Алексей Широков – Варлок (страница 50)

– Что?.. – не поняла Лена, перестав наконец мучить мой рукав.

– Да всё! Эта эльфа… то, что её поймали, да ещё так вот… в онлайн-трансляции, – девушка закусила губу. – Это же прямой повод для новой войны! Неужели вы не понимаете, что…

– Не будет ничего! Не волнуйся, – перебил её сильный женский голос, и мы дружно обернулись.

Мне даже захотелось присвистнуть. Вот не понимаю я, почему у нашей аристократии в основном рождаются такие вот красавицы, в то время как у простого народа и девушки по большей части… какие-то обычные, что ли. Здесь в кампусе, куда ни плюнь, обязательно попадёшь в очередную Афродиту, ну или как минимум в Елену Прекрасную, ради которой и Трою разрушить не жалко. А стоит выйти за околицу, и большинство девиц при сравнении с ними разве что своей «внутренней богиней» похвастаться могут.

Оставалось только задуматься над тем – уж не влияет ли подобным образом на девочек нуль-элемент, составляющий Море Сансары. Ведь большинство из них имеют уже одарённых родителей, или сами появляются на свет с раскрытыми чакрами. Да та же Андре – хоть и похожа на парня, но ведь и мужиковатой её не назовёшь, просто складывается впечатление, что она целенаправленно подчёркивает свою «мальчиковость» при помощи косметики и прочих маленьких женских хитростей.

В общем – всё это очень странно, потому как меня, например, красавцем разве что спьяну назвать можно. Да и вообще у сильного пола всё как-то намного стандартнее. Пройдёшься по улице и только по лицам вряд ли сможешь угадать, с даром перед тобой прохожий или нет. Не в ту, видимо, сторону у нас маго-эволюционный процесс повернул. А может, это мать-природа решила пошутить и воплотить в жизнь старую шутку, что, дескать, мужик должен быть чуть красивее обезьяны. Впрочем, девушки, да ещё и благородные, да к тому же с деньгами – постоянные клиенты разнообразных салонов красоты. Маджипластика опять же – было бы чем оплатить услуги скульптора.

Студентка, стоящая перед нами, напоминала смесь древнегреческой нимфы с суровой скандинавской валькирией. Красивое лицо с маленькими элегантными очками, копна длинных, заплетённых в ослабленную косу волос, соломенного цвета, стройная, спортивная, но вместе с тем очень женственная фигура и грудь… размера этак четвёртого-пятого. Которую она ещё к тому же подчёркивала, сложив под ней руки, в то время как сама задумчиво смотрела на пустой монитор.

На поясе у незнакомки в аккуратных и явно дорогих ножнах покоился самый настоящий кацбальгер. На левой же руке я разглядел перчатку с раздвижным щитом, сделанным аналогично с моим посохом. Правда, для того чтобы разобрать, что там у неё, пришлось глазеть практически на её грудь, за что я схлопотал ревнивый тычок локотком от Зайки, а потом нехилый такой удар кулаком по рёбрам от Касимовой. Впрочем, наказание было заслуженным, потому как, гуляя с девушками, пялиться на прелести других особ женского пола – как минимум невежливо.

– Тут скорее вопрос, удастся ли доставить девушку на территорию Империи или нет. Привязок к местности «Маффины» не давали, известно только, что трансляция откуда-то из-под Киева, – продолжила нимфовалькирия. Спутники Зону читают плохо, так что основной упор будет на авиаразведку, а так как истребители туда не пошлёшь, отправят пару звеньев ударных вертолётов. Как думаете, что будут делать немецкие «Дойч-тайгеры» и османские «Мангусты», когда, потратив время и сориентировавшись по выжженному пятну, наткнутся на имперских «Нарвалов»? С Ка-56 воевать для их тарахтелок – себе дороже, там всё-таки не самоубийцы летают. Да и не решатся она нападать на нас. У них своих проблем выше крыши. У османов вон – сирийская провинция бунтует, Курдистан полыхает, а на юге у них Халифат и нежить египетская. А Немецкая Нация вообще Империю последние десять лет разве что не облизывает, только бы мы со шведами и франками поменьше дружили. Будут они при таких раскладах портить взаимоотношения из-за туманных перспектив в виде подстреленной эльфийской девчонки? Максимум начнётся очередной виток «войны сталкеров», ну может, кто ракетами на скорую руку предполагаемую зону накроет. Пока наших людей там официально нет. И всё. Утрутся.

– Н-наверное, вы правы, – выдавила из себя покрасневшая Нина, которая, кажется, мнила себя гуру международной политики, и сейчас ей было нестерпимо стыдно, что она ляпнула ерунду, поддавшись эмоциям.

– А вы, ребята, чего-то хотели? – валькирия с интересом посмотрела на нас. – Хотели заявление написать или…

– Ольга, – крикнул ей Валентин, – эти первокурсники ко мне пришли. В гости, на рюмку чаю! Так что, о наша грозная начальница, заклинаю тебя – не пугай их!

– Уж не тот ли это «дух», что уделал тебя на шестах? – улыбнувшись, спросила она. – Парень, ты с какого факультета-то?

