Алексей Сорока – Интегративная модель комплексной реабилитации зависимых от психоактивных веществ (страница 7)
Наиболее ярким проявлением психологического аспекта зависимости является такой характерный симптом как охваченность сознания человека предметом зависимости (алкоголем или наркотиком), его глубокая и прогрессирующая поглощённость процессом употребления и всеми связными с ним действиями, которые приводят к кардинальному изменению всех поведенческих реакций, мотиваций и внутренних установок аддикта.
Серьёзной проблемой личности зависимого становится психодинамический конфликт, который вырастает из критически сниженной самооценки в совокупности с ощущением собственной никчемности и неадекватности. «Эти чувства отрицались и подавлялись и в результате вызвали неосознанную потребность быть объектом заботы и привязанности (потребности в зависимости). Поскольку эти зависимости не могут быть реально приняты, они приводят к беспокойству и компенсаторным потребностям в контроле, власти и достижениях. Алкоголь успокаивает и, что более важно, фармакологически вызывает чувство силы (власти), всемогущества и неуязвимости» [1].
Другой отличительной чертой поведения зависимого человека и, к слову сказать, наиболее препятствующим его лечению и реабилитации фактором становится феномен отрицания. Отрицание как форма психологической защиты является выражением анозогнозии – нежелания или неспособности аддикта распознавать у себя наличие болезни и критически оценивать своё состояние.
Зависимому человеку свойственно отрицать и само пагубное пристрастие, и те негативные последствия, к которым оно приводит, для него становится крайне сложным признать себя больным, поскольку это означает не только необходимость отказа от употребления психоактивного вещества, но и кардинального изменения всего образа своей жизни. В психологическом состоянии зависимого этот симптом выступает столь отчётливо, что алкоголизм часто называют «болезнью отрицания».
Формирование психологических особенностей личности зависимого человека, его поведенческих реакций и защитных механизмов во многом определяется социальным контекстом его жизнедеятельности. Общество, в котором индивидуум воспитывается и развивается, самым непосредственным образом влияет на уровень его самосознания, формирует мировоззрение и базовые поведенческие паттерны, типовые способы выстраивания коммуникативных связей, сценарии эффективного разрешения проблем и предпочитаемые копинг-стратегии.
Человек по своей природе существо социальное, и его поведение так или иначе обуславливается влиянием общества. Помимо физиологических, человек имеет и социальные потребности, такие как потребность в принятии и уважении, в признании и одобрении, потребность в общении, потребность быть частью коллектива, в том, чтобы его принимали таким, какой он есть.
Социальные проблемы зависимого человека проявляются в утрате способности взаимодействовать с окружающими людьми без употребления алкоголя или наркотика. Поскольку все мысли и устремления зависимого человека неуклонно сводятся лишь к предмету зависимости (алкоголю или наркотику) и всему тому, что связано с его употреблением, сфера личностных интересов существенно сужается. Соответственно этому претерпевает изменения и круг его общения – вплоть до контактов только с людьми, имеющими аналогичные интересы, провоцирующими и поощряющими употребление психоактивных веществ.
Прогрессирование заболевания приводит к тому, что зависимый человек постепенно выбирает для себя такую среду, в которой он чувствует себя наиболее комфортно, в которой благодаря употреблению психоактивного вещества ему легче реализовать свои устремления и строить взаимоотношения с другими людьми. Фактически же он оказывается в социальной изоляции, а по мере усугубления ситуации резко снижается и его общий социальный статус, ограничиваются возможности бытовой, общественной и профессиональной деятельности, обеспечения материальной и финансовой стабильности семьи.
