Алексей Сказ – Я Зомби Навечно? Мда… "Повезло"! Финал (страница 23)
— Правда?
— Правда, — Инвок кивнул. — Потому что я сам был таким.
Гоблин моргнул:
— Ты? Монах? С твоим спокойствием?
Инвок невесело усмехнулся:
— Я не всегда был монахом. И не всегда был спокойным.
Он помолчал, собираясь с мыслями.
— Раньше я был… другим. Я играл в игры — виртуальные миры, похожие на этот. Тогда я был одержим деньгами, но не ради семьи, как ты, а просто… ради денег. Я обманывал людей, кидал новичков, наживался на чужой глупости. Я был хорош в этом — даже очень хорош.
Зеленюк слушал.
— А потом я встретил одного человека, — продолжил Инвок. — Макса. Нашего капитана. Я думал, что он — лёгкая добыча. Самоуверенный лидер маленькой команды. Я попытался его обмануть, обыграть, «уделать»…
Он покачал головой:
— Забавно, именно из-за этого он и уничтожил меня. Я проиграл ему вообще всё и не понял, как это произошло.
— И что потом? — спросил Зеленюк.
— Потом я присоединился к его команде, — Инвок пожал плечами. — Не было выбора. Но постепенно… понял кое-что важное.
Он посмотрел Зеленюку в глаза:
— Макс победил меня не потому, что хотел денег, в отличии от меня. У него была иная цель — настоящая цель, ради которой он жил. Деньги, лут, трофеи — для него это были лишь инструменты. Это лишь средства, а не смысл жизни.
Зеленюк нахмурился:
— Ситх не понимает. Слишком сложно.
— А вот и нет. Подумай, — Инвок наклонился вперёд. — Ты хочешь золото, но ради чего? Ради племени и чтобы защитить своих. Это твоя настоящая цель. Но если ты погибнешь здесь, сжимая золотой кубок… твоё племя получит что-нибудь?
Молчание.
— Ты — их главный ресурс, Ситх, — голос Инвока был твёрдым. — Ты сын вождя и сильнейший воин. Твоя жизнь стоит дороже всего золота в этом дворце. Не меняй себя на побрякушки.
Зеленюк смотрел на него долго.
Потом опустил глаза на обломок золотой ножки в своих руках.
— Ситх понимает, — сказал он тихо. — Ситх понимает, что ты говоришь. Но… — он сжал обломок крепче. — Инстинкт сильнее разума, сильнее воли. Когда Ситх видит блестяшку, разум отключается. Это как… как голод. Нельзя приказать себе не хотеть есть.
Он поднял голову:
— Если что и может перебить инстинкт, то только другой инстинкт. Более сильный и древний.
— Какой? — спросил Инвок.
Зеленюк задумался.
— В мире Ситха есть старая легенда, — сказал он медленно. — О богах. О существах, которые могут одним взглядом исцелять раны, одним словом давать силу. Гоблины раньше служили таким существам. Давно, очень давно. И говорят… — он помедлил, — … что служение высшей силе может заменить любой инстинкт. Потому что это самый древний инстинкт — следовать за тем, кто сильнее.
Он посмотрел на Инвока:
— Ты сильный, монах. И Ситх тебе благодарен, но ты… ты не бог. Твои раны не заживают полностью, а твоя магия имеет пределы. Если бы Ситх нашёл кого-то по-настоящему могущественного… кого-то, кто мог бы указать путь…
Он не договорил, но смысл был ясен.
Теперь Зеленюк посмотрел на золотой обломок в руке, а потом — на рану Инвока, которая всё ещё не зажила до конца.
И выбросил обломок.
Просто разжал пальцы и позволил ему упасть на пол.
— Но Ситх постарается, — сказал он тихо. — Инстинкт очень сильный, но Ситх попробует его контролировать. Ради… — он кивнул на Инвока, — … ради того, кто за него сражается.
Он полез в свою сумку и достал что-то — кусок вяленого мяса, завёрнутый в грубую ткань.
— Вот, — он протянул его Инвоку. — Это последнее, что у Ситха осталось из дома. Ситх берёг, но ты… ты заслужил.
Инвок смотрел ему в глаза и понимал, что для гоблина это значило. Возможно поделиться едой в его племени — это некое признание и знак доверия.
Он взял мясо.
— Спасибо, Ситх.
Гоблин смущённо кивнул и отвернулся.
Они сидели в тишине, жуя вяленое мясо (жёсткое, солёное, но на удивление сытное), и Инвок думал о том, как странно складывается судьба.
Он пришёл в Авалон, чтобы искупить грехи и найти путь к свету через тьму. А нашёл… гоблина с золотой лихорадкой.
И почему-то это казалось правильным.
Они вышли в огромный центральный зал. Хотя назвать это «залом» язык не поворачивался — это был настоящий Храм.
Потолок уходил ввысь, теряясь в золотистом сиянии. Колонны из белого мрамора поддерживали своды, украшенные фресками с изображениями ангелов и святых. В центре возвышался алтарь из чистого золота, усыпанный драгоценными камнями.
И вокруг этого алтаря бушевал бой.
Призраки.
Десятки призраков — полупрозрачных, светящихся зелёным светом. Они кружили вокруг одинокой фигуры в центре, атакуя волнами, отступая и атакуя снова.
В центре этого хаоса кое-кто стоял — это была женщина в белоснежных одеждах жрицы. Высокая, стройная, с идеальной осанкой, её лицо скрывала вуаль, но даже сквозь ткань Инвок видел мягкое сияние — словно под вуалью горело маленькое солнце.
Система не давала прочитать её параметры, впрочем учитывая кто был перед ними, Инвок не был удивлен.
Элира — жрица Титанов сражалась.
Вокруг неё был возведён щит из чистого света, отбрасывающий призраков при каждой атаке, но Инвок видел проблему: она только защищалась. Никаких атакующих заклинаний, никаких контрударов, она просто держала щит, который медленно, но верно слабел под напором врагов.
— Зеленюк, вперед! — он бросился вперёд. — Поможем ей! Но не трогай золото!
— Ситх понял!
Они врезались в толпу призраков.
Инвок вскинул руку:
— «Взрыв Праведности»!
Волна света прокатилась по залу, отбрасывая призраков. Его магия — магия Света, усиленная полученным классом Палладина — идеально подходила для экзорцизма. Призраки визжали и отступали, не в силах выдержать священное сияние.
Зеленюк сражался рядом. Его молот был бесполезен против бестелесных тварей, но он нашёл другой способ — хватал куски мраморных обломков и швырял их в призраков, отвлекая внимание.
— Сюда, твари! — орал он. — Ситх здесь! Атакуйте Ситха!
Призраки разделились — часть продолжала атаковать Элиру, часть переключилась на новые цели.