– Военка, пятидесятая группа.

– Опа! Преторианец, что ли? – кажется, она даже удивилась, впрочем, в голосе не было ни грамма враждебности. – А куратор кто?

– Грем Фишшин, – я кивнул на притихшую Касимову, с завистью рассматривавшую старшекурсницу. – Мы с ней вместе у него учимся.

– Круто! – она улыбнулась и перевела взгляд на Нину. – А тебя я, кажется, у нас на факультете утром видела? Ты тоже на политико-дипломатическом?

– Да… – Зайка удивлённо захлопала глазками.

Кажется, она совсем не ожидала увидеть в дисциплинарной комиссии кого-либо из «своих».

– Я у Анны Михайловны Садовой в группе.

– Тебе очень повезло, – улыбнулась валькирия. – Анна Михайловна – замечательный преподаватель. Ладно, ребята, заговорилась я с вами, пойду-ка, а то у меня ещё бумажной работы непочатый край. В первый же день столько всего навалилось.

Махнув нам на прощание, она скрылась за дверью, а нами вплотную занялся Валентин и его сослуживцы. Хозяева быстро накрыли стол, в небольших фарфоровых чашечках заплескался свежезаваренный чай, и кто-то из парней сбегал в ближайшую кондитерскую за тортиком. Пару раз я ловил на себе немного виноватый взгляд шестовика. Он как бы говорил мне: «Ты уж, приятель, извиняй. Я б тебя чем покрепче угостил, да вот начальница на месте, да и ты сам с подружками припёрся».

Впрочем – лично меня всё устраивало. Мы посидели с часок, налаживая мосты и контакты между поколениями студентов колледжа, поговорили за жизнь, и когда пришла пора закругляться, я взял быка за рога.

– Слушай, Валь, а почему «Большая Игра» должна начаться для нас только после турнира?

– А ты что? Не в курсе? – удивилась Зайка, отставляя от себя полупустую чашечку. – Сейчас идёт регистрация, дожидаются, пока подтянутся отстающие, а народ разберётся с правилами, присмотрится и решит, кто и чем будет заниматься. Ну и турнир ещё.

– Ну, это, конечно, так, – согласился Валентин, – но это ещё не всё.

– А что ещё? – удивилась Касимова, особо плотно налегавшая на тортик, а потому находившаяся в хорошем расположении духа.

– Для вас чиповка не готова.

– Что за чиповка? – хором спросили мы.

Вместо ответа Валентин повернулся к нам вполоборота и приподнял рукой волосы так, чтобы мы могли видеть его шею. На первый взгляд там не было ничего такого, однако, когда я посмотрел на него в магическом спектре, то увидел маленькую светящуюся звёздочку прямо на «аксисе» – втором шейном позвонке.

– Это микрочип участника «Большой Игры», – пояснил шестовик, усаживаясь нормально. – Его подготавливают индивидуально для каждого, и по большому счёту он обозначает вашу жизнь.

– Не понял, – честно признался я.

– Ну, – парень поморщился. – Там всё сложно. Вам потом объяснят. Но если так – на пальцах, то эта штуковина делает игру более реалистичной.

– То есть? – Нина аж подалась вперёд, излучая нескрываемый интерес.

– Там установлено комплексное заклинание, – вступила в разговор девушка-старшекурсница с длинными чёрными волосами. – Которое забирает на себя определённое количество вредоносных воздействий, а также достоверно эмулирует реакции тела на них. То есть, например, позволяет одному игроку убить другого, не причинив при этом реального вреда.

– Убить? – ахнула Нина.

– Да. Как бы «понарошку», – кивнул Валентин и, видя в наших глазах непонимание, попытался объяснить по-другому: – Вот смотрите. Сейчас, если вдруг мы с Кузьмой подерёмся – мы будем наносить друг другу реальные повреждения, потому как у меня есть чип, а у него нет. И если он, например, порежет меня своими ножами, то рана будет реальной, и я имею все шансы истечь кровью и умереть. Когда же ему поставят чип, то тут уже начнётся взаимодействие двух игроков, и обработкой эффектов займётся комплексное заклинание. Моя рана будет выглядеть как реальная, лечиться как реальная, мне даже придётся отлёживаться в больнице, – но настоящего вреда здоровью мне он не причинит. В общем, иллюзии и метамагия – как-то так.

Естественно, что подобным объяснением мы не удовлетворились и закидали ребят вопросами, каждый ответ на которые порождали всё новые и новые что, как, зачем и почему. Так выяснилось, например, что автомат, что мне выдали – не совсем настоящее боевое оружие, а некий «Имитатор». Вроде всё то же самое, а на деле магическая приблуда – точная копия оригинала, аннигилирующая настоящую пулю и заменяющая её на идентичный реальному магический выстрел.

За всем огнестрельным оружием на руках у студентов тщательно следили мастера-оружейники, которые собственно и превращали реальное вооружение в такие вот «игрушки». А вообще у них всё тут было серьёзно. Почти по-взрослому. На лидеров полисов регулярно совершались покушения, использовались яды, да и вообще студентота интриговала от души.