Алексей Сидоревич – Детство: дорога к именам (страница 36)

– Да. Голова только болит и шатает, похоже, приложило сильно. Что нужно делать?

– Пойдёшь по второму техническому тоннелю, а я за тобой буду двери закрывать. Связь не работает, а предупредить коллег надо, вот ты и пойдёшь. Я всё здесь остановлю и через главный шлюз выскочу. Главное – перекрыть подачу электричества и воды в основной агрегат, изолировать хранилище от магистрали. Жаль, теперь отсюда электролизёр не вырубить, к нему мощность независимо подаётся, так что это сделаю я. Ты пойдёшь и всё расскажешь, приведёшь помощь.

Начали сборы. Отыскали переносной ящичек с инструментами и фонарики. Ихсть открыл шкафчик, где находились резервные скафандры. Он уже знал, что предстоит сделать. Идти по тоннелю придётся далеко, а до него ведь ещё добраться надо. И внутренняя дверь, ведущая туда, наверняка повреждена, если не завалена, а до центра топать не меньше хрона. Одна Матерь знает, сколько туда проникло отравы и на какую дистанцию она распространилась. Надо помочь расчистить проход, пройти по тоннелю и закрыть внешнюю дверь вручную. Потом всё перекрыть, осмотреть остальные двери и попробовать удрать на поверхность. Шансов мало, но они есть. Главное, чтобы Сзихт не заметил разницу в массе баллонов. По счастью они лежали отдельно и их надо было присоединять непосредственно перед надеванием скафандра. Ихсть взял более тяжёлый и протянул помощнику. Казалось сложным обыграть меньший вес своего баллона, но к его облегчению Сзихт ничего не заметил. Дело сделано, пора идти в эпицентр.

Ихсть покидал аварийную операторскую последним, на освещённой площадке перед шлюзом его ждал напарник. Ихсть остановился, поглядел в подступающую темноту, красное освещение, к которому он успел привыкнуть за короткое время, почему-то уже не работало. Внутри поселился неприятный холодок, но отступать было некуда.

– В путь! – протрещал он и включил фонарь, Сзихт последовал примеру.

Прежде чем пробиться к машинному залу, дважды пришлось разворачиваться, ища обход. Некоторые коридоры пребывали в ужасном состоянии, но по ним можно было хотя бы проползти, отдельных помещений не существовало вовсе.

В машинном зале разрушения произошли максимальные, загазованность оказалась смертельной – судя по встроенному в скафандр датчику вредных газов, атмосфера состояла из кислорода чуть более, чем наполовину. Дверь в искомый тоннель была вырвана и искорёжена, утешало то, что проход свободен. У резервного затвора они попрощались. Сзихт пошёл дальше, а Ихсть изнутри стал задраивать створки ворот. Закрыв тоннель, он миновал загазованный участок и добрался до аварийных механических электроразмыкателей. Принялся выкручивать нужные рукоятки, когда индикаторы тока потемнели, пошёл к водоводам. Место, где те находились, почти не пострадало, сложнее было туда попасть. Несколько больших ушло на поиск и перекрытие нужных задвижек, всё приходилось делать, пользуясь механическими приспособами, автоматика оказалась и тут полностью обесточенной. Осталось последнее дело – изоляция модуля от магистрали, что вела к потребителю. Когда начал закручивать клапаны подачи, в голове возник шум. Ранее система жизнеобеспечения скафандра протрещала о нулевом запасе углекислоты, но внимание Ихсть на это не обратил. Когда он закончил работу, к шуму в голове присоединилось онемение конечностей с болью в лёгких. Пора позаботиться и о себе, он и так сделал всё, что мог для локализации аварии.

Шлюз на поверхность оказался заваленным, причём капитально, а одна восьмая доля кислорода в воздухе надежд спастись не оставляла. Потеряв опору, Ихсть упал на пол, ничего не соображая – тело всё равно не держало, а давление внутри скафандра упало настолько, что он не мог сделать ни единого вдоха. Боль в лёгких усилилась, потом поглотила его полностью и длилась невыносимо долго, затем он потерял сознание.

Внезапно он обнаружил себя под частично уцелевшим потолком, на полу под ним распростёрлась неподвижная фигурка в скафандре. Конечностей своих, как и тела, он не видел, но удивило не это. Рядом с ним возникло круглое окно, затянутое рябью, напоминающей помехи на экране телехрома, когда нет сигнала трансляций, вдруг заметил, что его влечёт прямо в эти «помехи», зацепиться было не за что и нечем. Он откуда-то знал, что может перемещаться и так, но окно затягивало, подобно магниту. Ихсть запаниковал, когда его притянуло к барьеру, заставило прикоснуться к нему, и внезапно он увидел яркий свет.

Неизвестно сколько времени провёл Ихсть в неведомом «где» и непонятном «когда», но постепенно свет впереди стал тускнеть, а темнота позади светлеть, выделились скопления звёзд. Процесс шёл настолько плавно, что он и не заметил, как оказался в межзвёздном пространстве. Только в отличии от привычного космоса здесь области не разделялись на обычный космос и мрачную сверхпустоту, к которой Ихсть так привык на своей далёкой, как он теперь полагал, родине. Воспоминание о родной планете вызвало горечь утраты и ощущение абсолютного, всепоглощающего одиночества. Звёздный ландшафт лишь усиливал вселенскую тоску.

