Алексей Стацевич – Ведьмак из СПб (страница 6)

– Терпение, Максим. Как только следаки, криминалисты и прочие бесполезные товарищи свалят, так и пройдем, – по-прежнему бесцветным голосом пояснил Николай.

– Понял.

Ожидание было утомительным, а ожидание на голодный желудок – утомительным вдвойне! Поэтому Волков огляделся в поисках кафе или столовки – стрелки часов давно перевалили за цифру «тринадцать», а единственное, чем сегодня, в «Сапсане», перекусил ведьмак, был сэндвич с курицей. Не самое сытное блюдо!

Увы, четную сторону Невского, где стояли ведьмаки, заполонили толпы спешащих по своим делам горожан и праздношатающихся туристов, мешающих обзору. Поэтому Макс присмотрелся к противоположной части проспекта.

За решетчатым забором на другой стороне улицы раскинулся неизвестный ведьмаку парк. Левая часть парка плавно «перетекала» в бежевый дворец, который прежде наверняка принадлежал известной аристократичной особе. А правая часть, через белоснежный павильон и примыкающую к нему дорогу, переходила в утопающий в зелени сквер. И никаких намеков на столовку!

– А тут можно где-то пообедать? – почесав бороду, спросил Волков.

Ведьмаки заулыбались, и Макс понял, что из-за неправильной формулировки сморозил глупость.

– Мы с тобой на самой популярной улице самого туристического города страны. – Зарецкий обвел проспект рукой и спросил, даже не пытаясь скрыть насмешку: – Как думаешь, здесь можно где-то поесть?

– Я понимаю, что можно, – чувствуя, как его выставляют провинциальным дурачком, впервые приехавшим в мегаполис, слегка разозлился Волков, – но я интересуюсь: где именно тут можно пообедать? Чтобы было вкусно и недорого? Хочется конкретики, а не…

– Позже отведу тебя на бизнес-ланч. В мое самое любимое место, – перебила его Романова и глянула на часы: – Как раз успеваем.

– Спасибо, Сонь.

Предложение девушки не осталось незамеченным.

– Эй! – возмутился Антон. – Что за несправедливость? Меня ты никогда никуда не водила!

– И правильно делала, – поменявшись в лице, сквозь зубы прошипела рыжая, – поскольку ты заколебал своими бесконечными тупыми подкатами и идиотскими домогательствами. Повторяю в последний раз, для недоразвитых – в постель ты меня не затащишь, на свидание мы не пойдем, дружеский петтинг я не практикую. Усек, Хабенский?

– Да я бы и сам не пошел, – надулся тот. Демонстративно обогнув остановку, встал под социальной антирекламой табака, предупреждающей, что курение – убивает, и задымил электронной сигаретой.

– Обидела парня, – чувствуя некое отмщение, оскалился Макс и повернулся к Позднякову: – А почему мы Роберта оставили… э-э, в офисе? Центре? Ставке? Командном пункте? Словом, почему он с нами не пошел?

– В штаб-квартире от него будет больше толку, – ответил Николай и, чувствуя, что разговор на этом не закончится, не слишком вежливо отвернулся к арке шестидесятого дома.

– Штаб-квартира, значит. А мы называли наш «главк» конторой. В смысле, в Дрезне. Коротко и удобно, не находите?

– Ты не в Дрезне, – через силу выдавил Николай. – Поэтому привыкай к штаб-квартире.

– Волчок, оставь Ника в покое. – Романова, очутившись за спиной Макса, положила руку ему на плечо и, неожиданно прильнув, хихикнула в ухо: – Не видишь, у него сегодня ведьмачья разновидность ПМС – предмозговой синдром!

– Это как? – Макс повернул голову и уткнулся губами в щеку девушки. Слегка смутившись от подобной близости, отстранился.

– Не знаю, как, – пожала плечами рыжая. – Я просто так ляпнула. Придумала на ходу. А если серьезно, то Ник готовится к активации дара. Сосредотачивается. И в такие моменты он не особо разговорчив. Поэтому если хочешь поболтать или что-то узнать, то я в твоем распоряжении.

Волков кивнул:

– Да, остался у меня один вопросик…

– Ой, дай угадаю! – не дослушала Соня. Приложив пальцы к вискам и сверля Макса озорным взглядом, сделала вид, что пытается прочитать мысли: – Ты хочешь… ммм… узнать историю Аничкова моста!

