Алексей Стопичев – Стаккато чести (страница 5)

Сид тяжело вздохнул и принялся подробно повествовать, как он оказался возле центрального рынка, да как выскочили убегающие. И как Сезар увидел запрещённое заклинание и ударил, не думая. Директор внимательно выслушал, задумчиво почесал голову и произнёс:

– Вот что, ты в каком классе?

– В четвёртом, господин директор!

– Ну, хорошо, иди и учись прилежно! И о том, что произошло, – директор задумался и махнул рукой, – Ладно, рассказывай. Всё равно не утаишь. Ври только поменьше, а то знаю я вас!

– Господин директор, – оскорблённо воскликнул Сезар, но де Ажан лишь рукой замахал в сторону двери.

Естественно, новость о том, что четвероклассник Сезар де Берже помог в задержании Бенито Мясника облетела школу со скоростью лесного пожара. А через неделю, как и каждое происшествие, обросло таким количеством слухов и домыслов, что Сезар в ужасе слушал о своих «подвигах».

– Сезар, а это правда, что в вашей схватке погибла сразу целая толпа горожан, так летели заклинания во все стороны? – спрашивала ученица пятого класса голубоглазая Сесиль.

– Неправда, – бурчал Сид, стараясь поскорее проскочить мимо толпы девчонок. Но возможность избежать женщин, а уж тем более их расспросов, равна нулю. И потому Сезара спрашивала уже другая девочка, Агата, ставшая на пути мальчишки:

– Сезар, а нам сказали, что Мясник ударил тебе в сердце заклинанием смерти, и тебя еле откачала инквизиция! Но сердце спасти не удалось! – Агата ткнула пальчиком в грудь мальчишки, – И как ты теперь живёшь без сердца?

– Глупости! – Сид покраснел и пытался обогнуть Агату. Но рядом с ней щебетала третья ученица по имени Адора:

– Сезар, а правда, что тебе от Бенито Мясника как победителю достался настоящий горный тролль?

Сид застонал и развернулся, чтобы убежать в обратную сторону. Объяснять девочкам что-то было бесполезно и бесперспективно. Здесь, как в суде, любое сказанное слово могло быть истолковано совсем не в твою пользу. И когда он выскочил из толпы учениц, то вздохнул с облегчением. Но, ненадолго. Потому как встретил на своём пути старосту восьмого класса Педро де Ньеза. Тот искривил в ухмылке свои тонкие, бескровные губы и сказал:

– Бесстрашный победитель Бенито Мясника бежит от маленьких девочек…

Кровь кинулась в голову Сезару, но он сдержался. Де Ньез был старостой в восьмом классе и отличался мстительным, склочным нравом. Сын маркиза де Ньеза, советника короля, бледный и желчный Педро умел устроить пакости кому угодно. Но не это остановило Сида. В словах де Ньеза не было прямого оскорбления. А на колкость следовало отвечать только колкостью. Но придумать шутку сейчас, вырвавшись из толпа щебечущих фурий, не удалось. Потому Сид только рукой махнул и поспешил поскорее в свою комнату.

Хотя Сида перевели сразу в четвёртый класс, он остался жить с Кристофом, который перешёл во второй класс. Чему сам Кристоф и все теперь уже второклашки были безумно рады, так как Сида обожали. Да и Сид был не против. В новом коллективе общего языка с одноклассниками он не нашёл. Ремиз де Люпен – ставший настоящим другом юному магу – из школы выпустился, став полноценным магом второй категории. Таким образом Сезар лишился огромной поддержки. Зато враги его – Фелипо и Педро стали старшеклассниками. И не упускали случая, чтобы напакостить. Впрочем, до прямых конфликтов дело не доходило, но де Берже чувствовал неприязнь девятого и десятого классов, которые смотрели на него, как на выскочку. Неприязнь эту старшеклассники старались максимально перенести и на другие классы, и в четвёртом, где учились юные маги, чуть помоложе Сида, им это удалось.

Правда, Сида это вовсе не волновало. Он с головой ушёл в фехтование и магию. А оставшееся свободное время читал всё, до чего мог дотянуться. И обособленность его ещё больше отдалила от новых одноклассников. Был лишь один плюс – хотя Сид и был стихийником, то есть, сила его была нестабильной и требовала подпитки, во время всплесков она равнялась силе мага первой категории, и вызывать его на магическую дуэль никто бы не отважился. А драться с Сезаром на рапирах – тем более никто не хотел. Под наставничеством метра Дидье Сид, итак являющийся отличным фехтовальщиком, добился таких успехов во владении шпагой, что, несмотря на свой юный возраст, вполне мог бы противостоять взрослым и умелым мастерам боя.

