Алексей Штейн – Еще один человек (страница 83)

Еще раз проверил оружие, магазины, гранату… Что такое, как-то… волнуюсь, что ли? Ладно… патроны обратно в рюкзак. Фальшфейеры – в мешок и туда же. Половчее приладил в рюкзаке тесак. Прибрал туда же фонарик и несколько упакованных респираторов-масок – надыбал их в раздевалке, пока искал всякое. А то как вспомню, как на лестнице мордой в труп тыкался… А ведь это пока еще в общем-то холодно. А летом что будет? Кстати, кроме маски – и очки защитные не помешают. Хотя – а как они под каской будут? Ну-ка, примерим все… Не, вроде неплохо так. Надо еще, пока время до ужина есть – все равно рано не засну, выдрыхся сегодня днем-то, – так вот пока есть время, надо бы потренироваться-привыкнуть… Да что же меня так колбасит-то всего?! Прямо аж нервная дрожь какая-то. Как в детстве перед дракой, право слово. Не, надо успокоиться. Чайку выпить, что ли.

Горячий, крепкий чай. Даже с печеньем и джемом. От печки идет тепло, светит лампочка. Все хорошо, все в порядке. На диване лежат, подготовленные на завтра, рюкзак и ремень с подсумками, кобурой и ножом, рядом автомат. У меня все готово, все собрано, все в порядке. Во дворе Мухтар грызет что-то, на табуретке дрыхнет черный, котенок чем-то играет под столом… все хорошо.

Отчего же мне так тревожно-то? Даже чай не греет – словно сквозняком тянет где-то по спине.

…Больше всего это было похоже на будильник. Или на таймер. Или на старый умывальник где-нибудь на даче, из которого по капле вытекает вода, звонко щелкая о дно перевернутой консервной банки. Щелк. Секунда. Щелк. Еще одна. Щелк. С каждой секундой внутри пустеет, и все заполняет какой-то космический холод. Щелк. Сколько еще? Щелк. Мало. Щелк. Все меньше. Щелк. Еще меньше. Щелк. К той грани, после которой ничего изменить или остановить невозможно. Щелк. Вот на донышке. Щелк… Щелк. Все. Пусто. Поздно. Время вышло.

Человек срывается с места и хватает лежащий на диване ремень с амуницией, лихорадочно подпоясывается, надевает каску, очки… Я смотрю со стороны, хотя и изнутри этого человека. Все, я вышел из него с последними секундами времени ДО. Не успев… не успев – чего?..

Звук моторов я чувствую за несколько секунд до того, как его слышу. Он возвращает меня в того человека, который только что суетился под моим бесстрастным наблюдением. Бьет мелкая дрожь, на мне ремень с подсумками, руки до побеления пальцев сжимают автомат, на голове каска. Звук моторов уже явственно слышен. Очнувшись от оцепенения, подхватываю на плечо рюкзак и несусь на лестницу, к окну.

Они доехали гораздо быстрее, чем я ожидал, – уже сворачивают с дороги. Большой магазин в автомат… предохранитель… Сейчас они остановятся перед воротами, и… Ага, передний снижает скорость! Не буду ждать, я и так уже все ЗНАЮ, и потому – н-на! Выстрел… на темном силуэте первой машины сверкнула искорка… Ага, есть! Еще, еще! По кургузой кабине – н-на!

Машина не останавливаясь, а даже ускоряясь, понеслась к воротам. Сдурели, что ли? Или я водилу завалил? Со второй, из кузова, замелькали вспышки выстрелов – ну да, щаз. Там дорога такая, что не стрелять, а зубы держать надо! Первый, по ходу, готов, вот и вам – и высаживаю беглым огнем с десяток, если не больше, – ага, этот тоже есть – завилял!…Тоже? А вовсе не «тоже». Первый, как и гнал, насколько это можно на разбитой дороге, с маху дал в ворота. Тяжелые створки со скрежетом и визгом разлетелись, и во двор влетел…

…Ах ты ж гад!

Это был инкассаторский броневик, ЗИЛ-«бычок», светло-желтый фургон. Даже полоски в сумерках угадывались… Уже понимая, что это звездец, выпустил в него несколько пуль – ага, точно: вышибает искру и улетает рикошетом… Все, попал…

И, словно подтверждая мысль, на борту броневика расцветают вспышки выстрелов, а от остановившейся второй машины начинают стрелять сразу несколько, и теперь довольно точно – сваливаем: остаток магазина в сторону второй машины – и бегом… точнее, ползком отсюда, по лестнице. Тем более что броневик проскочил за угол, я его не вижу…

Вскочил на площадке, бегом в ближайшую комнату… магазин… Вот он… стреляет, но попадает пока только где-то по первому этажу – слышно, как сыплются стекла. Вот простучало по кирпичам под окнами… Но окна целы. Вдруг из-за кормы броневика выскакивает темная фигурка, вскидывает оружие – я пригнулся, отскочил – и вовремя: длинная очередь осыпает стекла на втором этаже. Десант высадили, да? Ну это вы зря… Стараясь не высовываться, из глубины выглядываю – ага, еще один, – навскидку стреляю два раза и прячусь. Судя по ответному огню – не попал. Но напугал явно: стреляли не глядя, с такой-то дистанции, а и то – даже в окно влетела всего-то пара пуль… тоже боятся! Еще, еще, вот вам… пустой, сменить магазин.

– Ближе, ближе дай! Прикрой нас! Стреляют! – донеслось с улицы.

