Алексей Широков – Варлок 6 (страница 60)

Мужчина, точнее, парень явно в форменной одежде какого-то незнакомого мне ВУЗА или ПТУ, судя по всему, совершил здесь самоубийство, сунув голову в петлю из бытовой капроновой верёвки. Он не болтался на ветке дерева, как то можно было представить. Скорее всего, ему просто не хватило духу сделать один решительный шаг. Вместо этого он предпочёл уйти, просто «уснув» от нехватки кислорода, и его тело так и осталось почти стоять, привалившись к стволу, чуть покосившись на подогнувшихся ногах.

Время, птицы и окружающая среда не пощадили труп, а потому вид тканей мертвого лица, словно стекших с белеющего, покрытого волосами черепа на грудь, был просто омерзителен. Судя по состоянию одежды, успевшей выцвести и задубеть, находился он здесь никак не меньше года. Под ногами у него так и осталась лежать чёрная, раскрытая сумка, наплечная лямка которой была намотана на и ссохшуюся кисть правой руки.

Всё это я увидел за какое-то мгновение, благодаря «Третьему глазу», в то время как сам, как и остальные, наблюдал за совершенно иным зрелищем. К нам, выйдя из-за деревьев, медленно, становясь постепенно всё чётче и чётче, покачиваясь, приближался серый дымный силуэт. С десяти метров он стал очень даже хорошо видим, и в нём без проблем можно было опознать самоубийцу, чьё тело находилось неподалёку.

Вот он приложился к бутылке, судя по всему, водки, а затем резко отбросил её от себя. Дрожащей рукой достал из внутреннего кармана пиджака прямоугольник, оказавшийся конвертном, раскрыл и некоторое время читал письмо. А затем упал на колени, запрокинув голову и явно издав в далёкое небо беззвучный крик. Прозрачные бумаги выпали из его рук и скользнули куда-то под слой листвы, но он даже не заметил этого, поднявшись, огляделся.

Достав из сумки моток верёвки, путаясь в заплетающихся ногах, полез к ближайшей ветви дерева, под которым лежал мертвец, неумело наматывая непослушными руками удавку на явно тонкий для такого дела сук. Через несколько минут и одну неудачную попытку подёргавшись, он обмяк и, почти слившись с висящим телом, исчез. А через секунду из-за дальних деревьев, пошатываясь, вышел дымный силуэт…

— Аня… — позвал я уж давно переставшую визжать сестру, но та не ответила, неотрывно глядя на то, как обрётший чёткость силуэт отбрасывает прочь бутылку и вновь достаёт письмо. — Ан…

Я обомлел, глядя на свою младшую родственницу. А всё потому, что только что она была магом первого ранга с одной отрытой чакрой. А сейчас в её теле светились, помимо нижней «Муладхары», ещё и «Свадхистхана» с «Манипурой». Можно сказать, что за одно мгновение, судя по всему, испытав шок от встречи с мертвецом, сестра из неофита, перескочив аколита, превратилась в адепта.

Насколько я знал, это не хорошо, но и не плохо. Подобный прогресс реально осложняет жизнь магу, вместо последовательного освоения двух дополнительных потоков из второй чакры ей придётся возиться сразу с шестью. Зато были и плюсы, её пока что маленький резервуар быстро расширится! К тому же неподконтрольные потоки от каждого вдоха, не желающие течь в уже полный резервуар, уже сейчас в значительной мере насытили её энергетику, что тоже полезно, как тренировка астрального тела, энергоканалов и ауры.

— Ань! — повторил я и, подойдя, дал ей лёгкую пощёчину, от которой она, вздрогнув, тупо и обижено уставилась на меня, а извлекающий из сумки верёвку прозрачный самоубийца просто растворился в воздухе. — Пришла в себя?

— Д-да… спасибо… — она медленно повернулась к покойнику и, взвизгнув, спряталась у меня за спиной. — К-к-к-кто это?

— Да я-то почём знаю? — пожал я плечами, обменявшись взглядами с хмурящимся Валькой. — Я, признаться, его даже не заметил, пока ты не заорала…

— А разве «Третий глаз»… — начал было мой приятель, но замолчал, не закончив вопроса.

— М-м-м… «Третий глаз» — это не локатор постоянного функционирования, сонар и камера объёмного слежения в одном лице, — ответил я. — Он так не работает. Это энергетический вспомогательный модуль для реальных органов чувств, отзывающийся на концентрированное внимание одарённого. Я, знаешь ли, мертвецов не искал, а опасности для нас выглядывал. Вот он жмура и проигнорировал. Если бы тот вдруг пошевелился — тогда да. Я бы сразу его засёк… а так, пока не сосредоточишься на чём-то конкретном, совершенно не важно, покойник это или пенёк.

— Понятно… — отозвался парень, вновь разглядывая мертвеца.

— В любом случае убери его! — ударила кулачком меня по спине сестра. — Я его боюсь!

— Куда я тебе его уберу? — возмутился я даже не самой бредовостью подобного требования, а идеей о необходимости касаться руками тела в таком состоянии. — Тем более что сюда полицейских нужно вызывать! И вообще…

Я хотел было уже задвинуть мысль о том, что: «Хватит с тебя острых ощущений! Домой пора, нагулялись!» — как меня перебил тихий возглас Софьи:

— Я… сняла…

— Что, прости? — переспросил я, и в этот момент мне в нос буквально ткнули планшетом, на экране которого прозрачный самоубийца вновь отбрасывал в заросли злополучную бутылку водки.

— Я «это» сняла! — повторила журналистка. — Анька! Это же офигенно круто! И да! Поздравляю!

— С чем это? — хмуро буркнула сестра, всё ещё продолжая прятаться за моей спиной. — Я, конечно, не тупая. Поняла, что вы «это» тоже видели… но что-то мне опять это умение не очень нравится.

— Да нет же! — воскликнула Софья. — А… ты ещё, наверное, не почувствовала! Теперь ты тоже адепт! Как и я! Только не обученный! Ты открыла аж две чакры сразу! Думаю, именно поэтому мы и смогли увидеть то, что видишь ты!

— Правда, — сеструха отлипла от моей спины и бочком, бочком подобралась к старшей девушке. — Нет, правда, что ли?

Я же задумался. Предположение Софьи по поводу энергонасыщенности, вполне вероятно, было не так уж и далеко от истины. Я-то в голову сестры, опасаясь навредить, подавал совсем крохи сансары. А сейчас у неё собственная подпитка в десятки раз мощнее образовалась.

— Кузьма, — позвал меня Валька, привлекая внимание. — По поводу полиции…

— Что?

— Не думаю, что стоит нам прямо сейчас к ним обращаться, — вновь нахмурившись, произнёс парень. — Скорее всего, в этом лесочке немало подобных сюрпризов найти можно. Тут такое дело, это частная территория, и мы здесь сейчас находимся нелегально.

— И?

— Даже у тебя с твоим статусом будут проблемы, — пожал плечами Валентин.

— Точнее, проблемы в любом случае будут у родственников барона Крюкова, которые класть хотели на свою московскую собственность, — добавила уже взявшая себя в руки Керчина, продолжая водить пальцами по своему планшету. — А вот ты знатно себя подставишь. Это всё же не вотчина, в которую вхож любой желающий. Этого, конечно, может и не произойти, но всегда есть шанс, что подобная мелочь, раздутая до размеров слона, всплывет в самый неподходящий момент.

— Другими словами, лучше не попадаться… — кивнул я. — Запишем геолокацию, а потом толкнём анонимку?

— Именно! Заканчиваем здесь дела, а там всё сделаем без шума и пыли, — серьёзно кивнул, а затем ухмыльнулся Валя. — На самом деле, Кузьма, ты не поверишь, сколько народу даже у нас в колледже поступают именно таким образом. Особенно, когда чувство ответственности свербит, а роль в Полисе ну совсем не та, чтобы имя даже в положительном смысле всплывало в полицейских отчётах.

— Да всё равно, — отмахнулся я. — Те, кому нужно, и так всё знают.

— На то «они», — усмехнулась Софья, — и есть «те, кому нужно»! Эти при необходимости и на ровном месте проблемы устроить могут.

— Ок, — я кивнул. — Тогда сейчас дружно топаем на другую сторону, чтобы не следить лишний раз, к машине и…

— Какой «к машине»?! — тут же взвилась сестра. — Ты обещал!

— Ань, — я серьёзно посмотрел на сестру и махнул рукой в сторону трупа. — Тебе вот его разве не хватило? У тебя только что открылось сразу две чакры, тебе нужно отдохнуть…

— Да ты просто трусишь! Вот… — ткнула в меня пальцем эта заноза, в глазах которой плескалась обида, щёчки раскраснелись, а страх перед мёртвыми, похоже, вымылся из головы лёгким энергетическим опьянением.

— Кузьма, — подёргала меня за рукав журналистка и прошептала на ухо: — Я, конечно, всё понимаю. Ты за сестру переживаешь и вообще, вся эта моя идея с «Душегубом из Ховрино» тебе как кость поперёк горла. Я же не дурочка… вижу, что влезла в твои дела немного не так, как ты хотел бы. И всё же на Аню сейчас давить не стоит. Ты просто не понимаешь, она всё-таки маг, а у нас с колдунами реакции разные…

Я хотел сказать, что я всё «понимаю» и как бы тоже маг… был. Но осёкся, потому как все знали, что я именно колдун и раскрывать свою тайну чужим большим желанием не горю.

— У меня, когда вторая чакра открылась, — продолжила тем временем Софья, — я дня два как на энергетиках сидела. И когда третья — тоже бегала как ужаленная! А у неё сразу две… Вы сейчас с ней только поссоритесь из-за пустяка.

Не сказать, что охотно, но я всё же согласился с мнением Софьи. Как минимум по поводу того, что Анька в нынешнем её состоянии к моим словам не прислушается — можно гарантировать. А потом ещё и мамке нашей наябедничает… дури у неё хватит. Я же в результате по шапке получу за всё вместе: и что сам не учусь, а ерундой маюсь, и что сестре мешаю, и что вообще её сюда потащил… в общем, проще дать что хочет. Показать, что в руинах нет ничего интересного и тогда уже с чистой совестью увести домой.