Алексей Шумилов – Время платить по счетам (страница 23)

Я сделал паузу и мысленно вытер пот со лба.

«Ух, вот это я загнул. Был бы чемпионат по пустой болтовне, второе место после этого спича точно моё. И то, только потому, что такого матерого словоблуда как Горбатый, как ни старайся, не обогнать».

Каданников искоса глянул, но промолчал, ожидая продолжения.

— Люди там, — я многозначительно показал глазами вверх, — проект совместного производства АВТОВАЗа с ведущими автомобильными корпорациями США горячо поддерживают. И это хороший старт для вашей последующей карьеры. Человек такого уровня как вы, уверен, чувствует, что может добиться большего, чем должность директора даже такого крупного завода. Открою вам небольшой секрет. Уже полным ходом идёт подготовка передачи на телевидении, посвященной нашему новому проекту совместного производства американских авто. И я лично готов сказать в прямом эфире, что этот проект разрабатывался непосредственно с вашим участием, и вы как управленец делали всё возможное, чтобы его успешно реализовать. Поверьте, наверху это заметят и оценят. Ведь ваш завод станет первым предвестником новой эпохи, позволившей обеспечить советских граждан самой современной продукцией западного автопрома.

— Хм, — в глазах директора мелькнул интерес. Я кинул ему слишком вкусную наживку, и соскочить с крючка он уже не мог.

— Конечно, если Вы вдруг пойдете на попятную, и откажетесь, можем обратиться в ГАЗ или АЗЛК. Но тогда все лавры достанутся им, а не вам и вашему заводу, — подлил я масла в огонь. — Но Ашоту Ервандовичу очень комфортно работать с АВТОВАЗом и с вами, поэтому мы первым делом приехали сюда.

— Да, — важно кивнул товарищ, поддерживая мою игру. — Нам нравится, как вы тут всё организовали, как работает выстроенная система, поэтому я убедил Михаила Дмитриевича в первую очередь попробовать договориться именно с вами.

— Понятно, — Каданников старался сохранить невозмутимое выражение, но азартный огонек в глазах невольно выдавал настрой генерального директора. Он оценил перспективы, услышал мой намек о «людях наверху», и принял нужное нам решение.

— Ну что же товарищи, будем работать, — веско заявил Владимир Васильевич, решительно хлопнув ладонью по столешнице.

— Но у нас есть пара небольших просьб, совсем небольших, — вкрадчиво добавил я.

— Каких? — нахмурился генеральный директор. Весь его недовольный вид говорил «начинается».

— Первая, «ОСМА-авто» становится единственным эксклюзивным продавцом автомобилей ВАЗ, — заявил я. — Разумеется, не считая государственных закупок. «ЛОГОВАЗ» вместе с Борисом и всей его шоблой должен уйти с завода. Вторая — увеличить наши квоты. Сейчас нам выделяют около пятисот-семисот машин в квартал для продажи, и даже такое количество начали урезать. Это очень мало. Давайте для начала, хотя бы тысячу — полторы с возможностью увеличения до двух-трех и выше, в случае быстрых продаж и расчетов с заводом.

Каданников помрачнел ещё больше и задумался. В кабинете повисло напряженное молчание. Мы терпеливо ждали ответа.

— Ладно, — тяжело вздохнул генеральный директор. — Ваши условия принимаются. Но необходимо будет обсудить ещё несколько нюансов. Предлагаю сделать это в более неформальной обстановке. Через пару дней прилечу в Москву, позвоню к вам в офис и договоримся о встрече.

— Конечно, договоримся, — я всем видом изображал бурную радость. — Приезжайте, встретим как самого дорогого гостя, все вопросы решим, не сомневайтесь.

— Я и не сомневаюсь, — криво усмехнулся Владимир Васильевич. — Вы, ребята хваткие, на ходу подметки рвёте.

Хлопнула дверь, топот тяжелых шагов взорвал тишину. Будто к водопою наперегонки бежало стадо сметающих всё на своем пути, изнемогающих от жажды бегемотов. Возбужденные громкие голоса заставили меня напрячься.

«Вот и разгневанные трудовые массы подоспели. Началось!»

Примечания:

Вомбат — животные семейства сумчатых млекопитающих. Травоядные, роют норы, в которых и проживают. Внешне напоминают гигантских хомяков или маленьких медведей. Обитают в Австралии.

Михаил Самуэльевич Паниковский — аферист-мошенник, периодически изображавший слепого. Персонаж юмористического романа Ильфа и Петрова «Золотой Теленок»

АЗЛК — Автомобильный завод им Ленинского Комсомола (название с 1968-го по 1993-ий год), расположенный в Москве. Сейчас АО «Московский Автомобильный Завод 'Москвич».

Глава 11

— Ну что там ещё? — недовольно встрепенулся Каданников.

Я улыбнулся и тихо шепнул сидящим рядом товарищам:

— День открытых дверей в зоопарке. Прибежали и возмущенно бьют копытами. Почему ослам в стойлах овса не досыпают?

Сидящий напротив Саня ухмыльнулся. Ашот прыснул и сразу же прикрыл рот ладонью.

— Что? — Владимир Васильевич, почти вставший со стула, всем корпусом развернулся ко мне. Хороший слух у генерального, чуткий, даже шепот улавливает.

— Говорю, трудовой коллектив к вам пришёл. Наверно подарок желает вручить. У вас, случайно, не день рождения сегодня? — с невинным выражением лица поинтересовался я.

— Мой день рождения в начале месяца отгуляли, — буркнул директор. — Все подарки уже вручили.

— Значит, просто соскучились, — простодушно предположил я.

