Алексей Широков – Пионер — ты в ответе за все! (страница 33)

— Э, что за дела! — к нам из толпы вывалилось ещё несколько панков. — Вы, чо, блин, шантрапа, попутали что-то?!

— Ты бы не вылупался, дядя, — Данила продемонстрировал свой кулак, размером с половину головы. — Ваш кореш сам нарвался, к нашей девчонке приставал.

— И что, за это надо было его так отоварить, что он вырубился? — панки вроде немного осадили, но всё равно от претензий не отказались. — Что за дела?!

— Мы его пальцем не трогали, — подал голос Зоиди, на всякий случай, спрятавший за спиной Дашу, — Соня сама справилась. На раз его рубанула головой.

— А, так вы энергеты, — совсем куксились кореша ухажёра, наконец рассмотревшие значки на нашей одежде. — Могли бы сразу сказать.

— А что, к обычным девчонкам значит, можно приставать?! — тут же набычилась Сикорская, сжимая кулаки. — Вот вы урод!

— Да не пристаём мы ни к кому!!! — было забавно видеть, как четверо мужиков лет двадцати пяти пятятся от злющей шестнадцатилетней пигалицы. — Мы чисто познакомиться, а насильно никого не тянем!

— Вы на себя смотрели?!! — Софья разошлась не на шутку. — Как, по-вашему, девушке будет приятно, если к ней подвалит такой вот… урод! Обросший, грязный, вонючий! Да от вас блевать тянет!

— Эй!!! — обиделись мужики. — Мы панки! И девкам нравится!

— Я про нормальных, а не про ваших шолошовок! — Сикорскую уже было не остановить. — Про приличных, которые не бухают дешёвый шмурдяк по подъездам и не курят!

— Э, слышь коза! — тут же из толпы выделилась девица, в футболке «AC/DC», дредами на голове, рваных джинсах и тяжёлых говнодвавах на ногах. — Ты кого шолошовкой назвала, малолетка?! Тебе что, космы твои крашенные повырывать?!

— Это мой естественный цвет, поняла овца! — взвизгнула София. — Мне не нужно надевать гнездо на голову чтобы выделиться!

— Что ты сказала?! — рокерша тут же кинулась в драку, — А ну иди сюда!

— Слышь, пацаны, вы бы убрали свою бешеную! — парень обхватил её сзади, не давая добраться до Софии. — А то Анька ей волосы то повыдерет. Я её долго сдерживать не смогу.

— Смотри, чтобы твоей Аньке самой не досталось! — тут же вступилась за подругу Капустина. — Это она бешеная, ей прививки надо ставить! Сорок уколов в живот!

— Так, пойдёмте проветримся, — я понял, что надо что-то делать, а то свара грозила перерасти в драку. — Давайте, девочки, ать-два на свежий воздух! Подышим и успокоимся.

Хорошо ещё, что пацаны, хоть и поглядывали на всех волками, но смогли сдержаться и помогли вывести наших боевитых дам на улицу, а то всё могло плохо закончится. Топе рокеров и панков было плевать на запреты и на концерте бухло лилось широкой рекой и дым стоял такой, хоть топор вешай. Причём судя по запаху жжёных тряпок, курили не только табак. Может это так повлияло на обычно спокойных девочек, а может общая атмосфера, но Софья меня сегодня сильно удивила. Можно сказать просто поразила в самое сердце. Не ожидал я от неё такого, и ведь мы даже не пили.

— Ну вы блин даёте! — всё что я смог, это прокомментировать ситуацию цитатой из фильма, который тут так и не сняли, — вот от кого, кого, но от вас, София Батьковна я этого не ожидал. Откуда такая агрессия? Девочки, вы же леди, и тут на тебе, одна с головы панку нос ломает, другая на рокеров кидается.

— Ой, иди в баню, Чобот, — Сикорская вроде успокоилась на свежем воздухе, но всё же ответила грубо, я бы даже сказал, дерзко. — Не тебе нам нотации читать. Ты сам то давно хулиганом быть перестал? Да и перестал ли вообще? Думаешь, мы не знаем, что вы собрались завтра или когда там? Так что не строй из себя тут оскорблённую невинность!

— И в мыслях не было, — открестился я. — Но мне можно, я ж всё-таки хулиган и всё такое, а ты то у нас прям по Гайдаю, спортсменка, комсомолка и просто красавица. Тебе положено быть идеальной.

— Положено, — грустно хмыкнула София. — Знаешь, как говорят? На что положено, на то говна наложено! Как же меня задолбало, что всем от меня что-то надо!!! Веди себя правильно, учись на отлично, не связывайся с плохими компаниями, домой приходи не позднее восьми вечера, а лучше вообще никуда не ходи. Со взрослыми не спорь, голос не повышай, локти на стол не ставь, громко не дыши, достало!!! Я может, тоже хочу, как вот эти, нажраться вина и прыгать под музыку, чтобы как в последний раз!!!

