Алексей Широков – Поле боя (страница 51)

Впрочем, в непонятках сейчас находился не только я. Нина, по глазам было видно, тоже не ожидала подобной реакции ректора, а потому сидела и, хлопая ресницами, переводила взгляд с меня на него и обратно. Похоже, что девушка тоже ожидала, что «дядя» всё сделает сам, а он вместо этого занялся какой-то непонятной фигнёй. Однако вопросов Зайка не задавала, видимо, прекрасно понимая, что ей на них не ответят. Поэтому, поймав вой взгляд, Нина кивнула своим мыслям и, вытащив небольшую серебристую карточку-ключ от дома – протянула её мне.

– А вас, юные леди и госпожа Ефимова, я попрошу немного погостить у меня, – произнёс герцог, взглядом проводив переданный мне ключ. – Я временно освобождаю вас всех от занятий и…

– Минуточку! – раздался вдруг из-за спины мамин голос, и я, обернувшись, чуть было не чертыхнулся вслух.

Моя родительница стояла посреди комнаты и была в такой ярости, что едва себя сдерживала. Вот-вот в кабинете была готова разразиться самая настоящая буря, и чем это могло грозить всем присутствующим – гадать не приходилось, уж мы с Анькой это знали наверняка. А вот чем всё это закончится, примени маман свою силу на ректора – я даже боялся себе представить, но подозревал, что ничем хорошим.

– Мам! – я дёрнулся было к ней, желая перевести её гнев исключительно на свою персону, но она одарила таким многообещающим взглядом, что я немедленно заткнулся.

– Я тут посидела, – произнесла она, отстраняя меня с дороги и подходя прямо к столу, – послушала, и хочу знать, что здесь происходит? Куда вы отправляете моего сына? Что вы вообще себе позво…

Она замолчала, сурово зыркнув на меня, а затем, повернувшись к герцогу, тихо, но с нажимом произнесла:

– Дети, выйдете из комнаты, мне с «его светлостью» нужно поговорить с глазу на глаз…

– Хм… очень интересно, – буркнул себе под нос ректор. – Ну что ж… госпожа Ефимова. Присаживайтесь…

– Спасибо – постою, – гордо ответила она.

– Ну постойте… – хмыкнул он, ухмыльнувшись, и удобно устроился в своём рабочем кресле, а затем, посмотрев на меня, сказал: – А ты иди, Кузьма, иди. Что тебе делать – я уже сказал. Жди моего звонка. И да… ты, надеюсь, не забыл, что тебя ещё ожидает наказание?

– Это ещё за что? – не сразу понял я, а затем, уловив, о чём говорит ректор, поморщился. – А! Андрей Иванович, а без этого никак? Ведь столько времени прошло уже.

– Никак, Кузьма, никак, – картинно развёл руками герцог. – Правила есть правила.

– Что за наказание? За что вы собираетесь наказывать моего сына? – набросилась на ректора мама, и мы с девчонками, пользуясь тем, что она ненадолго отвлеклась, выскользнули из комнаты.

Дверь за нашими спинами закрылась, и по её полотну вновь пробежала волна непонятной магии. Аня облегчённо выдохнула, а Нина только покачала головой.

– Ну и матушка у тебя… – тихо казала она.

– Не трави душу, – устало буркнул я. – Самому стыдно…

– Да уж! – поддержала меня сестра. – Я уж думала – всё! Сейчас начнётся!

– Прекратите! – девушка посмотрела на дверь так, словно бы она была прозрачной. – Видно же, что она за вас двоих волнуется… переживает. Вот бы и за меня так…

– Ты сама-то как? – поспешил я перевести разговор со щекотливой темы.

Мама Зайки, насколько я знал, не пережила роды, и Нину, по её словам, вырастили дед и бабушка, потому как отец, говорить о котором она обычно не желала, был слишком занят, чтобы возиться с дочерью. Так что мне не очень хотелось углубляться в вопросы о том, насколько навязчивой и неуёмной может быть чрезмерная родительская опека. По правде говоря, я просто боялся, что девушка банально не поймёт меня, а скорее наоборот, посчитает бесчувственным болваном.

– Да вроде нормально, – Зайка посмотрела на меня и потупила взгляд. – Не знаю.

– Слушай, – я нахмурился и напрягся, вспомнив кое-что важное. – А у тебя же вроде обычно по утрам приходящие горничные дома работают? Ну, пока Ленка учится? Во сколько они…

– Не волнуйся, – отмахнулась Нина, – я перед выходом отмену на сегодня сделала.

– Ну а если…

– Обычно в одиннадцать приходят, – подала голос Юля.

– Ладно, девчонки, тогда я пойду, – сказал я, посмотрев на часы, – а то мало ли что. Созвонимся.

– Угу, – кивнула Зайка, и девушки по очереди поцеловали меня. – Иди! Только потом – обязательно всё расскажешь!

Наблюдавшая за процессом Анька, хмыкнув, помахала ручкой.

