Алексей Широков – Варлок 8 (страница 37)

— Или кого-то похожего на неё внешне, — покачала головой Голицын. — Кузьма, не сочти меня циником, я бы очень хотел вернуть девушку, но… ты уверен, что после воскрешения это будет именно она?

— А не кровожадная тварь, жаждущая крови? — закончил за него я мысль. — Нет, не уверен. Я вообще слабо себе представляю как это возможно. Поэтому и считаю, что вампиры просто тянут время. С Юлей то ли получится, то ли нет, настолько вилами по воде писано, что воспринимать серьёзно это нельзя. Вот как предложение к переговорам — может быть, но тогда к чему была атака на кладбище? Да и вообще, какие могут быть переговоры с кровососами?!

— К сожалению, не всё так просто. — вздохнул канцлер, а тесть закивал, подтверждая его слова. — Боюсь, что их послание несло в себе гораздо больше смысла, и предназначено оно было для его императорского величества. А ты, Кузьма, выступил лишь почтальоном, причём не понимая реального смысла того, что передаёшь.

— Вы это про что? — насторожился я, прокручивая в голове каждое слово сказанное упырихой. — Думаете, есть второе дно?

— И ещё какое, — Святослав Андреевич с силой потёр лицо, а затем посмотрел на Голицына. — Как думаешь, Леонид, каковы шансы, что кто-то из Чайного клуба завербован?

— Невысокие, — второе лицо в государстве сидел нахмурившись и бурление мыслей на его лице можно было увидеть невооружённым взглядом. — Всё же седьмая чакра даже Воинам даёт массу приемуществ и долголетие, но приманка уж больно заманчивая, а мы не знаем, насколько вампиризм совместим со способностями к сансаре.

— Если судить по упырю, которого Кузьма захватил, раньше бывшего Есаулом, то можно сделать предположение, что при вампиризации человек сохраняет свои возможности. — тесть выдвинул ящик стола и вынул из него пухлое дело, в котором оказались фотографии того самого продвинутого упыря. — Однако не думаю, что кого-то заинтересует этот путь.

— Ромушев, — я не понял о чём они говорят, но у меня был один пример успешного обращения одарённого в вампира. — Маркиз его сам обратил, а потом убил, и мне голову притащил. Но мог или нет Олег по прежнему использовать ПМК или магемы я не знаю.

— Но сам факт уже настораживает, — вздохнул канцлер. — Надо будет составить перечень всех лиц, которые могут рискнуть.

— Включи в него тех, у кого есть больные и старые родственники. — добавил Святослав Андреевич. — Иногда ради близких люди готовы идти на самое подлое предательство.

— Да, конечно, — кивнул Леонид Матвеевич, и снова вздохнул, — объёмный список получается. Проверить всех будет очень тяжело.

— А может мне кто-нибудь скажет о чём речь? — я окончательно запутался, хотя тупым себя не считал. — А то сижу как дурак и них… ничего не понимаю.

— Герцог Ефимов, привыкай смотреть на проблемы шире, — с осуждением покачал головой тесть. — Все исходные данные перед тобой. Вывод напрашивается сам, и то что ты его ещё не сделал, говорит не в твою пользу. Чем по легендам славятся вампиры?

— Тем что кровь сосут, — я почувствовал раздражение, — это же понятно.

— Да что ты зациклился на этой крови?! — Святослав Андреевич тоже повысил голос. — Мы говорим сейчас о том, что может мотивировать человека стать вампиром. А с положительной коннотацией у них главное свойство это…

— Бессмертие… — меня будто в лоб ударило чем-то тяжёлым. — Это получается, что они практически бессмертны…

— Если упыриха тебе не солгала и только если слизняк остаётся целым, — педантично поправил меня канцлер. — Но в целом ты прав. И это огромное искушение, особенно для богатых и наделённых властью людей.

— Маркиз — кретин, — резюмировал я, после короткого обдумывания ситуации. — Если бы он не пытался нахрапом захватить меня, ему ничего не стоило получить и деньги и статус, а потом и власть, и править из тени.

— В какой-то мере ты прав. — кивнул император. — Но стоит учитывать, что он считает себя высшим существом, а люди для него скот. Не станешь же ты свинью или корову делать равной себе.

— Тогда с чего вдруг такие перемены? — я понял, что в словах тестя есть разумное зерно. — Не думаю, что он ни с того ни с сего внезапно проникся идеями либерализма, толерантности и человеколюбия. Скорее похоже на попытку торговаться. Вы про это сообщение говорили?

— Вот сейчас ты мыслишь в правильном направлении, — довольно кивнул Святослав Андреевич. — Скорее всего на примере твоей девушки нам хотят продемонстрировать возможности вампиров к возрождению. Не думаю, что это изначально планировалось, хотя возможно, какие-то мысли на этот счёт у маркиза были, но скорее всего он недавно решил разыграть эту карту. Или может подсказал кто, та же Эрика. Я так понимаю, она очень умная и опасная баба. Кузьма, не знаю как там с Юлей обернётся, но если захочешь свою коллекцию пополнить вампиршей, лучше выбери кого-нибудь попроще. Эта сожрёт тебя в прямом и переносном смысле этого слова.

