Алексей Шмаков – Хранитель Рода Государева (страница 10)

Этого предатель уже не выдержал и начал терять сознание, напоследок решив поставить точку, обрушив три сокрушительных столба молний на императорскую чету.

Но император даже не почесался, прикрыв своей защитой ещё и супругу.

— Настя? — спросил я у императрицы, как только подошёл к ним.

Глава 6

— Сидит в своей комнате под присмотром бойцов Гнева. — успокоила меня императрица.

Выглядела она сейчас не лучшим образом. Дорогущее вечернее платье порвано в клочья, из-за резко увеличившихся физических возможностей, высвобожденных её даром. Костяшки пальцев сбиты в кровь, вся в грязи, копоти и каплях крови. Своей или чужой было непонятно.

Боевая форма ещё держалась, но уже постепенно начала исчезать.

— К Полиграфу его. — распорядился император, указывая на Юсупова.

— Мой император, двое ещё живы. — выкрикнул один из бойцов, осматривающих трупы предателей.

— Авиценна, сделай так, чтобы они смогли пережить допрос. — снова сказал император. — Граф, принимай командование, а нам с будущими родственниками нужно многое обсудить.

Только сейчас я заметил, что вокруг нас сразу нарисовалось столько народу, что не протолкнуться. Вдалеке послышались завывания сирен экстренных служб, в небе раздалось тарахтение вертолётов, направляющихся в нашу сторону.

— Вот же сука! — негодовал император, попутно громя отцовский кабинет. — Как, так я мог проглядеть, что мой лучший друг, человек, которому я доверял так же, как и себе, решил предать меня!

В кабинете отца сейчас находилось шесть человек. Я, отец, император, заместитель дяди Димы — Мазуров, неприметный мужичок по прозвищу Полиграф и к моему глубочайшему удивлению, патриарх рода Воронцовых, мой дед Кирилл Васильевич.

Если с первой четвёркой присутствующих всё было более-менее понятно. Единственным лишним здесь был я, но так как именно я поднял тревогу мне было разрешено остаться.

То Полиграф и дед вызывали у меня множество вопросов. Полиграф лишь передал императору какие-то бумаги, а всё остальное время сидел и слушал.

Дед же вообще сейчас должен быть на другом континенте, вместе с цесаревичем Алексеем, представлять интересы империи в Венесуэле. Майя в последнее время начали вести слишком грязную игру, раздавая свою нефть практически даром, чтобы отбить у империи её постоянных покупателей.

И если поначалу все довольно скептически относились к этому решению руководства потомков богов, как себя называли сами Майя, давая им максимум пару месяцев столь беспрецедентной щедрости. То через полгода уже многие скептики изменили своё мнение, а через год таковых практически не осталось.

Подобная наглость не могла быть оставлена просто так. Ведущие нефтедобывающие государства Евразии решили объединиться против общего врага, так сказать.

Первым делом было решено послать в столицу Майя делегацию, состоящую из одних наследников, сопровождаемых архиграндами, одним из которых и был выбран мой дед. Как сильнейший одарённый империи и личный охранитель цесаревича.

Оспорить звание сильнейшего не осмеливался ни один одарённый империи вот уже более двадцати лет. Очередная монетка в копилку аристократической ненависти к нашему роду.

Именно поэтому я очень удивился, когда в кабинет вошёл дед.

— Не спешите делать преждевременных выводов Николай Александрович. Единственное, что я могу сейчас утверждать со стопроцентной уверенностью, это вмешательство третьей стороны. На разум нападавших было совершенно воздействие, причём столь сильное, что их личность была подавлена практически полностью. — произнёс Полиграф.

— Но это же невозможно! Разум одарённых неподвластен чужому вмешательству. Даже архигранды кукловодов не могут управлять самым слабым одарённым. — произнёс дед.

Все присутствующие, в том числе и я тут же закивали, соглашаясь с его словами.

Истина, которая была известна даже трёхлетнему ребёнку. Кукловоды, которые представляли для обычного человека огромную опасность, для одарённого были совершенно безвредны.

Тем более в любой стране кукловоды находились под строгим государственным контролем. Как только у человека обнаруживался подобный дар, на него тут же вешался блокиратор. И он исчезал из общества.

Куда исчезали подобные одарённые знал лишь император и люди, отвечавшие за это. Даже нашего рода, как охранителям императорской семьи эта информация была недоступна.

— Это действительно так. Но в истории нашего государства уже имеются подобные прецеденты. — совершенно спокойно начал отвечать деду Полиграф. — Наши специалисты уже начали работать над разрешением этой проблемы. Ближайший отчёт должен быть предоставлен в течение часа. Но уже сейчас нам удалось выяснить более двух десятков имён, представителей имперской аристократии замешанных в этом деле. Помимо князей Голицына и Юсупова, там фигурирует имя князя Долгорукога.