– Ага, – кивнул я и быстрым шагом покинул домик ректора.

До особняка я добрался на общественном транспорте минут за тридцать с двумя пересадками. Как раз попал в самый час пик, и народу в трамвайчик понабилось немерено. Что, впрочем, не помещало мне с комфортом устроиться на заднем сиденье у окна и, достав планшет, углубиться в изучение документов, пришедших на мою студенческую почту из «спецотдела» ректората. Да, конечно, это было немного не по-джентельменски, сидеть в то время, когда рядом стояли многочисленные студентки, но сейчас мне было не до того.

Инструкция оказалась довольно длинной, с большим количеством сносок, дополнениями и уточнениями, так что нелегко было осилить её так вот с кондачка, однако общий смысл я более-менее уловил. Я действительно стал чем-то вроде тайного агента этого самого «спецотдела» ректората, что, впрочем, не должно было привнести в мою жизнь каких бы то ни было особых неудобств. Наоборот, данный статус, казалось бы, сулил мне сплошные выгоды, хотя, вполне возможно, я просто сейчас не видел подводных камней и прочих айсбергов, которые непременно выплывут после того, как я осилю пересланный мне талмуд.

Кстати, в разъяснении указывалось, что «спецотдел» не является государственным органом полиса и не подчиняется напрямую ни президиуму, ни председателю, а представляет интересы ректората, оставаясь неким неофициальным и малочисленным объединением студентов с очень обширными полномочиями. При этом они никак не были связаны между собой и по сути являлись одиночками, контакты с которыми имел только ректор. Этакие «читеры» от «Большой Игры», которые при необходимости могут на вполне законных основаниях нарушать её основные правила и обязаны доводить до кого следует особые пожелания «самого главного», направляя ход игры в нужное русло.

Оторвавшись от чтения, я протолкался к выходу и вышел, стоило только трамвайчику остановиться. Однако я не пошёл прямиком в особняк, а, завернув на ближайшую к нему крупную улицу, заглянул в первую попавшуюся бургерную, затарившись там вредным, а от того таким привлекательно вкусным фастфудом.

Так что к домику Нины я подошёл бодрым шагом с пакетом под мышкой, потягивая через трубочку «Колу особую» из стаканчика с изображением анимешной девчонки в шапке-ушанке и с автоматом Калашникова наперевес. Закрыв за собой дверь, я устроился тут же, в нижнем зале, на мягком кресле, установленном возле журнального столика, с твёрдым намерением отзавтракать чем бог послал, невзирая на несомненный вред здоровью, который непременно несли в себе все производимые на планете Земля гамбургеры.

Впрочем, перед тем как приняться за тотальное уничтожение этих плодов американской Либерократии, созданных руками отечественной элитарной молодёжи из наших же глубоко тоталитарных продуктов, я всё же сходил посмотреть, как поживает наш труп. Не то что я был уверен, что подобное зрелище способствует пищеварению или надеялся на то, что он оклемался, встал и ушёл, но всё же проверить – всё ли в порядке, было необходимо.

Состояние пациента не изменилось ни на йоту, а потому я, вновь спустившись вниз, достал телефон и, набрав номер Грема, сообщил ему, что пропущу сегодняшние занятия. Мог бы не беспокоиться, он уже был в курсе, да и уроки у нашей группы давно уже начались, так что препод только задал вопрос на тему глубины фекальных масс, в которые я на этот раз вляпался. Получив в ответ нечто невнятное, пожелал мне не утонуть. Только после этого, приятного во всех отношениях разговора я смог наконец утолить уже давно проснувшийся голод.

Расправившись с гамбургерами, оказавшимися на удивление невкусными, и дав себе зарок, что ноги моей больше не будет в той рыгаловке, где они были приобретены, я принялся выполнять приказ своего нового начальника – то бишь стал предаваться ничегонеделанью, терпеливо дожидаясь звонка. Чтобы отвлечь себя хоть ненадолго от вновь нахлынувших тягостных мыслей на тему Андре, я залез на портал аудиокниг и включил первую из попавшихся «новинок».

Книга оказалась об очередном попаданце «от нас туда», или, скорее, получении ребёнком разных знаний нашего мира. Причём таких, которые позволили ему за довольно короткий период изобрести осколочную мину направленного действия, крупнокалиберную снайперскую винтовку и даже пистолет с электроспуском, работающих на энергии самого героя.

Да, магия там тоже была, как и разные расы, типа гномов, эльфов и зверолюдов, а ещё нежить, оккупировавшая заснеженные просторы Арктики. Естественно, что от неё приходилось защищаться, вот в одной из пограничных крепостей и вырос главный герой, воспитанный как сын полка отрядом наёмников.

Книга как раз и начиналась с того, что герой сдавал экзамены на вступление в отряд, охотясь на нежить в тундре. Разумеется, у него всё получилось, и повествование как раз добралось до вручения награды – особого камня, позволяющего овладеть сильной магией, как на телефоне раздался звонок.