Алексей Соболев – Нагибатор на танке (страница 34)
- Мишка! Газу и идем вот по этой траектории. Там смотри балочка небольшая, не нырни в нее.
- Понял! - и «Чапай» рванул с места.
Мы довольно быстро выскочили из леса на поле и пошли совершенно открыто. Мин здесь нет, самолеты радар не показывал, а немцы вон скоро появятся и как раз здесь в поле мы их и встретим. Я не хотел вести бой в селе, чтобы не навредить мирным. И пока мы сближались, что для нас было не слишком принципиально, я обратил внимание на более дальние горизонты. Просто поднял дрон повыше и глянул общую панораму. И...
- Боец Рысева!
- Я!
- Со следующего раза осмотр обстановки производить более полно!
- Не поняла...
- Смотри сюда... Видишь?
- Пыль на дороге?
- Именно она! С запада! И недалеко, практически на подходе к селу. Для немцев это подмога. Может вызвали, а может и совпало так, но нам от этого не легче.
- Виновата! Больше не повторится! Накрыть огнем?
- Нет! Далеко еще. С этими разберемся, а там и тех пощипаем.
А эти уже показались. Точнее показался тот передовой мотоцикл выскочивший из-за небольшой рощицы, водитель которого, заметив нас, тут же развернул свой пепелац и рванул обратно. Докладывать, не иначе!
- Мишаня! Вон видишь дорога на пригорочек поднимается. Выйди на дорогу и на вершине пригорочка встань. И мотор заглуши. Подразним фашиков!
- Понял, выполняю...
Через несколько минут мотор «Чапая» заглох. В смысле был выключен, как и приказали. Мы ждали пока из-за той же рощицы не покажутся немцы. Ждали довольно долго. Минут десять не меньше. Я уж даже волноваться начал. Хотя, прекрасно видел всю немецкую беготню. В которой вначале мотоциклист подрулил к командирскому бронику, потом, спустя пару минут он помчал обратно к рощице, но нам на вид не показался. Зато вслед ему двинулся тот броник и остановился чуть позади мотоцикла. Из броника вылез офицер, который затем подобрался к кусту и стал рассматривать наш танк в бинокль.
А на танке, свесив ноги в свой люк, сидел я, причем без шлема на голове, и потягивал из раскладного стаканчика вкусно парящий кофеек. Ну, да... Нам же электрокофеварку в капсулу установили. Я разве не говорил, что заказал? Нет?... Ну, простит-т-те...
- Андрей! Он смотрит на тебя! В бинокль. - донесся до меня из люка голос Жанны...
- Мерсю, мадам! - и я приветливо помахал немцу, до которого было около километра, пальцами.
- Мадемуазель, вообще-то...
- Да?
- Да!!!
- Учту, ага...
- Ш-ш-ш-шь....
А немецкий офицер вдруг встал во весь рост и в руке поднял над головой какой-то белый платок. Или шарф... Отсюда не видно... Переговорить хочет? Ну, давай переговорим, что ли... Время играет на нас. И я встал на «Чапае» ногами и призывно махнул немцу рукой. Затем спрыгнул с танка и оперся о него локтем. Еще раз сделал во всем мире понятный жест мол «иди сюда, побазарим!». И через полминуты из-за рощицы показался мотоцикл с двумя седоками. Т.е. водитель и еще двое. Тот офицер сидел за спиной водителя, а в коляске, как и положено, пулеметчик. Да и мне Жанна сообщила, что немецкий офицер сел на заднее сиденье.
Пылили по дороге они около двух минут. Небыстро. Но, опять же, мы и не торопимся. Пусть наши уедут подальше. А немцы вот допылили. Я же, отлепившись от танка, сошел с дороги, сорвал цветочек и с абсолютно хамским видом, перекатывая его в зубах, вернулся обратно на дорогу и встал перед слезшим с мотоцикла высоким, выше меня ростом немцем. И мне не понравилось, что пулеметчик навел свою машинку на меня, да и чуйка говорила о том же. Я обернулся к танку и совершенно некультурно пальцем показал Жанне на пулеметчика. Тут же ствол нашей пушки качнулся и навелся на мотоцикл. Я же взглянул на мотоциклиста и жестом дал понять, чтобы тот развернулся. Офицер смотрел на все это и понял, что я хочу.
- Dreh das Motorrad um! [(нем.)
Тот подчинился, потарахтел своим пепелацем и развернул его. Чуйка успокоилась. Тут же ствол нашей пушки поднялся выше. Офицер оценил этот жест и удовлетворенно кивнул головой.
- Ви умеет говорить по немецкий? - вдруг спросил он меня, пусть и с акцентом и ломано, но вполне понятно.
- Нет. Мне язык врага не интересен. - и действительно...
- Харашо! Бутем говорить по-русски.
- У вас неплохо получается. Продолжайте.
- Моя муттер русская. Я гауптман фон Герхарт [1]. Я парламентер. Я предлагать вам сдаться.
- Майор Толстов. Зачем я должен вам сдаться? - морда моя уж точно выражала неподдельное удивление. Пехота предлагает сдаться танку... Без РПГ и прочих ПТУРов... Ну, ну...
- Мне не нужен гибель мой солдат. - святая простота, а...
- Тут наши интересы не совпадают. Мне, как раз, гибель ваш солдат нужен.
- Зачем? - ой, да как он искренне-то удивился, а... У, гад!!!
- Вы пришли на землю моей страны и мне это не нравится!
- Но непобедимый немецкий армия уже взял Минск. И у вас нет шанс.
- Да, я знаю что вы взяли Минск [2]. Но Минск - это еще не весь СССР.
- Вы отказываться сдаваться? - а морда-то горделивая какая... Прям теффтонская... При русской-то маме? Что ж там за мама такая была? Сушеная вобла что ли?
- Да, отказываюсь. - это усмехаясь и смотря на более рослого фон Герхарта свысока. Так же, как невысокий ростом Путин как-то взглядом буквально вытер ноги о дылду Порошенко [3].
- Тогда ви будет уничтожен! - а голосок-то дрогнул.
- Скорее, наоборот. Взвод который пытается окружить меня слева умрет первым. Затем будет уничтожен взвод, который пытается окружить меня справа. Взвод который рассредоточен по фронту у дороги погибнет последним. И я постараюсь, чтобы лично вы остались в живых. Просто из присущей мне вредности (сомневаюсь, что немец последнюю фразу понял, но как бы мне это сомнение помешало?).
- Ви рассказывать фантазия! - чуть-чуть визгливости в голосе не помешает, продолжай гауптман в том же духе!...
- Вы помните попадание моего снаряда в сарай во время вашего выезда из села? Это было предупреждение. Вам! Вы его не поняли. Тем хуже для вас!
- Ви стрелять отсюда? - как говорится, «У - удивление».
- Да, я стрелял отсюда.
- Этот попадание был случайность! У вас там есть корректировщик. - не верит таки гад. Ну, я предупредил же...
- Нет там корректировщика. Выстрел был один. Без пристрелки. Если у вас больше нет вопросов ко мне, то вы можете вернуться к своему подразделению и начнем бой. Точнее, уничтожение ваше роты. Я открою огонь сразу, как вы лично скроетесь у меня из виду за рощей. Честь имею!
И не дав немцу попрощаться (да и плевать на него), тут же развернулся и забрался на танк. И сел на броню, опустив ноги в люк, сплюнул уже измятый цветочек в сторону гауптмана и помахал ему ладошкой. И язвительно так, аж прям мерзко, улыбнулся гаду.
-Толстов! А ты носки давно менял? - задал мне неожиданный вопрос Мишка.