Кто-то из компании захохотал издевательски:
– Пацаны, расходимся! Кина не будет – электричество кончилось!
Ленка виновато глянула на Саню и принялась суетиться вокруг гостей. Салаты, мандарины. Ну и выпивка, естественно. Ермолаева пригласили играть в «крокодила», игру, где лепят на лоб бумажки с разными словами и надо узнавать, что там написано. Но Сашка покачал головой, сел в уголок и молча смотрел, как веселится шумная компания. И мучительно размышлял над тем, что же ему рассказать, чтобы не смотрели так пренебрежительно.
А оказалось, что и рассказать не о чем. Ну не объяснять же им, как он попал под артобстрел и мчал на своём «Урале» с полным кузовом боеприпасов. Как трясло машину по промёрзлому кочковатому полю, а он зажал зубами крестик и молился, молился, чтобы не прилетело в снаряды, потому как тогда от Ермолаева даже пыли бы не осталось. Скажут: мол, испугался непонятно чего.
Можно, конечно, про эти обстрелы рассказывать. Что каждый день прилетало. Что по звуку научились уже определять, что летит и в какую сторону. Когда прятаться, вжимаясь в любую удобную щель и читая молитву, а когда можно просто пригнуться и продолжить своими делами заниматься. Но, скажут, на то и фронт, чтобы так.
Или про нападение на колонну рассказать? Так там Саня тоже мало что увидел. Грохот, взрывы, а потом горящий бэтээр и выстрелы из лесопосадки, куда Ермолаев стрелял из своего автомата вместе со всеми. И привкус гари во рту, когда тащили из сгоревших бэтээра и второго «Урала» раненых пацанов.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.