Алексей Шумилов – Олигарх из будущего. Часть 6. Синдикат должен быть разрушен (страница 23)

— Партнера, то есть соучредителя? — уточнила девушка.

— Именно.

— Это будет новая компания или уже действующее ваше предприятие?

— Думаю, под линии одежды надо создавать дом моды и отдельную компанию, — серьезно ответил я.

— Кто определяет размер учредительных взносов? Вы или кто-то другой?

— В основном я, но учитываю мнение партнеров и уже обещал ввести в состав учредителей дизайнера и технолога. Именно им принадлежат идеи создания одежды и подбора материалов, — пояснил я. — Готов отдать вам десять процентов.

Мадлен коротко хохотнула:

— А вы шутник, Елизаров. Сорок.

— Вы тоже веселая девушка, мисс Рокволд, — улыбнулся я. — Это больше чем у всех остальных, в том числе меня. Но что вы лично можете предложить нашему предприятию?

— Во-первых, гарантию, привлечения привлекательных девушек из богатых семей для рекламы нашей одежды, — сообщила Мадлен. — Я знаю, как с ними разговаривать и что обещать. Наша линия будет со старта рекламироваться детьми преуспевающих бизнесменов и известных политиков. Это мощный стартовый рывок для развития бренда. Во-вторых, под моё участие в проекте, мой дед, мистер Рокволд готов открыть кредитную линию в двадцать миллионов долларов. Это серьезный аргумент, не так ли?

— Серьезный, — согласился я. — Это всё?

— Нет, не всё, — хитро улыбнулась девушка. — После просмотра фотографий, у меня наметились первые штрихи стратегии продвижения ваших моделей одежды. Пока я не готова ими делиться, мне нужно лично посмотреть на вещи, пощупать ткань, удостовериться в качестве изготовления. Только тогда будет выработана окончательная версия по рекламе и продвижению нашего совместного бренда. Ещё есть связи с владельцами сети модных бутиков, модельных агентств, отличными рекламщиками, телевизионщиками и многими другими, полезными людьми. Вы даже не представляете, какие двери открывает фамилия Рокволд.

— Почему, представляю, — возразил я. — Двадцать процентов, с учетом всего сказанного вами и взятия на себя продвижения нашего будущего бренда на телевидении и в прессе. По рукам?

— Тридцать, — возразила Мадлен. — И я готова пожать вам руку.

Старик с улыбкой переводил взгляд с меня на внучку и обратно, с интересом слушая спор.

— Вы меня без ножа режете, — я страдальчески поморщился. — Двадцать пять — моё последнее слово. И то, мне придется урезать доли своим друзьям и партнёрам, вести неприятные разговоры, выслушивать упрёки, претензии и обвинения.

Девушка печально вздохнула и пожала мою протянутую руку:

— Черт с вами, пусть будет двадцать пять процентов, но с правом приоритетного выкупа, если один из учредителей решит продать свою долю.

— Но с одним нюансом, — добавил я. — Если ваша доля, после выкупа, будет больше моей, тогда продаваемую часть приобретаем вместе с таким расчётом, чтобы у каждого в итоге были равные паи.

— Ладно, — кивнула Мадлен.

— Тогда согласен, -я вздохнул ещё трагичнее. — Умеете вы выламывать руки, мисс Рокволд.

— Не прибедняйтесь, мистер Елизаров, — свернула белозубой улыбкой Мадлен. — Только что Вы получили гарантию, что наш проект выстрелит и будет обеспечен финансово. Вам быпрыгать от счастья, но вы ещё при этом скорбную мину держите, будто у вас кто-то умер. Действуете так, будто дали кредит, сразу получили деньги обратно и с недовольным видом ждёте начисленных процентов.

— Ну не знаю, — развел руками я. — Судя по выстроенной схеме и дедушке-банкире, у вас немалый опыт проведения подобных сделок.

— Так, — вмешался старик. — Договорились? Прекрасно! К сожалению, у меня ещё немало дел, помимо вашего. Все подробности и нюансы сделки можете обсудить за пределами этого кабинета.

— До свиданья, мистер Рокволд. Благодарю, что выслушали и пошли навстречу, — попрощался я.

— Дедушка, я тебе ещё позвоню, — Мадлен шагнула к банкиру, нагнулась, обняла за шею и запечатлела поцелуй на морщинистой щеке. — До связи.

— Выметайтесь, — махнул рукой миллиардер. Он постарался сохранить серьезный и неприступный вид, но уголки губ непроизвольно расплывались в улыбке, а в глазах сверкали довольные искорки, выдавая чувства к внучке.

Мы вышли из кабинета и неторопливо пошли к выходу.

— Предлагаю обсудить все вопросы в ресторане, — вопросительно глянула Мадлен. — Знаю одно отличное местечко в городе.

— Принимается, — согласился я.