— Группа быстрого реагирования Гнева уже направилась в поместье Долгоруких. — ответил Мазуров, на вопросительный взгляд императора.

В том, что Мазуров не пошёл по стопам, своего прямого руководителя и остался верен императору, все были уверены, иначе этот человек не находился бы сейчас в кабинете отца.

— С этим всё понятно. Действуйте. Как только появятся результаты, сразу докладывать. — сказал император своим подчинённым и дождавшись пока они покинут кабинет, обратился ко мне.

— Спасибо тебе, конечно, Сережа… Но ты едва не сорвал нам эту операцию.

Вот не хрена же себе. Оказывается, они все прекрасно знали о готовящемся нападении. И я чуть всё не сорвал.

Посмотрел бы я на императора, как он заговорил после того, как ему принесли голову Насти. Если он сам к этому времени был бы ещё жив.

— Мы готовились к ней больше трёх месяцев, специально подстраивая кучу событий вместе.

Теперь понятно, почему поместье на удивление осталось практически без охраны. Притом что у нас гостила императорская чета с дочкой. А все слова, про присутствие на нашей помолвке множества сильных одарённых, были всего лишь ширмой.

— Для того чтобы вычислить предателей и готовящийся заговор были задействованы лучшие специалисты в своих областях. Которые буквально по крупице собирали информацию, чтобы выйти на предателей.

Что-то мне совершенно не нравится, в какое русло начинает двигаться это разговор.

— В том, что твои отец и дед не могли проболтаться, я уверен. Но в таком случае у меня возникает вопрос, как ты смог узнать о готовящемся покушении и о том, что Дмитрий является одним из заговорщиков? Даже у нас не было этой информации, которую уже подтвердили Юсупов, Бенкендорф и Головнин.

Трое взрослых уставились на меня, ожидая ответа. И что мне им говорить?

Что в первый раз я застал Голицына, с оторванной головой Насти в руках и героически помер, прихватив его с собой. А дальше оказался в каком-то месте и мне предложили вернуться на пять минут назад? И так я возвращался ещё два раза, пока не смог убить Голицына.

Да меня сразу же поднимут на смех и потащат к целителю, проверять на наличие душевных заболеваний.

— Интуиция. — сказал я единственное, что пришло мне в голову.

— Расскажи более подробно о своей интуиции внук. — переглянувшись с отцом, спросил нахмурившийся дед.

Похоже, они все приняли мои слова всерьёз и чем-то они им не понравились.

Вот же гадство! Но выбора нет нужно дальше выкручиваться. Благо, что среди присутствующих нет тех, кто может отличать правду ото лжи.

— Даже не знаю, как объяснить. Просто я почувствовал, что Насте угрожает огромная опасность. — услышав это, император сразу же весь напрягся. — И исходит эта опасность от дяди Димы. Мне даже на секунду показалось, что я вижу его стоящим в Настиной комнате с её оторванной головой в руках.

В кабинете мгновенно повисла гробовая тишина.

Вот на хрена мне нужно было говорить об оторванной голове? Ограничился бы чувством опасности, и всё.

— Ты думаешь, боевое предвидение? — спросил отец у деда.

— Отец был последним, в ком пробудился этот дар. Мы с тобой оба пролетели и я сильно сомневаюсь, что Сергею настолько повезло, что дар пробудился в нём через два поколения. Кровь оказалась гораздо сильнее всех своих конкурентов, вытеснив их из нашего дара. — отмахнулся дед. — Этому обязательно должно найтись другое объяснение.

— Ты имеешь в виду дар, который позволил Демону продержаться подо Львовом. — спросил император у отца, напрочь игнорируя деда.

Похоже, своим враньём я нашёл себе дополнительных проблем. Но на попятную уже не пойдёшь. Слово было сказано.

— Дар, который мы считали навсегда утраченным. — проговорил отец и взгляды всех присутствующих остановились на мне.

Если император смотрел заинтересованно, то отец с дедом сверлили меня взглядом, словно я сделал нечто ужасное. Последний раз подобный взгляд в свою сторону я видел, когда утащил последнюю бутылку любимого дедовского коньяка.

Ну, обещал я ребятам, что они попробуют коньяк столетней выдержки. А если я кому-то дал слово, то обязательно его сдержу. Даже если после этого мне придётся остаться без денег на карманные расходы на ближайший год.

Это они просто не знают, что я уже, как пару лет откладываю на машину, которую хочу купить сразу после того, как сдам на права.

Как раз этим я и хотел заняться на летних каникулах. Отец обещал помочь с правами. Ходить и просиживать штаны в автошколе мне не придётся. Я сразу пойду сдавать экзамены в дорожную инспекцию.

Конец ознакомительного фрагмента.

Продолжение читайте здесь