Алексей Слаповский – Успеть. Поэма о живых душах (страница 16)
Эста в это время проглотила еще пару таблеток, выпила вина, покурила, без интереса наблюдая за действиями Антона.
— Что там?
— Все в порядке.
— Он мне не нужен, зачем вы с ним возитесь? Я все делаю через телефон.
— Уже закончил. Вы должны мне только за выезд и диагностику. Тысяча двести. Плюс за вино и сигареты. Можете наличными или на карту, на телефон, как вам удобней.
— Ты о чем?
— Об оплате.
Эста прикрыла глаза и сидела так, покачиваясь. Антон ждал. Она открыла глаза, спросила:
— Прости, еще раз?
— Я говорю: можно наличными или на карту, как удобней.
— Все равно. Можешь на карту.
— Что?
— Заплатить.
— Я — вам?
— А кто еще?
— Эста, вы уверены, что понимаете, о чем мы говорим?
— Конечно. Это же ты ко мне приехал. Хочешь, удивлю?
Антон не успел согласиться, а Эста уже удивила: она сняла футболку, под которой и впрямь ничего не было (имеется в виду одежда, остальное было), и встала перед Антоном, подбоченившись и выставив ногу, как модель на подиуме.
— Ты не верил — убедись.
— Я верил…
— Удивительно, как ты меня завел! — поразилась Эста. — Все, быстро в душ, а мне не надо, уже была. Я жду!
Она пошла в комнату. Антон, не оборачиваясь, по мягким всхлопывающим звукам понял, что расстилается постель. Он собрал свои приспособления, зарядку, сложил в сумку. Встал, обернулся. Возле постели лежали комом спортивные брюки, всю Эсту в нише не было видно, только голую ногу от колена до ступни. Антон тихо пошел в прихожую, тихо обулся, надел куртку.
— Ты скоро? — спросила Эста.
Антон промолчал.
— Андрей?
Антон аккуратно отодвигал задвижку, но все же послышался тихий металлический звук.
— В чем дело?
Он оглянулся.
Эста стояла перед ним, чуть пошатываясь, и Антон не мог не оценить девическую удивительную стройность и ладность этой женщины.
Вот тебе и возможность хоть как-то отомстить Насте, подумал он. С красивой женщиной, пусть и ясно, кто она по профессии.
Но, хоть он и любовался Эстой, а желания — полный ноль. Будто не живую женщину видит, а скульптуру в музее. Да, красивая, очень красивая, но ты же не дошел до того, чтобы захотеть скульптуру. Ничего не выйдет при всем желании, если нет желания. Да, так и получается: желание желания есть, а самого желания — нет.
— До свидания, — сказал Антон, открывая дверь.
— Мальчик мой, это что за фокусы? Визит оплачивается независимо от результата! Плати, если не хочешь неприятностей!
— В другой раз, — сказал Антон и вышел.
Он долго сидел в машине, а потом написал Насте:
«Я хочу с ним встретиться».
Настя тут же ответила:
«Когда?»
«В любое время».
Через несколько минут Настя сообщила:
«Сегодня вечером в 19.00 Пушкин устроит?»
«У памятника?»
«Ресторан».
«Там машину негде воткнуть».
«Парковщики найдут место, не волнуйся».
Антон написал:
«Мне удобней в Му-Му у Щелковской».
Но стер, отослал короткое:
«Ладно».
И добавил:
«Он телефон мой знает?»
«Да. А вот его».
И номер телефона, переадресованный Настей из списка контактов вместе с именем, которое Антон наконец узнал: Дмитрий Алексеевич Согдеев. Официально записала. Для конспирации.
9
10
Тетя Тоня была крепкой женщиной лет восьмидесяти, она всю жизнь работала уборщицей в разных учреждениях, и сейчас работает — моет свой и соседний подъезды. И всю жизнь на ее шее сын Славик, закончивший когда-то филфак университета, работавший в многотиражных газетах, ведомственных мелких издательствах, еще где-то, постоянно выпивая, но редко при этом напиваясь, держась на подсосе; в сорок лет заполучил обширный инфаркт, как, по его выражению, и положено всякому интеллигентному человеку, и засел дома за своим стареньким компьютером, откуда он черпает причудливую информацию обо всем на свете — уверен, например, что Гитлер не самоубился, а прожил в Аргентине еще тридцать лет, что населения в России не сто сорок шесть с чем-то миллионов человек, а не больше ста, но эту правду скрывают, что правительство России финансируется американскими спецслужбами, они же запустили коронавирус — для того, чтобы с помощью обязательной вакцинации поголовно всех зомбировать.
Вот и сейчас он, обрадовавшись Галатину, начал делиться с ним последними поразительными новостями, раскрывающими заговоры мировых элит, но Галатин пообещал, что еще зайдет послушать, и повел тетю Тоню к себе, излагая свою просьбу:
— Отец, ты же знаешь, теть Тонь, спит почти все время, надо только заходить регулярно и посматривать. Дней пять-десять, не больше. Рубликов за двести в день — устроит?
— Устроит, — покладисто отвечала тетя Тоня, проходя впереди любезно открывшего перед ней дверь Галатина и занимая дородным телом весь дверной проем.
Постаревший Дон Кихот и постаревшая Дульсинея, невольно подумал Галатин, глядя на отца и тетю Тоню. Отец стоял у плиты и варил в кастрюльке два яйца, зачем-то помешивая.