Алексей Шмаков – Системный Предок (страница 18)
Пиль Пиль нахмурился и втянул голову в плечи, хотя казалось, что это просто невозможно. Подбородков прибавилось, а сам он стал похож на статуэтку, которой нужно протереть лысину и ждать, когда тебя завалит богатством.
Прошло примерно полминуты, и хранитель Пиль Пиль встал. К такому я точно не был готов и реально открыл рот от изумления.
Он оказался настоящим гигантом, едва не касаясь макушкой потолочного перекрытия. Сейчас весь его вес не казался лишним. Щёки втянулись, лишние подбородки исчезли, не было никакого живота, и вообще я уверен, что под ханьфу прячется тренированное тело практика, способного скрутить в бараний рог любого. Даже распорядителя Фо.
— Никогда не суди книгу по обложке. Главное не то, что находится снаружи, а её содержание, — подмигнул мне хранитель. — Атрибут молнии в нашей секте имеет особое значение, и все его обладатели смогли взобраться достаточно высоко на пути культивации. Но ни у одного из них не было особого тела, которым обладаешь ты, младший Лао.
Я даже не заметил, как хранитель оказался рядом и, слегка присев, уставился мне прямо в глаза.
— Молния, бушующая в душе. Тьма, рвущаяся наружу, и свет, сдерживающий её. Возрождение и начало пути, переплетённые с мудростью и огромным жизненным опытом. Заблудшая душа в потенциально бессмертном теле. Откровение, достигнутое через встречу с гневом Небесного Испытания.
Я ощутил, как что‑то пытается пробраться мне в голову, после чего последовала вспышка, на мгновение выкинувшая меня из сознания, но тут же вернулся обратно. Вспышка ударила не по мне. Хранитель охнул и сел на задницу, принявшись медленно мотать головой, словно пытался вытряхнуть из неё мусор.
— Младший, ты запомнил, что я сейчас говорил? Не думал, что когда‑нибудь ещё испытаю подобное.
— Что‑то про молнию в душе, свет, сдерживающий тьму, и откровение, достигнутое через встречу с гневом Небесного Испытания, — ответил я, решив ничего не говорить про возрождение, чужую душу и прочее, что могло бы хоть как‑то подтвердить, что в теле предка Ван Лао сидит чужак из другого мира.
Эта тема явно может оказаться крайне опасной для меня. А хранитель сейчас впал в какой‑то транс и выдал то ли пророчество, то ли ещё что‑то в этом духе. Понятия не имею, как у них здесь называются подобные штуки.
— Ты второй человек, который заставил меня войти в это состояние. Первым был засранец Ван Лао, который совершенно наглым образом ворвался ко мне в пещеру и вытащил из уединения.
Охренеть!
Это сколько же лет хранителю Пиль Пилю?
А он вообще человек?
Что‑то я уже стал сомневаться после всего услышанного. Но спрашивать его точно не стану. Как‑то страшновато. Вот он настоящий монстр, спрятавшийся среди невинных кроликов, которых может сожрать в любой момент.
— Сейчас, погоди, эта форма слишком уж громоздкая. Да и не пройду я в то место, куда мы сейчас направимся. Будет тебе подходящая боевая техника. Только учти, если не сможешь совладать с ней, то умрёшь.
Хранитель как‑то резко съёжился, и от того гиганта, что стоял передо мной, практически ничего не осталось. Сейчас он стал даже меньше меня. Сухонький старичок, всё с теми же искрами веселья в глазах. Только теперь к ним добавилось что‑то ещё. И что именно, я не могу понять.
— Библиотека на сегодня закрывается. Все пошли вон, — сказал хранитель, и его голос разнёсся по всей пагоде.
Послышались недовольные возгласы учеников, кто‑то пытался угрожать, кто‑то умолять дать дочитать всего пару страниц, но умнее всех оказались те, кто сразу же после услышанного поспешили на выход. Волна духовной силы, прокатившаяся по библиотеке через минуту после слов хранителя, их не задела, как и меня. Остальные же были просто подхвачены ей и вышвырнуты из библиотеки, после чего послышался грохот закрывшихся дверей и лязг засовов. Так же захлопнулись оконные ставни, превратив пагоду в настоящую крепость.
— Следуй за мной, ученик Лао, — сказал хранитель Пиль Пиль и направился в сторону лестницы, ведущей на первый этаж. В секцию с книгами по истории и биографиями, что меня немного напрягло.
Там точно нет никаких техник. Первому этажу я уделил больше всего времени, когда искал технику передвижения. Но хранитель смог удивить меня снова.