— Да тут у нас подростковый бунт, — я понимающе покачал головой. — Не крысься, я ведь прав. И ты права. Во всём. Невозможно постоянно загонять себя в определённый рамки, это как сжимать пружину, рано или поздно она распрямиться и дай бог чтобы кого-нибудь не зашибла при этом. Поэтому разрядка обязательно нужна, пока не рвануло. Другой вопрос, как именно её получать. Вот сходить потанцевать, попрыгать поорать — это правильный подход. А вот алкоголь и наркотики — зло. С ними слишком просто перешагнуть черту, где расслабление и выпуск пара переходит в саморазрушение. Слышали о принцессе Монако? Вот уж у кого было всё, а она бухала по-чёрному, ширялась, спала со всеми подряд, а потом вышла замуж за собственного охранника. Так вот как по мне, это уже не подростковый бунт, а откровенное блядство и деградация.

— Ой, Чобот, да завались ты, — отмахнулась от меня Сикорская. — Ты как энергетом стал, такой весь правильный оказался, что меня прям тошнит. Сам же меня в снобизме обвинял, а на себя посмотри! Говоришь как Выгорский или мой отец. Всё у тебя по полочкам, всё ты знаешь, словно тебе не шестнадцать, а шестьдесят. Даже когда тебя из комсомола исключить хотели ты что сделал? Сам швырнул членский билет на стол! Но не потому, что считал себя недостойным, а чтобы на тебя этим давить не могли, мне Ерёмин всё рассказал. Он правда не знал, зачем ты это сделал, а я прекрасно всё понимаю. Потому что ты просчитал всё. Ты же теперь всегда всё просчитываешь, да? Друзей, знакомых…

— Ну, нет, тут ты не права, — вдруг в разговор влез Шило. — В Семёне есть, конечно, что-то от Выгорского, но в остальном он не такой. Вот Галкин тот да, без своего интереса даже не почешется. И дружил только с нужными людьми, уж я-то знаю. А Чобот, он проще. Уж поверь. Батя говорит, что он дела ведёт, будто ему плевать на доходы. И уж точно если с кем-то дружит, то это не из-за денег.

— Что я правда такой нудный? — я с удивлением и смущением почесал в затылке. — Не ожидал. Это всё сатори. Находясь в нём, я как бы прошиваю часть жизни, что влияет на отношение. Но я не такой расчётливый как ты думаешь. Мне это просто не надо. Идти по головам, стараться забраться повыше… а зачем? Уж поверь, там, наверху, нет ничего хорошего. Впрочем, я никого не агитирую, решайте сами.

— Вот опять, — Соня обвинительно ткнула в меня пальцем. — Опять ты включил этот менторский тон! Ненавижу!

— Ребят, вы чего?! — встала, между нами, Капустина. — Так клёво отдыхали, а вы снова начали цапаться. Ну хватит уже.

— Реально, хорош, — поддержали её остальные. — Хорошо же общались, чего вы начали.

— Всё, всё, заканчиваем, — я поднял руки, а затем достал телефон, глянуть на часы. — Реально заканчиваем. Время уже дофига, возвращаться в зал смысла нет, да и бухие там уже все в дымину. Предлагаю по домам. Погудели, оторвались, выплеснули энергию протеста, пора и честь знать. А то, если честно, я чего-то устал. Мы ж сегодня годовую по матеше писали.

— Ты-то чего устал, — не удержалась от шпильки Сикорская. — Первым работу сдал, ещё и часа не прошло.

— Час точно прошёл, я специально засекал, — я пожал плечами. — Мне математика легко даётся, я ж кодер. Так что особо не парился.

— Мне бы так, — завистливо протянул Эмин. — Я вообще её не понимаю! Каждый раз мучаюсь, а толку ноль! Экзамены послезавтра, как сдавать ума не приложу.

— Если всё совсем плохо, давай завтра позанимаемся, попробую объяснить, что непонятно. — Бросать друзей в трудную минуту это было не по пацански, так что я ни секунды не сомневался. — Пятёрку не обещаю, времени маловато, но думаю, на четвёрку можно попробовать тебя натянуть. Какие задания будут я уже знаю, так что можно прямо по ним и поработать.

— Слушай, буду очень благодарен! — тут же загорелся Керимов. — Никак мне эта тригонометрия не даётся!

— Ну тогда замётано, завтра с утра созвонимся, определим место, где встретимся, — мне было не сложно, тем более следующим экзаменом была информатика, в которой я вообще не сомневался. — Кто-нибудь хочет присоединиться?

— Мы! — Данил переглянулся с Ван Маном и ответили буквально хором. — Так-то разбираемся, но лишним не будет.

— А мы уже сдали, так что пас, — решила за остальных Даша. — Давайте пройдёмся немного. Не хочется прямо сейчас домой ехать.

— Да почему нет, — остальные тоже сразу согласились. — На улице тепло, послезавтра уже лето. Давайте погуляем.

Погода на самом деле стояла фантастическая. Почти летняя жара сменилась лёгкой ночной прохладой, но не зябкой, а нежной, словно парное молоко, что девушки не мёрзли даже в самых тонких платьях. Собственно потому, несмотря на середину рабочей недели молодёжь не собиралась отсиживаться дома. То тут, то там можно было наблюдать стайки красавиц, живописно раздетых, но при этом старающихся оставаться в рамках приличий или гуляющие парочки. Те особо не стеснялись и все укромные уголки были заняты целующимися влюблёнными. Наши тоже не отставали и несколько раз Даша с Александром терялись в темноте, а нам приходилось их ждать. Но никто не обижался и так понятно, что этим двоим не так часто удаётся побыть вместе. Контроль со стороны родителей никто не отменял. Это я раздолбай, а тут кроме чувств ещё и международная политика замешана.