Алексей Сидоров – Город Безликих (страница 39)

Я подскочил на месте, но Астур остановил меня. Его испещренные шрамами и ожогами ладони учтиво указали на кресло.

– По нашим сведениям, сегодня на площади должно что-то произойти – по приказу Верховного, – но что именно, мы не знаем. Нам необходимо быть там, чтобы предотвратить возможные жертвы теракта и дать отпор, если это понадобится.

– Чего же мы тогда ждем? Надо идти скорее туда!

– Спасибо, – прошептал Астур, поднимаясь с кресла.

– За что? – не понял я.

– За понимание. И за помощь.

– Ладно, потом обсудим размер благодарности. Как нам пробраться на это представление?

– Идемте за мной, – кивнул охранник, и мы вышли к винтовой лестнице. Правда, теперь она приобрела несколько иной вид, превратившись в подобие покатой крыши. Пришлось карабкаться.

Мы оказались в небольшом коридоре, который вывел нас на узенькую улочку.

– Вот сюда, – кивнул безликий, вырываясь вперед. Мы последовали за ним. Улучив минуту, я стал озираться и разглядывать Город, дивясь его необычной архитектуре.

Неиспользованное пространство в Городе имело свою форму. Проходя мимо причудливо изогнутых домов, я вдруг осознал, что безликие – или те, кто на самом деле построил Город – были гениальными архитекторами. Пустоты имели какой-то ведомый только им смысл. Я его никак не мог разгадать, но чувствовал на уровне интуиции, что все элементы городской архитектуры складываются в подобие знаков или сигналов, понятных местным жителям. Читая эти знаки, безликие тут же корректировали маршрут. Кто знает, может, вон тот промежуток между двумя стенами, по форме напоминающий молнию, означает, что впереди опасность? А вот это пространство, мягким изгибом уходящее под крышу дома, наоборот, говорит, что путь свободен? Что-то вроде светофора.

Тонкий расчет конструкций был настолько идеальным, что когда мы всей толпой проходили мимо узкого, как нам казалось, прохода, то даже не задели стены локтями. Тесная пустота словно размыкалась перед нами и вновь смыкалась. Заостренные улочки резко обрывались, переходя в лабиринтообразные проходы, но даже там мы знали, куда идти – словно сами постройки вели нас к цели.

Мы видели, как некоторые дома перестраивались на ходу – и это было самое удивительное. Только что перед нами стояла небольшая постройка непонятного назначения, без окон и дверей, как вдруг фундамент ее сдвинулся с места, пополз в сторону, одна из стен плавно съехала вниз, крыша схлопнулась, образуя покатый скат. Следующий дом тоже надсадно захрипел и превратился в пирамиду. Узкое пространство между этими домами расширилось, образуя проход.

Остальные участники группы тоже дивились увиденному, широко раскрыв рты. По пути нам не встретился ни один безликий, и мне показалось, что это раскольниками было сделано намеренно – чтобы не появилось много лишних вопросов. Скрытность была в приоритете у Астура.

Но планам, видимо, не суждено было сбыться. Уже подходя к воротам, мы были застигнуты врасплох – двое безликих, не из команды раскольников, выскочили нам наперерез. Когда астуровцы схватились за ножи, я понял, что драки не миновать. И продолжаться она будет уж точно не до первой, а до последней крови.

7

Верховный посмотрел на толпу и снисходительно улыбнулся. Отлично. Все на месте. Пора покончить с раскольниками. Они уже стали докучать. А потом приниматься за Ожогина. С ним отдельная история. Необычный яд течет в его крови, способный подсоединять разум Ожогина к Зоне. Это самое ценное, что сейчас есть у Верховного. С помощью этого проводника можно вступить в диалог с Зоной и попросить некоторые привилегии.

Верховный потер руки. Он был на пике могущества, и это ощущение очень радовало. Верховный смотрел, как его солдаты окружают раскольников, стоящих на задних рядах площади, и не мог сдержать улыбки. Вот бойцы его армии замкнули сети, вот достают рубила и начинают планомерно выкашивать еретиков. Отлично. Просто замечательно. И плевать на крики раскольников – когда вступали в их ряды, думали совсем о другом, так пусть теперь поплатятся за проступки.

Двоих отступников оттеснили к стене. Те начали сопротивляться, но энергичные удары по ребрам быстро утихомирили бунтующих. Рубило взметнулось вверх, а потом с чавкающим звуком вонзилось в плоть одного из раскольников. Тот закричал.

«Да пусть кричит! Чтобы все слышали, каково это – идти против власти Верховного. Прекрасный день, чтобы напоить его кровью».

Еще троих, попытавшихся сбежать, настигла та же участь, что и их собратьев, – беглецов изрубили на куски. Одного, попытавшегося оказать сопротивление, повалили на землю и принялись бить ногами – глухие удары долетели даже до окна Верховного.