Глава 6. Новый друг

На кынга Сид и Рама выбрели случайно, когда гуляли по окраинным проулкам древнего Эрмоса. Город этот был не просто старый, как, к примеру, столица Хелении могучий Линдар, выросший на месте крепости, а действительно древний. Ещё до того, как поселились здесь предки нынешних жителей, на этом самом месте стоял город Дес, где жила другая цивилизация магов, поэтов и созерцателей, чьи люди именовали себя антигами. Говорят, была эта цивилизация ещё более развитая, чем нынешняя. Но так случилось, что племена саэтов могучей волной хлынули на земли древней цивилизации и началась жестокая битва за выживание. Древние не хотели пускать чужаков, которых считали полуживотными, и потому встретили саэтов мечом и огнём. И раз за разом отбивались от жестоких племён, выдавленных из степей страшной засухой. А саэты, воюющие за выживание, вновь и вновь атаковали земли антигов, и даже женщины брали в руки оружие, чтобы их детям было где жить…

В общем, саэты победили, и их потомки заселили огромные территории. И города чаще всего основывали в новых местах, выбирая равнины, пастбища и реки. А города антигов, разграбив до основания, предавали забвению. Но, только не в случае с Эрмосом, который ранее был Десом. Слишком уж понравилось одному из племён местоположение города – на берегу тёплого моря, где растут виноград и мандарины. И только самой холодной зимой всего на несколько дней вода в ведре замерзает и покрывается сверху тоненькой корочкой льда.

А ещё в школе у Сида поговаривали, что и сами племена антигов построили свой древний город Дес на месте ещё более древнего, выстроенного и вовсе нечеловеческой цивилизацией. Правда, если старинные строения, вернее, части их, обломки и выступы ещё можно было отыскать, то вот более древних следов не находил никто. Хотя, многие мальчишки, да и взрослые, пытались исследовать катакомбы, штольни и старые развалины, в попытках найти следы более древних цивилизаций. И, конечно же, сокровища. Вот и Сид решил в какой-то момент, что ему-то обязательно повезёт. И потому каждый выходные вместе с огром Рамой он выходил на поиски и бродил по окраинам города, где среди небогатых лачуг и скромных строений попадались следы старого Деса. В одно из таких путешествий друзья и наткнулись на кынга. Вернее, на компанию мальчишек, окруживших кынга и явно издевающихся.

Кынги – раса волосатых низкоросликов с плоскими лицами – в восточной провинции появлялась редко. Только если по каким торговым делам. Жили они на севере, и чаще всего и обитали в северных провинциях, недолюбливая слишком жаркий климат. Но один как-то оказался в Эрмосе и теперь стоял, окружённый толпой подростков, явно издевающихся над коротышкой.

– Смотри-смотри, Жозе, обезьянка! – с хохотом орал один и пытался потыкать вжавшего в плечи голову кынга тростинкой. Тот вяло отбивался, а другой говорил:

– Банан ему надо, банан! Что ты ему палку тычешь?

Подростки вновь разразились хохотом. А кынг в это время ухватил-таки хворостину, вырвал из рук мальчишки и кинул под ноги. А потом заговорил дрожащим голосом:

– Сами вы… обезьяны!

Подростки вновь захохотали, а один из них, которого назвали Жозе, взахлёб прокричал:

– А обезьянка-то говорящая!

Сид переглянулся с Рамой и решительно направились к толпе. Их было двое против восьмерых, достаточно рослых жителей окраин, но Рама был огром, и потому троих взрослых стоил даже в подростковом возрасте. Да и тринадцатилетний Сид ростом высоким хоть и не отличался, зато был крепок и жилист. Он и заговорил первым, когда они приблизились:

– Эй, а ввосьмером на одного нормально? – Сид сейчас остро пожалел, что в обычном сюртуке и без шпаги. Уходя бродить по окрестностям, он, дабы не привлекать лишнего внимания, снимал дворянскую одежду, чтобы не сильно выделяться. И это помогало от расспросов и косых взглядом. Но сейчас сыграло дурную шутку. Даже если он скажет, что дворянин – кто ему поверит? Только изобьют сильнее. А применять магию Сид не хотел, да и не мог. Устав прямо запрещал использование магии против обычных граждан. Исключение было одно – для сохранения собственной жизни. Но вряд ли восемь босяков будут убивать двух мальчишек. Но вот проучить…

Этим, кстати, гогочущие подростки и намерились заняться. Они развернулись к вновь прибывшим, и всё тот же Жозе, который, вероятно, был старшим в этой компании, проговорил, растягивая слова, подражая местным бандитам:

– И кто это у нас такой смелый?

– Смелый не смелый, но ввосьмером на одного не кидаюсь, – упрямо сказал Сид и сжал кулаки, – Но один на один с любым из вас могу силами померяться. Если не испугаетесь!

– Хуан, влепи-ка дурачку затрещину, пусть валит отсюда! – распорядился Жозе.

Хуан – рослый, долговязый малый с нижней оттопыренной губой криво ухмыльнулся и шагнул к Сиду. Тот, впрочем, затрещины дожидаться не стал, шагнул навстречу и от души влепил кулаком прямо по губам долговязого. Тот от неожиданности отскочил назад и шлёпнулся задницей на дорогу.