— Да вы за кого меня держите! — возмутился я, но наткнувшись на два скептических взгляда вдруг смутился и буркнул. — Да я даже не думал. Ненавижу кровососов.

— Лёнь, ты ему веришь? — поднял бровь тесть, — вот и я нет. Сам таким был. Кстати, удивлён, что ты до сих пор сестрёнку-богиню не огулял. Или гулялку стёр, и сейчас, пока девок нет, отдыхаешь?

— Слав, но это уже перебор, — одёрнул разошедшегося императора канцлер. — Кузьма у нас всё таки парень с принципами, а у сестёр там некрасивая история с женихом была. Так что я его уважаю за чуткость по отношению чувств своей женщины. Хотя уверен, Селаим уже пыталась к нему в постель забраться. Было такое, Кузьма Васильевич?

— Было, — я не стал отрицать очевидное. — И да, я своих девушек уважаю. Каждую из них, даже Касимовых, хоть те безбашенные сучки. Но при этом всё же стараюсь быть честен с собой, так что признаюсь, я бы с удовольствием трахнул бы тёмную эльфийку, но остановило меня другое. Слишком уж она хитровыкрученная. Не хуже той упырихи. И кстати жениха Иви она не только соблазнила, но и подставила, натравив на Пернатого змея, что бы потом не говорила. Уверен, Селаим таким образом пыталась упрочить своё положение и под предлогом спасения от пришельцев отобрать власть у сестры. Так что, чтобы вы про меня не думали, своё либидо я могу контролировать.

— Хорошо, извини, — покаялся тесть, — рад что ты взрослеешь. А то уже переживать начал. Порадовал старика. Но ладно, оставим дела сердешные, у нас тут действительно серьёзная проблема нарисовалась. И её надо решать, причём срочно. Если информация об этом подобии бессмертия разойдётся, у нас будет масса проблем. Что скажешь, Кузьма?

— Я?! — вот сейчас я действительно удивился. — А я то тут причём?

— Юля твоя фаворитка, — не стал юлить император. — Ты же понимаешь, что если мы не примем их условия, у вампиров не будет причин её возрождать. И решение принимать только тебе. Ты глава роде Ефимовых, герцог двух империй. Пора брать на себя ответственность. Отмолчаться и сделать вид, что ты лишь выполнял приказ не получится. Это путь в никуда, путь слуги, а не правителя. А нам в Чайном клубе не нужны слуги. Так что давай, пора брать себя в руки и начинать думать головой.

— А если я скажу, что хочу возродить Юлю и нам нужно это перемирие? — не то чтобы я так думал, но из чувства противоречия всё же взбрыкнул. — Что реально согласитесь? Или просто ищите на кого потом свалить вину если вдруг что-то пойдёт не так.

— Если обоснуешь зачем это нужно — согласимся, — ничуть не обиделся Святослав Андреевич. — А козёл отпущения всегда найдётся. Уж не сомневайся. Однако из тебя он хреновый получится, по крайней мере сейчас. Ты слишком популярен, плюс молодой. Меня не поймут, если я заявлю что ты во всём виноват. Да и история с Юлей будет играть в твою пользу. У нас в стране любят страдальцев за любовь. Так что давай, излагай свои аргументы.

— Да я чисто так поинтересовался, — опять смутился я.

— А на самом деле что думаешь? — император сегодня был самим воплощением терпения. — Не стесняйся, нам действительно интересно твоё мнение.

— Надо атаковать, — я вздохнул и вывалил всё о чём думал последний час. — Прямо сейчас нанести удар по всем обнаруженным лёжкам кровососов. Для чего бы им не была нужна фора во времени — они не должны этого получить. Я не верю в раскаянье маркиза и его желание сотрудничать с людьми. Для него мы двуногий скот, годный лишь в пищу для Стрикс. Так что надо бить их всеми силами. Так, чтобы не успели отреагировать.

— А Юля? — канцлер слушал внимательно и я ничего не мог больше прочитать по его лицу, вот что значит профессионал. — Ты готов от неё отказаться, после того как чудесным образом появилась надежда?

— Я не уверен, что это будет всё ещё она, — озвучил я свой самый главный страх. — Когда я увидел её в госстинице, Юля уже вела себя очень необычно. В жизни она была скромной девушкой, даже зажатой. Думаю, виновата её жизнь с деми-опекунами. За право стать компаньёнкой Катерины Юле пришлось играть роль страшной скромной и туповатой подружки, которая оттеняет главную героиню, так сказать. И она никак не могла от этого отойти. Но там я увидел совершенно другого человека. Но дело даже не в этом. Избавили её от комплексов и замечательно, но если бы этим всё и ограничилось. Когда Юля внесла поднос с головой Ромушева я не увидел у неё ни капли переживаний.