Оказывается, у библиотек школы Первого Предела не три, а все пять этажей. Вот только ещё два — подземных.
Коснувшись неприметной книги и пустив в неё немного духовной энергии, хранитель привёл в действие скрытый механизм, заставивший стеллажи разъехаться, открывая в полу проход с крутыми ступенями, ведущими вниз.
Не успел проход до конца открыться, как хранитель поспешил вниз, потащив меня за собой. Через пару лестничных пролётов мы оказались в тускло освещённом помещении всего с несколькими стеллажами, от которых ощутимо тянуло духовной силой. Но нашей целью были не эти стеллажи, а лестница, ведущая ещё ниже.
Дальше повторилось всё в точности, и вот мы оказались в совсем крошечном помещении, освещённом тусклым огоньком, трепещущим под низким потолком. В центре помещения стояли семь невысоких колонн, на которых лежали пожелтевшие от времени свитки. Не книги, как на предыдущих этажах, а именно свитки.
— Эти техники — сокровище секты Семи Пределов. Сокровище, способное убить практика этапа вознесения. Твоя — вторая слева. Дерзай, юный практик. Если Небеса благосклонны к тебе, останешься в живых.
Глава 15
Стоило мне приблизиться к колонне с нужным свитком, как ощутил прикосновение духовной силы, исходящее от него. Ненадолго замер, прекрасно понимая, что если не понравлюсь свитку, то уже не уйду из этого подвала. Меня просто испепелит на месте.
Даже перестал дышать и вспомнил, как это делается, только после того, как свиток посчитал меня достойным и убрал давление.
Что интересно, остальные вообще никак не отреагировали на меня, словно прекрасно слышали и поняли слова хранителя. Он сказал, что моя техника — вторая слева, а остальных это не касается.
Оказавшись вплотную возле колонны, я смог разглядеть её, узнавая материал, из которого был сделан и мой истинный жетон, и некоторые знаки, вырезанные на колонне. Конкретно на этой — вторая часть движений Семи Пределов.
Осторожно посмотрел по сторонам, чтобы убедиться, что на других колоннах так же выбиты эти знаки. На каждой — свой. И что‑то мне подсказывает, что тот, кто оставил здесь эти свитки, их и написал, вместе с разработкой системы движений.
Естественно, это был предок Ван Лао. И я уверен, что каждая из этих техник будет работать гораздо эффективнее, если совместить их с нужным движением.
Осторожно протянул руку и сперва просто коснулся древнего свитка, от которого исходило едва ощутимое тепло. Подушечки пальцев слегка покалывало, словно внутри жили мириады крошечных молний. Но молнии я точно не боюсь, поэтому не стал больше медлить и снял свиток с его пьедестала.
Даже я, пока ещё неуч, прекрасно понимаю, что это означает долгую и мучительную смерть. На этапе закалки тела энергетическая система становится практически ничем не отличимой от кровеносной. Можно сказать, что её уничтожение сравнимо с уничтожением всех сосудов, капилляров, вен и так далее. Спасти практика, у которого разрушилась энергетическая система, невозможно. Здесь не справятся никакие, даже небесные техники, сильнее которых просто нет и не будет под этими небесами.
Это получается, что если бы у меня не было техники бесконечного возвышения, то хрен мне, а не технику масштабируемого ранга. Ещё бы знать, что это такое. Но раз хранитель Пиль Пиль говорит, что эти свитки — сокровище секты, то так и есть. Иначе зачем их прятать в этом месте?
К тому же это техника Второго Предела. И раз здесь семь свитков, то я уже знаю, как называются все эти техники. И благодаря системе бесконечного возвышения могу изучить их все, если позволят мои ядра. Которых уже шесть штук. Пусть и малых, но они обязательно подрастут.
— Хранитель, я точно могу взять только один свиток?
Похоже, что подобной наглости Пиль Пиль точно не ожидал. Он начал открывать и закрывать рот, не зная, что и сказать. Даже стал непроизвольно менять свои размеры: становясь то выше, то ниже, то толще, то худее. Да и с лицом у него происходили постоянные метаморфозы, словно он забыл, как выглядит, и перебирал все возможные варианты.
Мне даже пришлось напомнить о себе несколько раз, громко кашлянув. Особенно громким вышел последний раз — даже горло начало саднить. Получился нехилый такой драконий рык. Понятия не имею, откуда знаю, как в действительности он звучит.
А ещё я сделал всего один крошечный шаг к первому пьедесталу, прижимая к себе свиток Небесной Кары.
— Замер, или испепелю! — рявкнул хранитель, и у него реально загорелись руки.