Алексей Сперанский – Перо Феникса (страница 29)
– Логично. Но как ваша "проблема" проявляется? Вы указали только то, что это "неизвестный паразит". Крысы вас беспокоят или что?
– Нет-нет, крысами мы не занимаемся, это не так прибыльно. Понимаете, у нас небольшой семейный бизнес по изготовлению веселящих напитков – различные вина, ром, медовуха и прочие. Исключительно высшего качества. И некоторое время назад у нас стал пропадать так необходимый для нашего предприятия белый сладкий порошок – сахар. Знаете, что такое? Так вот. Сперва было это даже не заметно, но сейчас уже объемы недочета стали неприемлемо большими! Если так пойдет дальше, то мы просто разоримся!
– А почему вы решили, что это какой-то паразит? Может, просто воришки к вам тропинку проложили?
– Так а кто же это еще, если не паразит? Чистой воды вредитель! Воры или кроты – все едино! Одни убытки от него!
Это уже становиться сложнее, чем я думал. Лучше бы крысам устраивал геноцид – там хотя бы все просто и понятно. Хотя, чего я разнылся? Пора играть в детектива.
– Хорошо, концепцию я понял. Покажете место преступления?
– Какое еще преступление? У нас таки все чисто! И налоги мы все платим! – но судя по его страху и дрожащим поджилкам, ничего они не платят. Потому, видимо, и располагаются на краю города, подальше от лишних глаз. Но это уже не мое дело.
– Я спрашиваю, где сахар вы ваш храните? Мне посмотреть надо.
– А, да, конечно, проходите, Герой, проходите! – ой гляньте, сам мистер Гостеприимность.
Сахар они хранили в подвале, что только еще больше вызывало вопросов.
– Вот, уважаемый Герой, смотрите! – Грамзол рукой показал мне на серые большие мешки, сложенные в углу друг на друга. В памяти сразу всплыл советский фильм про самогонщиков.
В полутьме подвала, разгоняемой только переносным фонарем в руках гоблина, я, конечно, ничего не смог разглядеть. Решил, что раз уж я на “деле”, то можно и не сдерживать себя – отпустил самоконтроль еще немного. И сразу почувствовал, что у этой парочки есть много помощников – на верхнем этаже сосредоточенно трудилось около десятка гоблинов. Все были заняты делом и очень серьезно настроены. Похвальная самоотдача. На первом этаже узнал по эмоциям супругу Грамзола – она на самом деле переживала за сохранения секрета их маленького и нелегального предприятия. Видимо, поэтому она была не в восторге от моего присутствия. Ну да чихать. Грамзол тоже переживал, но уже только за успех моей работы.
А еще я почувствовал чье-то присутствие. Еле уловимое, будто затаившееся. Не могу определить местоположение – просто понимаю, что где-то рядом. Скорее всего даже в подвале, так как я чувствую переживание, волнение, страх и сосредоточенность на мне.
Медленно, не спеша, будто задумался о чем, прошелся взглядом по серым мешкам с сахаром, по темным углам, до которых не достает свет фонаря. Нет, ничего (и никого) не заметил…
– Скажи, уважаемый Грамзол, а из какого мешка пропал сахар в последний раз?
– Так вот же! – и показывает на точно такой же мешок, как и все остальные.
Медленно подхожу к нему, осматриваю. Ну, мешок, как мешок, такой же, как и остальные. Разве что веревка развязана и он уже чуть меньше, чем остальные. Ну уже есть прогресс в расследовании – он не прогрызан, а развязан. Значит, это кто-то разумный и знает, что мешки развязываются, чтобы было проще добраться до сладкого белого порошка и при этом остаться незамеченным. Хотя последний момент был с треском провален.
– Хорошо, я осмотрелся достаточно, спасибо тебе, Грамзол, пойдем наверх, – говорю специально громко и четко, с расчетом, что меня кто надо, тот услышит.
– Но как же сахар? Куда он пропадает? – не удивительно, что воришка долго тут “пировал”, с таким-то хозяином.
– Пойдем, тут нечего больше делать.
С трудом убедив гоблина покинуть подвал, мы поднялись на первый этаж и вышли на улицу. Гоблин до последнего не понимал ход моих мыслей, хотя я намекал ему как мог.
– Там кто-то есть, и мне надо будет проследить за ним. Скажите, сахар ваш, драгоценный, по ночам пропадает? Только тихо отвечайте – шепотом и с максимальной убедительностью сказал я.
– Да-да! Поздним вечером, перед сном, и рано утром, сразу как проснусь, я проверяю запасы и именно ночью его становится меньше! А как вы это поняли, Герой? – ладно хоть он понял меня и отвечал тоже шепотом, хотя излишне эмоционально, на меня словно из ведра сверху поливают его эмоциями. Так, надо бы убавить чувствительность, а то в городе меня по брусчатке размажет.
– Профессиональный секрет. Мне надо будет пробраться ночью и проследить за вашими запасами.
Грамзол, поняв, что я напал на след, преисполнился энтузиазмом и с горящими глазами “включился в игру”.