Несколько безликих попытались прорвать цепочку окружения и ринулись на бойцов, но те сумели сдержать шеренгу и оттеснить восставших к общей массе раскольников. Солдаты принялись разделять толпу на мелкие группы – так будет удобнее расправиться с раскольниками.

Раздался грохот – кто-то из бунтарей взорвал самодельную бомбу, сделанную из кувшина, наполненного горючим маслом. Вспыхнуло пламя, едкий дым разлился по площади. Одного из бойцов Верховного, стоящего ближе всех к эпицентру взрыва, окатило огненным фонтаном, и он бегал и истошно кричал, пытаясь сбить с себя пламя. Одним бойцом меньше, одним больше – это сейчас не важно. После сегодняшней зачистки Верховный объявит всеобщую мобилизацию в войсковые части – пополнить ряды тех, кто пал.

Верховный не смог сдержать вздоха восхищения. Так и надо – если что-то портится в механизме, даже если это будет одна гайка, то ее непременно нужно выкинуть и поставить новую. Иначе – не избежать беды. Такая вот одна гайка может привести к поломке всего механизма. И он, Верховный, для этого и избран, чтобы менять винтики и гайки, пока они не уничтожили все. Их смерти не жалко – другие нарожают еще, и новое поколение будет воспитано в патриотичном духе – Верховный позаботится об этом лично.

А пока пусть течет кровь. Море крови. Механизм нуждается в очистке.

Довольная улыбка Верховного поблекла в одно мгновение – когда он обернулся в сторону Скалы.

– Что? – только и смог произнести он.

Было чего пугаться – прямо на него летела девушка на огромном свирепом курунге.

8

Настя увидела происходящую на площади расправу и поняла, что Верховный ее обманул – использовал для своих, непонятных пока ей, целей.

– А вот сейчас и узнаем все из первых уст! – воскликнула Настя, забираясь на Барсика. – Давай, малыш, мчи к той башне. Чует мое сердце – никто не собирался нам помогать с Ожогиным. Ну и ладно. Не хотите по-хорошему, будет вам по-плохому!

И вновь глянула вниз, и кровь застыла в жилах. Сколько она видела смертей, но даже такая закалка не смогла уберечь девушку от шока из-за того, что творилась там, на площади. Солдаты убивали безоружных – женщин, детей, мужчин, не щадя никого. Страшная мясорубка. Кровь затопила площадь, смешалась с грязью и песком, превращая всю территорию в поле брани.

– Давай, малыш! Отдавший на это приказ сам достоин смерти!

Зверь взмахнул крыльями и взвился в небо.

9

– Ничего, у меня есть для тебя сюрприз! – ухмыльнулся Верховный, глядя на приближающегося зверя, на котором восседала девушка. – Охрана! Срочно сюда манкурта!

Вбежавший в помещение солдат кивнул и скрылся в коридоре. Через мгновение в опочивальню Верховного вошел крепкий мужчина, одетый в кожаную жилетку и байкерские штаны. Взгляд у человека был рассеянный и больше походил на «взгляд» чучела животного.

– Индеец! – произнес Верховный, но вошедший никак не отреагировал на обращение. Верховный довольно кивнул – процедура по превращению провинившегося прошла успешно. Личность Индейца окончательно стерлась из головы человека, теперь он превратился в манкурта – безвольного раба, готового выполнить любое поручение. – Видишь вон ту стерву, летящую сюда? Уничтожь ее! И пса ее крылатого тоже убей. А сердца их обоих принеси мне. А я пока уйду отсюда, чтобы обезопасить себя.

Индеец кивнул, поняв задачу.

Не задерживаясь ни минутой больше, Верховный выскочил из комнаты и в сопровождении охраны поспешил ретироваться.

Индеец остался один в ожидании, когда противник приземлится на карниз балкона. В тот момент он думал только об одном – как будет голыми руками разрывать плоть девушки и доставать оттуда еще трепыхающееся сердце.

10

Девушка спрыгнула с Барсика прямо на подоконник и ворвалась в комнату. Но к удивлению Насти, там ее ждал вовсе не Верховный, а Индеец – негодяй, который похитил их с Юркой.

«Тем лучше, – подумала девушка. – Значит, «отблагодарю» гостя».

И без лишних слов рванула к врагу.

Индеец, хоть и выглядел заторможенным, по факту таким не оказался. Ловко отпрыгнув в сторону, он принял боевую стойку и приготовился к сражению.

«Мы тоже не лыком шиты, – беглым взглядом осматривая комнату на наличие выгодных позиций, подумала Настя. – Годы жизни с Ожогиным не проходят бесследно. Его на лопатки клала, а тебя и подавно!»

Некоторое время противники кружили друг перед другом, ожидая, кто же начнет смертельную схватку. Воздух, казалось, от присутствовавшей ярости наэлектризовался и источал разряды, прошибая обоих.

Первым не выдержал Индеец. В один прыжок он подскочил к девушке и попытался схватить ее за одежду. Не получилось. Настя ловко ушла в сторону.