– Историю, – поморщился Волков, – кого?

– Аничкова моста. – Девушка показала в сторону, но, видя недоумение на лице собеседника, пояснила: – Мост, через который мы только что прошли. Со скульптурами юноши и коня.

– А-а, тот мост, с коняшками. Нет, Сонь, откуда вообще такие мысли?

– Это не мои мысли, а твои!

Макс, понимая, что девушка шутит, решил идти до конца:

– Не-не-не, и в мыслях не было таких… кхм, мыслей! Фиговый из тебя телепат!

– Да я же просто веселюсь, Волчок!

– Знаю, – улыбнулся Волков. – А насчет моста… хоть убей, но я всю жизнь считал, что мост – Аничкин, а не… как ты сказала?

– Аничков, – с подозрением повторила Соня и ахнула: – Волчок, а ну признавайся! Ты сколько раз в Питере был?

– Один. В глубоком детстве.

– Всего один? Какой кошмар! И как впечатления?

– Не понравилось.

Романова хмыкнула:

– Заметно. Мне кажется, у тебя… как бы потактичнее выразиться… детская обида на город, что ли?

– Почему ты так решила?

Соня пожала плечами:

– Слишком отстраненно себя ведешь – головой не крутишь, про дворцы не спрашиваешь, «коняшки» не заинтересовали.

– Прими мои поздравления – твой внутренний телепат во многом прав, – согласился с ее выводами Макс. – Обида есть, но не на город, а на родителей. На отца. Который превратил веселую семейную поездку… Неважно, забей! – отмахнулся он.

– Веселая семейная поездка, да?.. – Романова ненадолго задумалась, а затем воодушевленно продолжила: – Так, Волчок, на выходные ничего не планируй. И обязательно запасись пластырем и хорошим настроением!

Макс приподнял брови в немом вопросе.

– У нас намечается грандиозная экскурсия! – ответила на него Соня. – Буду тебя опетербурживать! Проведу по всем знаковым и историческим местам, и ты у меня еще влюбишься в этот город. Только попробуй не влюбиться! – Девушка шутливо погрозила пальцем. – Будешь тогда каждый вечер от Мосбана до Дворцовой и обратно прогуливаться. До полной влюбленности!

– Договорились! – негромко рассмеялся Волков – непринужденность этой рыжей конопатой девчонки пришлась ему по душе.

– Наконец-то узнаю в тебе нормального Волчка! – засияла Соня. – Дай «краба»!

Но выполнить просьбу Макс не успел.

– Так, потом доболтаете, – испортил их веселье Николай. – А сейчас ведите себя нормально и не привлекайте внимание. – И добавил через паузу: – Тело выносят. Скоро пойдем.

Когда труповозка и «крякающие» полицейские машины влились в плотный поток Невского проспекта, Поздняков сделал жест следовать за ним и пружинистым шагом поспешил в арку, что отделяла улицу от дворовой территории.

Во дворе, несмотря на притягательный для обывателей кинотеатр «Аврора», было тихо и безлюдно. Оглядевшись, Николай вновь показал идти следом и направился к мусорке, стоящей справа от арки в специально отведенном месте.

– Я так понимаю, за этим пухто тело и нашли, – остановившись, указал он на контейнер.

– У меня вопрос, – притормозил Макс, – который я уже пытался задать Соне: что такое пухто? Этот бак?

– Ага. – Антон присел на корточки, высматривая на тротуарной плитке пятна крови. – Это аббревиатура: пункт утилизации и хранения твердых отходов.

– Пухто… – задумался Волков. – Слышится, будто инженер натянул пуховик на яхту и решил особо не заморачиваться с названием.

– Пуховик на яхту? Волчок любитель метафор?

– А что такого? – Макс повернулся к задавшей вопрос Соне. – Натягивают же сову на глобус, чем тебе пухто нравится меньше… «совобуса»?

Пока Волков и Романова перекидывались ничего не значащими фразочками, Зарецкий поднялся на ноги:

– Крови нет.

– Стало быть, и ран на теле убитой не было, – поиграл в Капитана Очевидность Поздняков.

– А как же отчет? И разорванная грудная клетка? – не согласился Антон.

– Значит, отчет составлен неверно. И ран на теле убитой не было, – повторил старший группы.

– И что из этого следует, Ник?

Тот пожал плечами: