Алексей Шумилов – Кровавая весна 91-го продолжается (страница 61)

Андрей закрыл глаза и несколько минут медитировал, настраивался, волевым усилием давил тревожные мысли. Дыхание пришло в норму, тело перестало трясти, пальцы — подергивать.

Когда Максимов вставал со стула, он был абсолютно спокойным и сосредоточенным на будущем бое.

Глава 31

Перед спорткомплексом собралась огромная толпа. Человек восемьдесят — не меньше. Парни разбились на кучки, о чем-то оживленно переговаривались, маячило несколько девчоночьих лиц, среди которых Максимов увидел Жанну, Колокольцеву и Аус.

Впереди отдельной компанией стояли Марат Сабиров, Сеня Слон и ещё несколько парней. Увидели Андрея и сразу двинулись к нему. Обменялись рукопожатиями с Максимовым и его товарищами, поздоровались с Лерой.

— Андрюх, ты как нормально? — уточнил Марат. — Противники у тебя непростые. Кассеты с их боями по рукам расходятся, я тоже смотрел. Техничные парни.

— Знаю, — кивнул политтехнолог. — Но мне плевать на их технику. Знаешь пословицу: «Делай что должен, и будь, что будет»? Отступить я не мог, вопрос принципа.

— Уважаю, — прогудел Слон, дружески хлопнув по плечу тяжелой ручищей так, что Андрея чуть повело в сторону. — Думаешь, выдюжишь?

— А у меня есть другой выход? — усмехнулся Максимов. — Выдюжу, конечно, куда денусь.

— Здорово, Андрей, — протолкавшийся сквозь окруживших политтехнолога парней, Стас Цыганков протянул руку. — Может, всё-таки подумаешь? Я или Кирилл готовы тебя заменить с этим столичным хлыщом. Мы хоть с ним по возрасту почти одинаковы.

— Без проблем, — пробасил здоровенный, ростом за метр девяносто Кирилл Лапин. — Я этим модником весь ковер вытру. Обратно его вынесут, обещаю.

Максимов с интересом глянул на самбиста.

— Он не только борец, ногами и руками бить умеет — черный пояс по карате.

— Да плевать, — отмахнулся здоровяк. — Я тоже умею. В ВДВ учили, потом боевым самбо с товарищами баловался. Всё это дрыгоножество и рукомашество со мной не прокатит.

— Верю, — улыбнулся Андрей, окинув взглядом богатырскую фигуру тренера по самбо. — Но я уже согласился. Неправильно будет, если другой выйдет. Получится, будто струсил и старшака вместо себя выставил. Плюс мы ещё с ним поспорили на деньги. И вот в связи с этим у меня к тебе или Стасу другая просьба будет.

— Какая просьба? — с интересом глянул Лапин.

— Взять деньги, его и мои, и после поединка по-честному отдать их победителю? Сделаете?

Немногословный Стас кивнул.

— Запросто, — ухмыльнулся здоровяк. — И много денег?

— Штуку от меня, две от москвичей, — сообщил Максимов. — Победитель получает всё.

— Ни хрена себе, — присвистнул Лапин. Озадаченно приспочесал огромной пятерней могучий затылок.

— Откуда у тебя бабки, не спрашиваю, не моё дело. Но зачем их дарить этим фраерам столичным? На фига?

— А с чего ты взял, что я их дарить собрался? — улыбнулся Андрей. — Может, сам хочу заработать.

Здоровяк недоверчиво хмыкнул, с нескрываемым скепсисом глянул на Максимова, хотел что-то сказать, но передумал, лишь согласно кивнул:

Ладно, если надо, я готов. Стас — тоже.

— Вот и отлично, тогда пошли в зал, там нас уже ждут, — Андрей окинул взглядом несколько автомобилей с московскими номерами, выстроившихся на стоянке перед входом: «девятку», «шестерку», сверкающий лаком чёрный «мерседес» Артура, синий «БМВ» с «акульей мордой».

Огромный зал, с выстроенными ступеньками по периметру длинными скамьями, был почти пуст.

На дальней стороне, наверху сидело около полутора десятка человек в светло-синих кимоно с вышитыми красными иероглифами и в обычной одежде. Ещё десятка три устроились недалеко от них: бойцы старшей группы карате, ученики Владимира Евгеньевича, лопоухий Славик сэмпай, со своим братцем Борей. Толпа, пришедшая с Максимовым, демонстративно начала занимать места у входа, напротив каратистов и москвичей.

Внизу в первых рядах сидели «двое из ларца, одинаковых с лица», борцухи Гия и Рустам, двоюродные братья Миши Георгадзе. У одного из близнецов, виднелась сумка с видеокамерой.

«Интересно, что они тут делают?» — озадачился Максимов. — «Пришли посмотреть, как меня бить будут и снять кино для Миши? Или Георгадзе с Артуром договорился и мне какую-то подлянку подготовил? Хотя они с местными каратистами вроде общаются».

Гия и Рустам скользнули холодными взглядами по Андрею и его друзьям. На лицах близнецов расцвели злорадные ухмылки.

«Думаете, сейчас меня изобьют и унизят? Хрен вам! Обломаетесь, братцы-кролики»! — Максимов почувствовал, как внутри нарастает глухая волна раздражения.

— Андрей, здорово, — Артур приветственно помахал рукой, подзывая Максимова к себе. С ним рядом, в центре ковра, стояли Никита и Владимир Евгеньевич. Все трое были в кимоно: блондин в своем черном, Никита — в темно-синем. Оба с кроваво-красными иероглифами на груди. Сэнсей в традиционной белой куртке и брюках, с горделиво повязанным черным поясом.

Максимов с ребятами, Лерой, Петром Ефимовичем, и присоединившимся к ним Лапиным и Стасом двинулся к Артуру.

— Готов к бою? — уточнил блондин, обменявшись с Андреем рукопожатием.

— Готов, — кивнул Максимов.

— Тогда не будем тянуть, переодевайся в раздевалке, она слева от выхода и заходи на ковер, — предложил Артур.

— Есть ещё пара вопросов, — напомнил Максимов. — Первый. Мы с тобой договаривались поставить деньги. Вы свои взяли?

— А ты? — остро глянул блондин.

— Я взял, — с достоинством подтвердил Андрей, расстегнул змейку на легкой куртке, полез во внутренний карман, достал пачку сторублевок.

— И мы взяли, — усмехнулся Артур, показал глазами на небольшую сумочку, висевшую на стуле у ковра. Рядом переминался с ноги на ногу, коренастый крепыш в сером кимоно и такими же красными иероглифами на груди.

— Кому деньги вручим?

— Предлагаю Кириллу Лапину, — Максимов обернулся и указал глазами, на возвышавшегося за спиной здоровенного самбиста.

— Не могу доверить такую сумму незнакомому человеку, — хмыкнул Артур, с интересом рассматривая высоченного громилу.

— Меня твой товарищ знает, Володя, причем давно, — пробасил самбист. — Он в курсе: я всегда отвечаю за слова и никогда копейки чужой не взял.

— Это Кирилл Лапин, тренер по самбо, — с кислым видом подтвердил Владимир Евгеньевич. — Ему можно доверить деньги. Всё до копейки вручит победителю.

— Под твою ответственность? — блондин глянул на сэнсея.

Владимир Евгеньевич секунду поколебался, потом кивнул.

— Леша, принеси сумочку, — крикнул Артур.

Кириллу передали две пачки: тысячу от Максимова и две Артура. Здоровяк неторопливо пересчитал сначала одну пачку, потом вторую, кивнул и сунул деньги во внутренний карман куртки.

— Кирилл, всё передашь победителю боя, — напомнил Максимов.

— Да я уже понял, — кивнул Лапин.

— Остались ещё пара моментов. Давай ещё раз повторим правила, чтобы все слышали, — предложил Андрей.

— Повторяй, — хмыкнул Артур.

— Ребята, сегодня здесь я, Андрей Воронов проведу бой против московского каратиста, Никиты, — Максимов вопросительно глянул на блондина.

— Комарова, — подсказал Артур.

— Никиты Комарова. Для этого боя действительны правила, которые мы обговорили со стороной соперника, — Максимов показал взглядом на стоящих рядом Артура и Никиту.

— Они очень просты. В пах, колени, кадык бить нельзя. Тыкать пальцами в глаза тоже запрещено. Артур, Никита и Владимир Евгеньевич, подтвердите так, чтобы люди слышали, всё правильно назвал?

— Правильно, — подтвердил блондин.

— Да, — коротко ответил Никита.

Владимир Евгеньевич поморщился, но глянул на Артура и проскрипел:

— Всё верно.

— Отлично, — кивнул Максимов. — Бой будем продолжать до тех пор, пока один из противников не сдастся или не сможет продолжать драться.

Андрей сделал паузу и тихо добавил:

— Вроде всё. Я пошел переодеваться.