Алексей Шишов – 100 великих кавалеров ордена Святого Андрея Первозванного (страница 38)
В ходе интриг против Суворова Каменский добился того, что тот под предлогом начавшейся болезни уехал в Бухарест. Только после этого, став единоначальником, усилившийся Каменский продолжил наступление на Шумлу. Оно проходило успешно. 16 июня турки потерпели поражение у Ени-Базара. 19 июня была отражена вылазка неприятеля из Шумлы.
Но взять крепость подошедшие русские войска не смогли. Тогда Шумла была блокирована. Великий визирь оказался в крайне опасном положении. К тому же он узнал, что сильный кавалерийский отряд противника начал продвижение еще дальше на юг, к Балканам.
Стамбул был вынужден пойти на мирные переговоры, поскольку стало ясно, что войну Оттоманская Порта уже проиграла: русская армия перешла Дунай и вела наступательные действия на территории Северной Болгарии. 10 июля 1774 года в деревне Кючук-Кайнарджи стороны подписали между собой мирный договор.
Кампания последнего года войны принесла генерал-поручику М.Ф. Каменскому две высокие орденские награды – полководческого Святого Георгия II степени и (за итоги войны) святого Александра Невского.
…Как бы там ни было, но Каменский оказался на виду у императрицы Екатерины II. В 1779 году он состоял в качестве русского военного представителя при армии Прусского королевства: Берлин и Вена начали Войну за баварское наследство.
С 1783 по 1785 год занимал пост рязанского и тамбовского генерал-губернатора. В те годы он доставил официальному Санкт-Петербургу немало хлопот, связанных с многочисленными жалобами местного дворянства на самоуправство губернатора. Но это не помешало ему получить чин генерал-аншефа.
Когда началась новая война с Турцией, Каменский возвращается в действующую армию. Однако кампания 1788 года «сложилась против него». В «Военной энциклопедии» И.Д. Сытина эти события его биографии описаны так: «Генерал-аншеф Каменский получил в командование 3-й корпус в армии Румянцева, но, находя более выгодным служить в армии Потемкина, повел интригу против Румянцева и выказывал чрезмерную угодливость к Потемкину. Однако последний с брезгливостью вывел на свет интригу и сильно скомпрометировал Каменского».
В 1788 году генерал-аншеф праздновал только одну победу – у селения Ганкур. Здесь было удачно отбито нападение крымской конницы. Последовала высокая награда от императрицы Екатерины II – орден Святого Владимира I степени. Как показали последующие события, это была последняя ее монаршая милость к нему.
…Когда 5 марта 1791 года умер Потемкин-Таврический, генерал-аншеф М.Ф. Каменский самовольно вступил в главное командование армией. Дело приняло скандальное продолжение, когда в штаб-квартиру прибыл назначенный вместо Потемкина генерал-аншеф М.В. Каховский. Когда об этом стало известно в Санкт-Петербурге, императрица назвала действия Каменского странными, а его самого сумасшедшим.
Каменскому пришлось подать в отставку, которая была принята в октябре 1791 года, и покинуть армию.
Воцарившийся Павел I вернул его на службу, назначив командиром Финской дивизии и шефом Рязанского пехотного полка. В 1797 году состоялся подлинный «наградной звездопад»: М.Ф. Каменский получил чин генерал-фельдмаршала и орден Святого апостола Андрея Первозванного, был возведен в графское достоинство. Но в том же году Павел I охладел к нему, уволив со службы «за слабостью здоровья».
Занявший престол Александр I в 1802 году назначил опального генерал-фельдмаршала санкт-петербургским генерал-губернатором. Но граф Каменский высказал такое отсутствие такта и незнание дел, что в конце того же года император повелел ему «оставить должность».
С началом Русско-прусско-французской войны 1806–1807 годов встал вопрос о главнокомандующем действующей армией. Временщик А.А. Аракчеев предложил государю на эту должность «опытного и известного военными заслугами» Каменского. Александру I, пусть и с неохотой, пришлось согласиться с такой кандидатурой. Назначение состоялось 10 ноября 1806 года.
68-летний генерал-фельдмаршал граф М.Ф. Каменский прибыл к армии, в ныне польский город Пултуск 7 декабря. Он сразу отверг план развертывания войск, удивляя приказами и своих, и чужих. Даже императора французов Наполеона.
Перед самым сражением с французской армией, в ночь на 14 декабря, главнокомандующий неожиданно передал бразды правления генералу Л.Л. Беннигсену, а сам, ссылаясь на болезнь, отбыл в Остроленку. Командование армией он сдал письменно, заявив, что он «ранен», верхом ездить не может, а «следственно и командовать армией».
Возмущенный таким поступком главнокомандующего, император Александр I признал генерал-фельдмаршала «бежавшим из армии». Он даже намеревался отдать его под суд. Но не отдал.