Впереди появилась ещё одна звёздочка, через некоторое время Ихсть понял, что это светящийся пузырь, к которому он приближается с большой скоростью. Скорость, впрочем, быстро падала. Только вблизи Ихсть понял, насколько пузырь был огромен, полупрозрачная оболочка озарялась светло-голубым свечением, а внутри сновали яркие сгустки. Его привлекло к барьеру и протащило внутрь, один из сгустков оранжевого света приблизился вплотную и…

Целая гамма самых тёплых эмоций охватила всю его сущность, такого Ихсть не испытывал даже на встрече с Великой Матерью, на которую приходят все собратья через положенный срок после метаморфозы из личинок. Он чувствовал позитив всем существом, ему здесь рады все без исключения.

Сгусток отпрянул, к нему приблизились другие, отличающиеся по цвету.

– Нам нужно обсудить твою участь, – раздалось сразу со всех сторон. – Тебя тащит на ещё одно воплощение и наша работа – предоставить подобным тебе право выбора и попытаться помочь, если выбора не получится сделать. Проблема в том, что слой реальности, куда тебя влечёт, не соответствует твоему потенциалу. Часть сущностей мы научились перехватывать, но проект зашёл в тупик по независящим от нас причинам. Проявился эффект проскока и с ним пока ничего не удаётся сделать. На каждого, кого получается вытащить, обязательно возникнет случай воплощения в том слое. Ты ещё можешь выбрать, следующего кандидата – уже нет, его не вытащить. Но если пойдёшь туда сам, то следующий сможет избежать некорректного воплощения.

– Я должен выбрать новую реальность из двух?

– Это сложно объяснить, но слоёв-реальностей великое множество, мы называем это множество пучком, потому как переход в пределах пучка наименее затратен. Пучок слоёв- реальностей не один. Это то из немногого, о чём нам точно известно.

– А та реальность – не из нашего пучка?

– Да, это правильное предположение. Но у нас очень мало информации по тому пучку, и почти вся она косвенная. Есть гипотеза, повторяю, ничем не подтверждённая, о возникновении этой неприятной ситуации. Подтвердить или опровергнуть очень сложно, поскольку переход между слоями разных пучков при наших возможностях – почти немыслимая вещь. Согласно гипотезе, сущности с вашей планеты регулярно затягивает в тот слой чуждого пучка, на планету (или какое-то другое тело, мы не знаем) с искажённой метрикой пространства, опять же, по косвенным данным. Мы называем эту проблему «проблема Умника-оператора Артефакта». Местные обитатели, похоже, решили поиграть с силами, о которых не имеют представления. Создали ту условную планету со странной геометрией, она связывает почти все слои их пучка реальностей воедино, но игрушка вышла из-под контроля и теперь они не знают, что с ней делать. Или вовсе забросили проект.

– А откуда и почему взялись Артефакт и Умник?

– Были ещё горе-экспериментаторы, может быть, те же самые, мы не знаем. Создали машину-конвертор из нематерии четвёртого рода и бросили на той несчастной планете. Если бы не этот аппарат, мы бы не узнали вообще ничего о тех реальностях. Другое, более разумное существо машину нашло, настроило для перетягивания сущностей из вашего мира, спроектировало шаблон новых тел для воплощения и после уничтожило контур управления. Уничтожило грамотно: полностью и необратимо. Теперь, чтобы решить проблему неравновесного воплощения, возможно, придётся заодно решать проблему той реальности, а мы мельчайший прокол туда не можем создать, потому и теория не разработана. Даже нематерию такого высокого рода мы не познали до момента обнаружения проблемы, а чтобы создавать из неё работающие агрегаты, тем более, конверторы и такого класса…. Конвертор мы назвали Артефактом, его не отключить и не перенастроить с нашим уровнем развития, а учитывая некоторые свойства той нематерии… Есть гипотеза, что убрать оттуда или уничтожить его теперь нельзя никаким способом, даже находясь там. Некоторые предполагают, что она может работать за счёт энергии искажений местной метрики, в этом случае машина будет действовать, пока само пространство там не придёт в норму. А существо, бывшее оператором, мы назвали Умником. Испортило оно себе сущностный потенциал своими действиями, но всё могло пойти по куда худшему варианту. Его тоже можно понять, оно очень спешило, боялось попадания конвертора в распоряжение к неосознающим существам, а просто уничтожать уникальный аппарат было жаль. Оно оставило там свои данные, мотивы, предположения и краткую фактологию. Благодаря этим открытым записям мыслеформ, мы смогли заполучить информацию о той реальности. Канал связи конвертора с нашим пучком позволяет читать некоторые свойства объекта в момент переноса сущностей. И та информация нам не понравилась, потому что способ жизни местных разумных абсолютно чужероден для нашего пучка. Чужд для наших реальностей вообще, он не похож на осознание, существовать в таком обществе крайне тяжело. Следствия из этого факта тебе могут не понравиться, ведь после гибели твоего тела там потенциал сущности возрастёт. Настолько, что воплотиться в обычном нашем слое ты не сможешь, хоть твою сущность и выдернет обратно в наш пучок. Только в слоях более высшего порядка ты сможешь продолжить свой путь, а это не всем по нраву. Поэтому тебе дан выбор места воплощения: штатный слой или тот, искалеченный. От этого выбора зависит судьба твоего последователя: его автоматически выбросит в плохой для вас мир или он получит возможность выбрать между своим слоем и воплощением в реальности экспериментаторов, как ты выбираешь сейчас.