– Конечно-конечно! Как скажите! Я скажу своим, чтобы были наготове с арбалетами!
– Нет-нет, никому ничего не говорите. Воришка может затаиться, если поймет, что в доме никто не спит. Я сам незаметно проберусь в подвал ночью и попробую поймать вашего паразита – хотя сейчас, глядя на взвинченного винодела, понимаю, что как минимум он точно глаз не сомкнет всю ночь.
– Как скажете, Герой! Все, что нужно, только скажите!
Мда. Обычный, по сути, контрабандист-винокур, так сильно переживает за свои запасы сахара. Он чуть ли не подпрыгивает от нетерпения – взвинченный весь и полностью.
– Тогда до вечера. Я вернусь, когда сядет солнце.
Нет, правда, лучше бы крысам “мозговыносяшки” устраивал.
* * *
Времени до вечера оставалось еще полно, но я не терял его даром. Вернувшись в “Пузатый бочонок”, я сразу поднялся к себе в комнату. По пути встретился с Сарой на лестнице. Она сразу замерла и очень мило мне улыбнулась. Ручки сложила на переднике, спину выпрямила так, что ее внушительный и, чего греха таить, притягательный бюст стал еще чуть-чуть ближе ко мне. Прости, красотка, мне сейчас некогда – надо подготовиться. Вот если бы не дела – ох, я бы сейчас! Да вот прям тут бы! Ого-го! Показал бы тебе всю свою харизму на полную мощь, животное обаяние и искусство “пикапа”!
Так просто мимо нее пройти не получилось. В ответ я, конечно же, тоже улыбнулся и постарался протиснуться в тесноте прохода. Получилось вполне успешно – почти не задел ее, несмотря на все ее старания. Ну вот такой я воспитанный и скромный кавалер, да.
Наконец-то сбросил мешок, который таскал весь вечер. Но при этом не забыл достать свой драгоценный костюм и бережно повесить его на спинку кресла. Конечно, он мне дорог не потому, что он какой-то там фирменный и от известного модельера. Просто он – частичка того немного, что еще у меня осталось от моего родного мира. И символ того, что я вернусь туда. Просто обязан.
Ладно, пора вспомнить еще раз, чему меня учил Рудольф. Жаль, я не записывал его лекции – вот это действительно были необходимые знания, которые сейчас (в глобальном смысле) могли бы спасти мою жизнь. Хотя я преувеличиваю, конечно. Моей жизни сейчас ничего не грозило и от того, что поймаю я сахарного воришку этой ночью или нет, особо на мои планы не повлияет. Просто будет зря потрачено время, а я этого очень не люблю. И, опять же, промелькнули мысли о том, что крысы – оптимальный вариант. Но раз уж взялся за дело, то надо доводить до конца. Да и любопытно, в конце-концов, что там за воришка такой.
Сел поудобнее в кресло (не хотелось бы свалиться в беспамятстве и пробить себе висок об угол комода) и начал медитировать. Начал, как обычно, с прогона энергетики по каналам, подключению основных узлов по одному, потом в комбинациях из двух. Дальше не пошел – уже лишнее, пока рано такое практиковать без необходимости.
Цель сегодняшней моей практики заключалась в развитии маскировки. Скрытие своего присутствия путем уменьшения движения энергетики. Плюс к этому надо потренироваться в покрытии себя любимого слоем магии, которая будет “отводить” взгляд.
По задумке, если посмотреть на меня прямо – ничего нельзя будет заметить. Взгляд просто не сможет сфокусироваться на меня и будет уходить в сторону. Но тут есть изъян – боковым зрением, буквально самым его краешком, меня можно будет заметить.
К моему удивлению, новая техника далась мне подозрительно легко. С небольшим “но” – время вокруг и моя реакция снижалась пропорционально тому, насколько замедлялась моя энергетика. Ради итогового эксперимента даже спустился вечером в общий зал трактира. Не могу утверждать, что я становился “невидимкой”, но все вокруг становилось очень медленным. Такой же эффект был и у моего “ускорения”, но только в обратном смысле – сейчас именно я становился чрезвычайно медленным.
Спустя некоторое время, я смог научиться замедлять все, кроме моего восприятия – так я хотя бы вовремя успею понять, когда нужно будет отключать свою маскировку, а не спустя несколько часов. Для проверки попробовал соединить “маскировку” и “ускорение” – получилось паршиво. Нет, результат вышел что надо – я смог соединить ускорение своих восприятия и действий с замедленной внутренней энергетикой, которая нужна для маскировки. Не понимаю сам, как это вообще сочетается – видимо, существует еще что-то, что позволяет объединять такие эффекты.
И еще один минус – совместное использование “маскировки” и “ускорения” потребляет огромное количество моей энергии. После такого я ел за троих, из-за чего Сара была очень рада. Не знаю точно, за меня лично она радовалась или была просто довольна, что я ее часто зову, чтобы сделать заказ. Но счастливая улыбка не сходила с ее симпатичного личика.