У ворот поместья стоял сверкающий черным лаком линкольн «Марк VII». За рулем с невозмутимым видом сидел Джон. Хотел ему помахать, потом вспомнил, здесь полно камер, чужих глаз и ушей, и такое приветливое расшаркивание с человеком Марго может вызвать у старины Рокволда дополнительные ненужные вопросы.

Кивнул на автомобиль и спросил:

— Твой?

— Мой, — подтвердила девушка. — Дед подарил. Вообще-то мне такие машины не нравятся — слишком помпезные, официальные. Предпочитаю спортивные тачки.

— Понятно, — улыбнулся я. — Недавно на похожей по дизайну ездил, только более старом — «континентале»

— «Марк VII» — тот же «континенталь», только современная продвинутая модель, — улыбнулась Мадлен. — Даже встроенный телефон имеется.

— Здорово, — улыбнулся я.

— Мы уселись в машину, Мадлен рядом с шофером, я сзади, охранники открыли ворота и мы выехали из поместья, к поджидающему в отдалении белоснежному «линкольн-таун-кару».

— Твоя машина? — удивилась девушка. — Не знала, что ты такие любишь.

— Не моя, взятая напрокат, — пояснил я. — Очень удобно пользоваться длинным лимузином. В Нью-Йорк прилетел мой компаньон вместе с дизайнером и технологом, мы всей компанией легко помещаемся и едем, куда нужно. Плюс ещё со мной теперь постоянно два телохранителя, им тоже место требуется.

— А «континенталь», куда дел? — улыбнулась мисс Рокволд.

— Это машина охранной фирмы, с которой был заключен контракт, — кратко пояснил я. — Она бронированная, на ней в своё время президенты США ездили. Контракт закончился, автомобиль забрали. Но пообещали рассмотреть просьбу периодически её выделять. Подожди, мне надо телохранителям сказать, что с вами поеду.

«Марк VII» остановился напротив «таун кара». Я вышел из автомобиля, приблизился к приоткрытому окну лимузина, из которого виднелось лицо водителя.

— Диего, следуешь за этой машиной, — я указал взглядом на «Марка» — я буду там.

— Мистер Елизаров, — вмешался в разговор Эндрю. — Вы уверены?

— На все сто процентов, — спокойно сообщил я. — Там мои друзья, которым полностью доверяю. Гнать мы не будем, вы спокойно можете ехать следом метрах в десяти от нас.

— Как скажете, — пожал плечами Орловски и переглянулся с невозмутимым Тэдом — Только не отрывайтесь, двигайтесь так, чтобы мы могли приглядывать.

— Не волнуйся, все будет хорошо.

Вернулся в черный «Марк VII» и мягко сел на черное кожаное сиденье сзади, рядом с Мадлен.

— Поехали.

Мадлен подвинулась поближе, тоненькие пальчики с кровавыми капельками лака на холеных ноготках, нашли и сжали мою ладонь.

Хэлловей глянул в зеркало, уловил кивок девушки, усмехнулся и нажал на педаль газа. За нами медленно набирая ход, покатил «таун кар».

— Мы можем разговаривать? — поинтересовался я.

— Можете, — невозмутимо ответил Джон. — Перед поездкой машина проверена. Чисто. В поместье я из неё не выходил.

— Отлично, — я собирался что-то сказать, но не успел. Мадлен бросила быстрый взгляд назад, убедилась, что поместье скрылось за поворотом, шевельнула плечами, избавляясь от расстегнутого пальто, и резко притянула к себе. Одним плавным движением перетекла на колени, оказавшись напротив, обхватила ладошками лицо и яростно впилась в губы. И я на некоторое время выпал из окружающей реальности, подхваченный вихрем чувств и ярких эмоций.

Очнулся, когда Мадлен скатилась с коленок, начала, тяжело дыша, поправлять помятый и сбившийся пиджак.

Джон с каменным лицом продолжал управлять автомобилем и контролировать дорогу.

— Что это было? — наконец сумел выдохнуть я, усилием воли усмирив бушующий внутри ураган страсти. Руки подрагивали, сердце неистово колотилось о грудную клетку, в голове бурлил адский коктейль из возбуждающих ощущений, неистовых желаний и похотливых эротических фантазий.

— Я соскучилась, — невинно пояснила девушка. — А что? Тебе не понравилось?

— Очень понравилось, — признался я. — До сих пор трясет от желания содрать с тебя все эти тряпки.

Мадлен удовлетворенно улыбнулась.

— Но если продолжим о делах можно забыть, — тяжело вздохнул я. — Как минимум на несколько часов. Давай всё-таки сперва вернемся к ним.

Показалось или на личике девушки мелькнула тень неудовольствия?

— Давай, — сухо согласилась она и немного отодвинулась. — Так нормально?

— Вполне, — примирительно ответил я. — Не злись, пожалуйста. Просто сейчас нам надо серьезно поговорить обо всём, что происходит. Ты же сама видишь, как развиваются события. А ты действуешь на меня так, что я ни о чем другом думать не могу.