Алексей Шумилов – Ставка - жизнь и весь мир в придачу (страница 33)

— Зачем? — взгляд майора приобрел бритвенную остроту. — Для вербовки? Он уже три года в отставке и ничего не решает. Вы точно представляете КГБ?

— Я представляю людей, способных дать ему достойную работу, — туманно ответил я.

— А давай я тебя, голубя сизого, сейчас задержу и к нам привезу, — хищно оскалился майор. — Больно ты мутный товарищ Иванов, или как тебя там. Наши спецы быстро язык развяжут.

— Не боитесь ответственности за спекуляцию? — я иронично изогнул бровь. — А ведь это далеко не все ваши грешки. Могу ещё многое рассказать. Например, недавнюю историю, как вы замполиту чучело гадюки в постель подложили. Он, между прочим, упал и руку сломал. А это уже на диверсию против руководства тянет. Или как товарища прикрывали, когда он на задании в западном Берлине к проституткам бегал.

— Замполит сам виноват, — буркнул покрасневший майор. — Всех достал своими придирками и нравоучениями. С Воротниковым ситуация другая. Он с женой разошелся. Формально не развелись, но… Без женщины полгода сидел, планка падала. Вот и не удержался. Никому никаких секретов не рассказал, задание выполнил, ну и побаловался с проституткой на обратной дороге.

— То-о-варищ майор, — многозначительно протянул я. — Ладно, ваш замполит — сволочь известная. От него весь личный состав стонет. Но с Воротниковым… Неужели вы забыли, что такое «медовая ловушка»?

— Не забыл, — Изотов виновато отвел глаза. — Да ничего же не было. Он под западника косил, заскочил в первый случайный бордель. Шанс, что его там срисуют и завербуют — ноль. Согласен, не нужно было этого делать, но бывают такие ситуации…

Изотов несколько секунд помолчал, и вкрадчиво уточнил:

— И всё-таки, товарищ Иванов, откуда вы все это знаете? О замполите я никому ничего не говорил, все сам провернул. По поводу Воротникова, только я и ещё один человек знает, но он — кремень, будет молчать.

— Это не важно, — отмахнулся я. — Так всё-таки сведете меня с Маркусом Вольфом? Знаю, что вы одно время плотно общались, и сейчас выход на него есть.

— А почему бы не пойти по официальным каналам? — прищурился майор. — Если вы таких высокопоставленных людей представляете. Да ещё наших.

— Потому что, не все так просто, — спокойно ответил я. — Вы же знаете историю с тем же бывшим послом в Канаде, Александром Яковлевым? ГРУ и КГБ собрали доказательства вербовки и работы на западную разведку, главному доложили. И что? И ничего. В Политбюро сидит. Дальше продолжать?

— Не надо, — отказался сразу помрачневший майор.

— Если вы подозреваете, что я агент западных разведок — это глупость. Ответьте себе на один вопрос: Будет Вольф сотрудничать с БНД, ЦРУ и прочими структурами?

— Ни за что, — отрезал майор. — Он убежденный коммунист. Никогда никого не сдавал. За что и уважаем.

— Вот видите, — улыбнулся я. — Вы сами всё понимаете.

— Но ведь есть ещё и возможность ликвидации, — заметил Изотов. — Из мести, например. Вольф сильно насолил янки и весси. Многие разведки мечтают его живьем сожрать.

— Резонно, — согласился я. — Я готов переговорить с Маркусом Вольфом в любом удобном месте, которое он выберет. Может перед встречей обыскать, не вопрос. Хоть под прицелами снайперов с разных сторон пусть держит, если в чем-то подозревает. Поймите, мы хотим предоставить Вольфу шанс заниматься любимой работой, делать то дело, на которое он положил жизнь, правда, на чуть другом уровне. Вы же многое видите, какие тут процессы идут, что происходит. А мы даем ему возможность спастись, снова войти в игру, и делать то, что у Маркуса получается лучше всего.

На этот раз майор молчал минут десять, напряженно раздумывая.

— Ладно, — наконец вздохнул он. — Я поговорю с Маркусом Вольфом. Но ничего не обещаю, решение о встрече будет принимать он.

Глава 16

Все остальные вопросы обсудили за пятнадцать минут. Договорились с майором увидеться через пару дней на том же месте, в двенадцать дня. Изотов приедет в любом случае. Проявит Вольф интерес, вместе с ним или с предложением о месте и времени конкретной встречи, откажется, майор все равно прибудет и сообщит.

Когда уже расходились, Станислав Иванович добавил:

— Раз обещал, попробую организовать встречу. Но на будущее — просьба: постарайтесь решать свои проблемы, как-нибудь без меня. Есть такая поговорка: «паны дерутся — у холопов чубы трещат». Если начнется какое-то дерьмо, большие начальники в высоких кабинетах всегда договорятся, а простых служак вроде меня сделают крайними. Большая политика — это террариум с голодными и злыми гадюками. Таких как я, сожрут и не подавятся.

