Алексей Штейн – Еще один человек (страница 65)

Отдышавшись, осмотрелся изнутри, через щели – ага, интерес потерян, жрут трупы… мерзость какая. Так и не привыкнуть. Тронулся было, тут же спохватился и остановился, набил патронами магазины, вставил в пистолет полный – вот ведь растяпа, чуть не забыл! Дал по двору широкую дугу на скорости, стараясь сшибить как можно больше упырей, и покатил дальше.

Вот и нужный дом, так… потихоньку… ага, вот «мой» подъезд. Во дворе немного упырей, но выходить не тороплюсь: если стрелять – то припрутся: проезжая, у метро видел целую толпу. Так… квартира на третьем этаже… А это значит… Поприкидывал: квартиры на площадке нумеруют обычно слева по часовой… выходит, крайняя справа… лестница отсюда… значит, вот это окно, ближнее к лестнице – нужной квартиры.

Мелькнула мысль… А почему бы и не попробовать? Мне это и потом пригодится. Буквально в соседнем дворе только что видел неказистую «четверочку» – с крепким багажником, на котором была закреплена здоровенная раскладная алюминиевая стремянка, – похоже, владелец этой машины работал рекламщиком. Вот, ее-то и надо!

Лезть получилось не так высоко, но очень стремно. Стекло попытался выбить выстрелом издалека, но, хотя и попал, осталась лишь дырка с трещинами. Пришлось выбивать «рогами» стремянки. Очень осторожно заглянул в квартиру – ага, чисто! Кухонька. Ну сейчас проверим…

Я не ошибся: квартира, по ходу, та. В комнате, когда открыл дверь, от кровати повернулась ко мне мертвая старушка в старомодном строгом платье, с забинтованной рукой… Сначала прикрыл дверь… потом вновь открыл и выстрелил. И опять закрыл.

Сейф стоял в коридоре, прикрученный к стене. Ключ подошел, я открыл… и обалдел.

Я со слов майора представил карабин… ну охотничий какой-то… типа ружья. А в сейфе стоял самый натуральный автомат. Только чуть покороче обычного, но подлиннее ментовского. Не веря счастью, стал выгребать все… Не забыл и о документах с полочки, где, кстати, оказалось и несколько распечаток из Интернета – тоже про оружие. Вскоре я знал, что являюсь счастливым обладателем «самозарядного охотничьего карабина Сайга МК-03 калибра 7,62 мм». Углубившись в изучение бумажек, вскоре усвоил: вроде как это – кастрированный автомат Калашникова, очередями стрелять не может, и приклад если сложить, не стреляет. И магазин только на десять патронов… не понял? А эти? Ща, посмотрим дальше… Ага, ясно… Так, ну-ка, «как тут избы делаются?» – как с ним обращаться? Ага, вот эта самая штука – предохранитель… так и так… Ах вон оно что, я что же, в тот раз просто с предохранителя не снял? Вот дебил… Ага, ага… так, как работает механизм… ну это можно потом прочесть… вот «для производства выстрела необходимо…»

Все не так сложно… примерим… ну вроде все ясно. Теперь – что тут еще? Ага, это, наверное, для чистки – пенал с палочками и всякими ершиками, баночка с маслом, аэрозоль какой-то… о, это-то зачем? – «Жидкий Ключ» ВэДэ-сорок… ну ладно… Что еще? Два маленьких магазина – один на пять, второй на десять патронов… ну-ка… вот раскрытая пачка – патроны настоящие, с острыми пулями, но потолще, чем в ментовском автомате были. Запихиваются легко, не как в пистолетный… Спохватившись, поменял магазин в пистолете и, достав из кармана патроны, добил вынутый… ох, растяпа… Так, дальше с карабином. Магазин защелкнулся на место. Так… теперь – вот так и отпустить… Патрон влез в ствол. А ну-ка, а ну-ка… Так, как там написано? Прицел на «1», так… Из окна кухни прицелился в ближайшего упыря… Волнуясь, стараясь поплавнее, потянул спуск. Выстрел настолько резко дал по ушам, что я испугался. Но в плечо толкнуло относительно несильно, а упырь осел и завалился. От так. Ха-ра-шо! Проверил – да, в стволе патрон… гильза улетела в окно куда-то. Отщелкнул магазин, добавил и поставил обратно. А теперь – на предохранитель, вот так.

Еще отыскались большие магазины, как настоящие – три рыжих пластмассовых, уже набитых патронами, в подсумке, и еще один железный, с полосочками вдоль, подлиннее. Примерил – становятся… в ствол вроде патрон тоже лезет… Но в бумажке же написано – на десять патронов только? Нет, не буду пока рисковать, поставлю, как написано, маленький…

Так, что тут еще? Чехол, большая сумка типа дорожная – ага, ясно, тоже типа чехол, хорошо. Коробка пластиковая, типа из-под инструментов, и в ней пачки с патронами. Пересчитал – двенадцать штук… так… ага, Барнаул, оболочечные пули, вес пули восемь граммов, гильза лакированная… ничего не говорит. Главное, количество внушает – вес немалый.

Вроде все? Ну пора… Больше тут ничего брать не стану. Глупо, конечно… но вот так. Весьма очкуя, обвешанный тяжеленной сумкой и карабином, неуклюже сполз в машину, сложил стремянку и с превеликим трудом упихал ее в бункер. Пригодится. Забрался в кабину, гордо нацепив карабин… черт, неудобно… но надо как-то привыкать, что ли… поехал домой.

Хищник пристал где-то в районе Сосновки. Откуда – я так и не понял. Почти в том же месте, где и в прошлый раз. Питомник тут у них, что ли? Ага, вижу его в зеркало… тварь такая, ща, ща мы тебя… По тормозам, задний… Опа! Глухой БОМК! – и вижу летящую кубарем тушу – это вам не цацки-пецки, а вполне себе грузовиком в голову!

Смотри-ка, живучий… сдаю мимо него задним… Отряхивается, как собака… А вот так, отвалом – на! Где уж там «на». Увернулся, отскочил. Ну тогда опять задним… есть, но не сильно. Опять вперед. Так, где он? Черт, что за дела, под машиной, что ли, раскатало? Не, тряхнуло бы… Что еще за фигня?!

Гулкий звон и визгливый глухой скрежет сзади… мать твою, что там?! Сбросив газ, выгибаюсь и, отодвинув щит, выглядываю в лаз в бункер… Йоханый картуз! Дверь в заднем листе полуоторвана и отогнута, а внутрь уже почти пролезла эта тварь… Бросил руль, судорожно выдираю из кобуры пистолет – и сразу открываю стрельбу, направив оружие в лаз… все тренировки, все наставления – все забылось… Почти зажмурясь, не глядя и не соображая куда чего, за пару секунд опустошаю пистолет… Попал, нет? Черт знает… так, магазин… черт, скорее…

В кабину просовываются две лапы. Огромные, бугрящиеся мышцами, когтистые. И начинают шарить, стараясь найти меня. Сама эта тварь, похоже, просто не пролезла в узкий лаз, в плечах застряла… М-мать, одна лапа задевает предплечьем мою руку, и магазин вылетает куда-то на пол… А лапы теперь целят по мне – мне пока удается избегать их, прижимаясь к двери, но это ненадолго… Возникает сразу две мысли: в дверь и наружу – там не достанет – и вторая – карабин! Он же заряжен! Хватаю его, выпутываясь из ремней, сдираю треугольник предохранителя… А куда стрелять?

Удар бросает меня на руль. Двигатель глохнет – все же въехали куда-то! Тихим ходом, на холостых – но вошли нехило. Впрочем, припечатало не только меня. От удара в кабину протолкнуло и оскаленную харю хищника. Лапищами он уперся в торпеду, похоже, инстинктивно… и тут же получил весь магазин в башку, почти в затылок, в тот самый приметный, памятный еще по магазину горб. И затих. Стало совсем тихо, в ушах звенело от выстрелов. Придя в себя, быстро сменил магазин в пистолете, искать оброненный не стал – потом. Следующий – карабин. Пятипатронный магазин на место, этот набью позже – сумка скрыта тушей… трогать которую противно. И страшно. Так же с опаскою – сел за руль – голова-то совсем рядом с моей задницей! А ну как очнется? Добавить из пистолета, что ли? Не, лишнее, по ходу… впрочем, пистолет так и буду держать в руке… Так, ключи, зажигание… завелся! Машинка не пострадала – в столб мы приехали неспешно, даже отвал не погнули сильно. И столб разве чуть покосился. Так, назад… и поехали.

Еще издалека, выехав на прямую, поморгал фарами на блокпост – рация-то где-то под лапами хищника, нет уж, я туда не полезу. Броневик мигнул фарой в ответ. Подъехал, вылез, поздоровался. Лица старые, но есть и несколько новых. Иван, тот самый вислоусый толстяк, похожий на казака из учебника истории, явно теперь тут за главного, спросил:

– Откуда так летишь, друг сердешный?

– Да вот… за оружием ездил. – Я демонстрирую карабин. – Товарищ майор наводку дал, я и прибрал…

– Ого! Силен! Хорошая машинка… дай-ка гляну…

– Ага, конечно, – я протягиваю Ивану «сайгу», – а тарщьмайор говорил к вам обратиться, чтоб поучили…

– А, да, точно… Ишь ты, я-то думал, он про то, что когда тебе эскаэс привезут… а он вон что…

– Научите?

– Да об чем речь… и патрон у тебя тут хороший, нам их привозят на премии выдавать, и у нас эскаэс и акаэмы есть… Отсыпать сможем.

– А кстати – премия за что?

– Ну… как… проще всего – за морфа. Прилично патронов, сотни три даем.

– Ага. Тогда и отсыпать не надо – оформите премию.

– Ух ты! Неужто завалил? Но, брат, придется привезти. Самому… ну разве что если ты с бронегруппой по оказии договоришься…

– Да я уж привез…

– Где? – недоверчиво смотрит Иван. – Обычно буксиром тянут… В кузов, что ли, загрузил?

– Ну… почти… он сам загрузился… – И я распахнул дверь кабины.

Минут пять стоял восхищенный мат и ржач. Поприкалывались надо мной вволю, наконец Иван, утирая слезы от смеха, сказал:

– Да, брат, такого я еще не припомню… как же ты его так, а?

После рассказа ржач возобновился с новой силой.

– Ладно вам ржать, – насупился я. – Посоветуйте, как вытащить. На куски, что ли, резать?