Броневик затарахтел двигателем и стал челночком подруливать ближе. Стрелок в броневике не унимался, но выше верха первого этажа стрелять, очевидно, не мог. Десант тоже не показывался – наверное, прячутся за ним… Твари. Внезапно на улице раздалась стрельба, крики, визг, потом стихло. Что мне с ним делать, с броневиком этим? Чем там танки подбивают? Пушками? Ракетами? Гранатометами?.. М-мать! Граната!

Волнуясь, выцарапал из подсумка гранату, сжал покрепче, выдрал кольцо… Так, одним глазом, чего там, снаружи… совсем рядом! А и лучше! И, несильно размахнувшись, кидаю гранату, стараясь попасть на плоскую крышу броневика.

И ведь попал. Граната, как по заказу, грохнулась на крышу, подпрыгнула, чуть прокатилась и замерла почти посредине крыши… Йес! Ща рванет…

Отпрыгнул, прикрыл голову руками. В мозгу выскочили картинки из фильмов «про войну» – там танки от гранат взрывались клубами огня, моментально вспыхивая. Все, гады, песец вам!

Грохнуло.

Помедлив секунду, решаюсь выглянуть.

Небольшое облачко дыма. Матюги. На крыше вроде вмятинка – и обгоревшее, закопченное, дымящееся по краям пятно кляксой.

И все. И голоса снаружи.

– М-мать! У них гранаты!

– По окнам бей! Не давай вылезти!

– Есть!

– Командир, малого контузило внутри!

– По хрен! Жора, там решетка – цепляй! Скажи Мишлену – по команде дернуть!

– Есть, командир.

– Сержант! Твои окна! Не дай им высунуться, задави! Жора, как выдернет – идем по гранате, как обычно. Где там эти менты, твари обделанные?!

– …Есть!

– …Есть!

Невидимый мне Сержант начинает отрабатывать приказ – стучат выстрелы и щелкают пули, вот и в мое окно прилетело – в потолок и отскочило совсем рядом со мной. Падла. И ведь не достать. Схватил что-то – башмак, что ли, под руку попался, – внезапно вспомнив опять какое-то кино про войну, кидаю его в окно и ору дурниной:

– Граната!!!

Матюги и суета, словно разбегаются – ага! Подскочив к окну, не высовываясь, лишь выставив автомат, рассаживаю магазин, стараясь попасть «вдоль стены», и тут же прячусь, так! Сменить, готово, затвор…

В комнату влетает что-то маленькое, черное, шипящее, оставляя тоненькую нитку дыма. Даже не до конца поняв, что это, рванулся в коридор. Выскочил, запнулся за что-то, упал, и тут рвануло. Дало по ушам, дверь, отлетев, распахнулась, грохнув в стену, и повисла на одной петле. Вынесло клуб не то пыли, не то дыма. Вот, значит, так. Броневик, пулеметы, гранаты. Кино про войну, ага. Кто желает стать героем? А вторая серия будет? Как – нет?.. А, будет, но с другими героями… нет, я так не согласен… Как контракт уже подписан?.. Ну да – аванс уже пропил…

Внизу звякает металл – цепляют решетку. Сейчас выдернут и войдут. И мне крышка. Против этих ребят, судя по всему повоевавших, или еще как, мне не продержаться. Военные… кто их знает. Может, и приедут. Но может статься – мне это уже не поможет. Да, вот так… приехали злые дядьки на танке – и конец Малышу-Кибальчишу…

Тряхнув башкой, вдруг осознал, за что я запнулся, выскакивая. Танк, значит? Ну, гады… «живым не дамся», ага. Схватил, выскочил из коридора в соседнюю комнату – с улицы так же методично постреливал Сержант, но, наплевав на это – на самом-то деле так он меня не достанет, – выглянул из глубины… ага. Броневик стоит наискосок от стены, задом к дому, совсем напротив окна. Ну, с Богом…

Взрыкнул дизель, затарахтел – коробка поползла от дома… щелчок, звон – решетка, еще звон – вторая, две сразу выдрали. Броневик тут же остановился, мелькнув красными стопами. Слышно, как внизу что-то со стуком влетает в дом. «По гранате»? Ну да. Но тут мне не страшно. И я тоже спать не буду.

Стараясь не облиться, широко махнув, на манер метателя молота, выбрасываю в окно плоскую канистру с топливом для генератора. Нате, жрите!

Мне опять везет – пролетев метров пять и шлепнувшись на крышу, канистра, разливая из открытой горловины бензин, крутясь проезжает по всей крыше, затормозив почти на краю кабины. И в тот момент, когда внизу сдвоенно грохнуло, я выдернул шнуры сразу двух фальшфейеров и выбросил их в окно, метясь, чтобы попасть на машину.

Все же облился, когда кидал канистру, – рукав вспыхивает, но я тут же прихлопываю его. Внизу, уже в доме, слышны короткие очереди… а на улице – вопли и мат. Музыка! Взревел мотор, броневик куда-то понесся… удар… кто-то истошно воет… Я уже в коридоре, а комната, откуда я кидал канистру, уже вся в рикошетах пуль и пыли, я спешно отбегаю в глубь дома – и правильно: грохает граната. Не, подонки, так просто все равно не выйдет! Я вам еще… А что еще? Дальше как? Там, внизу, – уже они. Дверь на лестницу с первого заперта, хорошая, железная… Но только если у них гранаты… Да и замок там изнутри. Как в кино, расстреляют его. А я тут… Черт, что я еще могу сделать?! Где вояки, ешкин кот?! Тут стрельба до полнеба, а они… Блин, как же быть?!