Современники и исследователи по сей день пытаются найти объяснение такому поступку Каменского, самовольно оставившего армию перед большим сражением. Но оправдаться полководцу «на одну неделю» перед историей почти невозможно.
…Последние годы своей жизни граф провел в своем орловском имении. К крепостным относился бесчеловечно, в момент вспыльчивости вымещал на них всю свою барскую ярость. Современники давали ему самые противоречивые характеристики.
Опальный генерал-фельдмаршал умер в 1809 году насильственной смертью. Его зарубил топором 15-летний крепостной, родной брат графской любовницы, дворовой «девки» Параши. Каменского похоронили в церкви села Сабурово Орловской губернии.
Мусин-Пушкин Валентин Платонович
Обладатель фельдмаршальского жезла был сыном жестоко наказанного ссыльного в Соловецкий монастырь вельможи, лишенного всех чинов, знаков отличия и графского титула императрицей Анной Иоанновной. Из ссылки бывший сенатор П.И. Мусин-Пушкин был возвращен в 1742 году воцарившейся Елизаветой Петровной. Его сыну Валентину тогда было семь лет.
Мусин-Пушкин получил приличное домашнее образование, в 12 лет начал военную службу. В 1747 году был записан в гвардию. Семилетняя война стала для молодого офицера боевым крещением, как, впрочем, и для многих екатерининских полководцев.
Граф В.П. Мусин-Пушкин принял участие в дворцовом перевороте 1762 года, приведшем к власти Екатерину II. Та произвела поручика Конной гвардии сразу в секунд-майоры. А в день своей коронации императрица пожаловала ему еще и придворный чин камер-юнкера. Он рос при дворе быстро, в немалой степени благодаря женитьбе на княжне Долгоруковой. В 1765 году стал полковником, а через четыре года получил высокий дворцовый чин действительного камергера.
С началом «Первой екатерининской турецкой войны» отправился в действующую армию. Состоял при 2-й полевой армии, которой командовал князь В.М. Долгоруков-Крымский. Принял участие уже в первом генеральском чине в завоевании Крымского ханства: полуостров был покорен без особого труда и больших жертв.
В.П. Мусин-Пушкин
За отличия и храбрость, проявленные в войне с Турцией, графу В.П. Мусину-Пушкину пожаловали орден Святого Георгия сразу III степени. Когда проходили торжества по случаю заключения мирного договора, императрица Екатерина II удостоила его чином генерал-поручика и наградила орденом Святого Александра Невского.
…Вернувшись из завоеванного и присоединенного к Российской империи Крыма, граф вновь стал служить при дворе. Он ничем не выделялся из среды екатерининского генералитета. Но при этом его не обходили ни в чинах, ни в наградах, поскольку при дворе Мусин-Пушкин постоянно находился на виду у государыни. Так, 28 июня 1782 года, по случаю 20-летнего юбилея восшествия на престол Екатерины II, графа наградили чином генерал-аншефа, хотя он и не имел военных заслуг. В следующем году стал генерал-адъютантом и состоял при наследнике престола великом князе Павле Петровиче. Мусин-Пушкин сумел расположить его к себе.
Царедворец был на хорошем счету у самодержицы. В 1786 году она пожаловала ему орден Святого апостола Андрея Первозванного и высокую должность вице-президента Военной коллегии. В следующем году он «был назначен в совет императрицы».
…В 1788 году генерал-аншефа В.П. Мусина-Пушкина назначили главнокомандующим русской армией в начавшейся войне со Швецией. Тогда шведский король Густав III опрометчиво решил воспользоваться тем, что Россия «увязла» на своем юге в войне с Османской империей. В Стокгольме вознамерились вернуть себе территории, утраченные королевством по Ништадтскому и Абоскому мирным договорам. Так началась очередная Русско-шведская война.
Густав III лично встал во главе 36-тысячной королевской армии. Шведские войска вторглись в ту часть Финляндии, которая принадлежала России, и осадили пограничную крепость Нейшлот. Под угрозой оказалось санкт-петербургское направление.
Мусин-Пушкин имел под своим командованием всего лишь 14-тысячную армию, менее регулярную, более ополченческую. Почти все армейские полки находились на войне с Турцией. Поэтому в составе его армии появились «экзотические» воинские формирования. Так, два пехотных батальона состояли из причетников и их детей, казачий полк – из ямщиков столичной округи.
Шведский король оказался полководцем ниже всякой критики. Он, мечтая о полководческой славе Густава-Адольфа и Карла XII, так и не смог реализовать численное превосходство шведской армии над противником. Шведам даже пришлось снять осаду с Нейшлотской крепости, которую вели вяло и без настойчивости. Так они потеряли инициативу в действиях на сухопутье. Впрочем, и на море у них дела обстояли не лучше.