Директор хищно прищурился. Я с невозмутимым фейсом выдержал тяжелый взгляд. Каданников, ничего не говоря, отвернулся, резко отодвинул стул. Паркет жалобно скрипнул. Директор тяжелым шагом уверенного в себе человека, направился к выходу.

Рывком открыл дверь и уставился на возбужденно гомонящую толпу, заполнившую приемную.

Я тихо встал и пошел следом. Товарищи последовали моему примеру.

— Так, что тут у вас происходит? — зычный голос Владимира Васильевича перекрыл остальные, и шум тут же, как по мановению волшебной палочки, мгновенно утих.

— Мы делегация от завода, — храбро выступила полная женщина лет сорока. Голубые тени на веках, густо накрашенные тушью и местами слипшиеся ресницы, ярко-красная вульгарная помада на губищах-пельменях и тройной слой пудры на одутловатом лице — мадам напоминала злобного клоуна из Преисподней или вышедшую в тираж проститутку, зашедшую в полной боевой раскраске в портовый кабак.

— Какая еще делегация? — мрачно поинтересовался Каданников. — По какому поводу? Вечно ты, Воскобойникова, воду мутишь.

— Ничего я не мучу, — возмутилась мадама. — Мы по делу пришли.

— По какому? — рыкнул генеральный директор. — Мозги не пудри. Излагай по существу, у меня мало времени.

— Нам сказали, ушлые кооператоры решили завод под себя подмять, — заверещала тетка. — Мы, значит, будем своими трудовыми руками машины делать, а эти буржуи из «ОСМЫ авто» продавать и наживаться на нашем труде. Миллионы зарабатывать! Несправедливо получается! Завод государственный, а не их собственный.

— Правильно Воскобойникова говорит, Васильевич, — поддержал тетку пузатый мужик лет пятидесяти в грязном комбинезоне. — Режет правду-матку. Ты меня знаешь, я на заводе без малого четверть века тружусь. Почему мы должны корячиться, а эти кооператоры на нас зарабатывать?

Люди возбужденно загомонили, поддерживая ораторов.

— Так, понятно, — командный голос Каданникова заставил толпу притихнуть.

— Суть претензий ясна, — генеральный директор обвел тяжелым взглядом людей. Некоторые смущенно отводили глаза. Другие, краснели, бледнели, но держались.

— Пусть человек пять-семь пройдут в кабинет, Воскобойникова, Павел Ильич, ещё кто-то, — предложил Владимир Васильевич. — Остальные могут подождать в коридоре. Не нужно набиваться в приемной как сельди в бочку.

Первой в кабинет вошла надутая тетка, за нею следовал толстый Павел Ильич, потом молоденькая девушка, работяга в кепке и спецовке, тощий дед с сизым носом и дородная женщина лет пятидесяти.

— Вам кооператоры не нравятся? — директор обвел грозным взглядом шестерых «бунтовщиков». — Зарабатывать они, значит, на перепродаже машин будут. Претензии понятны. А скажи-ка мне, уважаемый Павел Ильич, в чем разница, если отпускная цена на машины одна и та же?

— Так то ж государство, а то кооператоры, — пояснил толстяк. — Государству не жалко, а вот этим дармоедам…

— Я понял твою точку зрения, — скривился Каданников. — Может сам директором станешь, сядешь в мое кресло и будешь рулить заводом раз такой умный?

— Не, Владимир Викторович, — пузатый побледнел и даже отступил на шаг за спины товарищей. — Не справлюсь я.

— Вот, — удовлетворенно кивнул Каданников. — Понимаешь. Значит не совсем пропащий. Теперь послушайте меня. Как раньше составлялся план? Кто-нибудь знает?

— Это все знают, — самодовольно заявила Воскобойникова. — Его утверждали в министерстве и спускали нам.

— Правильно, — улыбнулся генеральный директор. — Составляли в министерстве с привлечением экономистов Госплана, просчитывающих потребности предприятий, отраслей экономик, граждан, с учетом проектной мощности завода. Когда Михаил Сергеевич Горбачев стал Генеральным Секретарем, и началась «Перестройка», что поменялось?

— Ввели элементы хозрасчета, — уверенности в голосе тетки стало поменьше.

— Именно, — Каданников торжествующе поднял указательный палец. — Начало этому было положено ещё при председателе Совмина Алексее Николаевиче Косыгине. Потом лавочку прикрыли, но когда Михаил Сергеевич Горбачев стал генеральным секретарем, снова вернулись к реформам. А элементы потому, что АВТОВАЗ — предприятие стратегическое, и находится под особым контролем государства. Нововведения вывели такие статьи, как рентабельность и окупаемость производства на первое место. Сейчас наш завод может свободнее распоряжаться заработанными средствами, и заинтересован в том, чтобы выпускать как можно больше автомобилей. Это деньги, которые превращаются в ваши премии, идут на оплату за переработки, надбавки и повышение окладов передовикам производства, строительство новой инфраструктуры для вас оболтусов — санаториев, детских садов, общежитий, домов отдыха, жилых многоэтажек, вложения в высокотехнологичное оборудование, внедрение инноваций, улучшающих условия труда. А такие компании как «ОСМА авто» помогают нам продавать и зарабатывать, отчего лучше становится всем: у завода появляется больше денег, идущих на ваши же нужды. Так что, по большому счёту кооператоры работают на наш завод и трудовой коллектив. А то, что зарабатывают при этом, так и вы тоже можете. Откройте кооператив, принесите мне контракт на, допустим продажу двести машин, внесите авансовую предоплату и зашибайте деньгу, я не против. Но учтите, спрашивать буду строго: не справились, сразу идёте нахрен.