— Понял, — кивнул я. — Просьба справедливая. Устройте мне встречу с Вольфом — остальное не ваша проблема. Даю слово, больше к вам обращаться не буду.

Договорились, — майор протянул руку. Я пожал крепкую ладонь и откланялся.

Такси стояло на том же месте, на стоянке у ресторана.

— Все нормально? — коротко спросил десантник, когда я уселся рядом с ним.

— Более-менее, — неопределенно ответил я.

— Wo kann ich es holen[21]? — с невозмутимым лицом уточнил водитель.

— Карл-Либхнет-штрассе, высади нас около берлинской телебашни, — попросил я.

— Gut[22], — кивнул таксист.

Можно было попросить подвезти прямо ко входу «Паласт-отелю», но там имелась высокая вероятность, что такси срисуют. А потом дело техники, по номерам выйти на водителя, допросить, восстановить наш маршрут, и найти Изотова. Понятно, что нашу машину могли пасти, но я регулярно посматривал по сторонам и слежки не заметил.

Облегчать работу товарищам чекистам не собирался. Если захотят отследить, пусть попотеют, восстанавливая картину нашего времяпровождения. Конечно, у нас и «штази» практиковалась подставка нужного такси объекту с водителем-сотрудником КГБ-МГБ за рулем. Тогда необходимость следовать за автомобилем отпадала. Но вариант подставки я напрочь отмел. Мы гуляли по городу пешком, поели в кафе, предугадать, что совершенно спонтанно возьмем такси, не мог даже самый гениальный оперативник.

Возможно, за нами никто не следит, это моя паранойя и шпиономания. Попытались всучить посольского работника и машину для поездок — на этом всё. Но я всегда предпочитал не расслабляться, подозревать худшее, и действовать так, будто оно неизбежно. Во многих случаях, это выручало. Что у генерала в голове варится, я знать не мог. Возможности у Бобкова огромные, всё-таки первый заместитель председателя КГБ, на кон поставлены десятки, а то и сотни миллионов, которые принесет ему контроль над моими фирмами. Ему ничего не стоит попросить местных коллег из МГБ приглядеть за нами. Обосновать просьбу можно элементарным беспокойством за нашу безопасность. Поэтому лучше перестраховаться и не маячить на такси перед отелем.

Чем заняться перед встречей с Вольфом? Нужно наладить контакты с народными предприятиями автомобильной промышленности «осси». В-первую очередь с руководителями «VEB Sachsenring Automobilwerke Zwickau», выпускавшими самый народный популярный и недорогой легковой автомобиль — «трабант». Интересны «Barkas» в Карл-Маркс-Штадте и «Robur», изготавливающие неплохие фургоны, микро- и большие автобусы, легкие и средние грузовики. В «Робуре», кстати, имеется несколько новых, опытных образцов. Выпустить их серийно не успели, из-за ликвидации ГДР. И конечно, «Automobilwerk Eisenach» в Айзенахе, производившие «варбурги». Можно попробовать завязать контакты с «VEB IFA-Automobilwerke Ludwigsfelde», выпускавшим среднетоннажные автомобили, мотороллеры и ещё рядом производителей. Но на первом плане стоят именно «трабанты», «варбурги», фургоны и микроавтобусы от «Баркас» и «Робур».

Если попробовать связаться с промышленниками напрямую, результат очевиден: пошлют, может даже вежливо стандартной отпиской, но встречаться и договариваться не будут. Поэтому варианта воздействия два. Первый подключить людей с посольства, того же Николая Ивановича. Он же помощь предлагал? Вот пусть и поработает в этом направлении. Тем более за ним стоит сам посол, которому от руководства Комитета спущена просьба «поддерживать и помогать». Бобков уже видит мои предприятия своими, и заинтересован, чтобы я заключил как можно больше выгодных контрактов и заработал денег.

Получится договориться с Вольфом, и его аккуратно подключу к решению вопроса. Главная задача — вывезти технологии и хотя бы часть производственных мощностей для организации производства на территории Союза. ГДР уже спасти не получится, нет у меня сейчас таких сил и возможностей: противодействовать центробежным процессам предательства и развала стран соцлагеря. Но большую часть, действительно уникальных кадров, которые как говорил товарищ Сталин «решают всё», возможно удастся заполучить. А там можно уже и с Рокволдами и Майерсами потягаться и свой глобальный план финансового кризиса и потрясения США организовать.

— Kamen[23], — коротко объявил таксист, притормаживая. Я глянул в окно: недалеко маячил остроконечный шпиль Берлинской телебашни.

Расплатился с таксистом и вслед за Олегом вылез на улицу.

Десантник заворожено пялился на большой рекламный плакат. На нем позировала ослепительная молоденькая блондинка с роскошной гривой кудрявых волос.

— Понравилась? — улыбнулся я.

— Очень, — признался десантник. — Кто такая?