Вследствие развития зависимости и вызываемой им деструктивной трансформации личности естественные прежде отношения зависимого человека и связанные с ними базовые ценности замещаются отношениями с психоактивным веществом. Отношения с веществом ставятся аддиктом на высшую ступень пирамиды ценностей, все же остальные ценности теряют для него свою актуальность – таково наиболее наглядное проявление
Духовный мир человека является наиболее тонкой, сложно организованной и весьма чувствительной сферой жизни личности. Человеку разумному свойственно стремиться к удовлетворению своих духовных потребностей – в развитии собственного сознания, в реализации своих способностей и самосовершенствовании, потребности в познании окружающего мира и самого себя, в постижении красоты и гармонии, в творческой созидательной деятельности.
Удовлетворяет он эти потребности, руководствуясь системой ценностей в пространстве нравственно-этических координат, формируемых обществом и собственной культурой. В этой системе ценностей наиболее приоритетными являются отношения человека с обществом, с семьёй, с самим собой и с Богом. В нашей концепции мы определяем духовность как качество взаимоотношений с объектом или субъектом, наиболее значимым в жизни индивидуума.
Духовную сферу жизни человека зависимость от психоактивных веществ поражает быстрее всего, поскольку она легко вытесняет морально-этические принципы и стирает нравственные барьеры, препятствующие употреблению.
Смыслом существования человека, конечной целью всех его устремлений и действий и единственной радостью для него становится удовлетворение потребности в химическом веществе. Употребление алкоголя или наркотика поглощает все мысли аддикта и становится для него единственным доступным способом заполнения внутреннего вакуума и удовлетворения зачастую неосознаваемого, но оттого не менее острого духовного голода.
Все обозначенные выше аспекты зависимости от психоактивных веществ (биологический, психологический, социальный и духовный), как и сферы жизнедеятельности человека, к которым они относятся, взаимозависимы, и влияние каждого из них обнаруживается как в этиологии заболевания, так и в развитии его клинических симптомов.
Именно поэтому для формирования релевантного представления об общей картине заболевания, грамотного диагностирования степени разрушения личности под воздействием вещества и построения эффективной программы её восстановления важно рассматривать все эти аспекты в совокупности, в едином комплексе взаимосвязанных факторов.
Модель комплексной реабилитации
Более точному формулированию конкретных целей и задач реабилитации и выработке чётких критериев оценки её результативности поможет сведение воедино всех рассмотренных ранее аспектов заболевания и соотносящихся с ними сфер жизнедеятельности человека.
Нетрудно заметить, что данная структура напрямую соотносится с системой базовых потребностей человека, известной как пирамида Маслоу. Американский психолог Абрахам Маслоу в 1954 году систематизировал исследования, посвященные мотивациям и потребностям человека, в своей книге «Мотивация и личность» и сформулировал организацию их в иерархическую систему приоритета или доминирования.
Согласно модели иерархии потребностей, предложенной А. Маслоу, потребности одного типа должны быть удовлетворены полностью, прежде чем актуализуется другая потребность, более высокого уровня.
При этом Маслоу отмечал, что по мере удовлетворения более простых потребностей человек начинает тянуться к потребности более высокого порядка.
Данная модель и её упрощённое представление (рис. 1) широко используется сегодня и психологами, и специалистами ряда «прикладных» направлений, например маркетологами, для решения многих практических задач в сфере продаж, рекламы и т. п.
Однако с точки зрения разработки общих принципов реабилитационных методов и формирования эффективных программ избавления от химической зависимости более конструктивным оказывается не иерархический подход, а комплексный, при котором все сферы проявления личности индивидуума принимаются равнозначимыми.
Достижению стратегических целей реабилитации зависимых от психоактивных веществ наилучшим образом отвечает система теоретико-практических представлений «Цветок потенциалов», предложенная В. А. Ананьевым в его работах, посвященных психологии здоровья (Рис. 3). «Данный конструкт относится к смешанным теоретическим моделям и включает в себя когнитивные, эмоциональные и поведенческие черты, в общем виде – личностные и мотивационные, тесно связанные с адаптацией к реальной жизни и компенсацией дефицитарности в удовлетворении потребностей» [2].