Алексей Широков – Осколки клана. Том 1 (страница 8)

Впереди всех естественно и поближе ко мне, устроилась парочка бывших морозовцев. Иван Зарипов с невестой хоть и собирались пойти под мою руку, но не всё оказалось так просто. Пока пришлось, как только смог, просто объявить о своём покровительстве и написать прошение лично Бояру о переводе в нашу Академию, что вызвало небольшой скандал и общественный резонанс, щелчком пришедшийся по носу ректора Морозовской Академии. Наш же «Добрый Дедушка» посещал меня довольный, словно Уроборос, откусивший наконец собственный хвост, а будущие вассалы, переведённые, таки к нам, старались держаться поближе ко мне и всячески демонстрировали даже не свой, а мой статус.

Для начала отдали должное поварам, что действительно расстарались ради сегодняшнего дня. Многие блюда я только на картинках в каталогах у Эльдары Сильверовны и видал. А кое-чего даже там не было. В итоге выбрал себе немного знакомое кушанье со странным названием «фуа-гра», вроде как сделанное из неизвестной мне птицы по имени «Гусь».

Зачем его так назвали — да кто ж этих кулинаров разберёт! Коли оно «Фу» — так и реакция у едоков наверное должна была быть соответствующая. И, тем не менее, в Сокольниках аристократы вполне себе его наворачивали, а у меня в то время была специально выстроенная диета, требовалось нарастить мышцы так что, за исключением особых случаев вроде завтраков с Князем и банкетов с балами, мне подносили то, что указывала в списках Ольга Васильевна.

Вот пусть оно и «Фу», но если сейчас можно, то я решил попробовать. Хотя клановые, на «Зимних Игрищах» и улиток, похожих на тех, что в канализации водятся, ели, и разных там слизняков из раковин выколупывали. В общем, если бы не наука от Эльдары Сильвероны, я на такие «блюда», даже на «Дне» с голодухи в жизнь бы не позарился.

А вот эта штука, не скажу, чтобы мне прям не понравилось. Необычно… Странно… Немножко вяжуще рот. Будь другой день, наверное я бы этой «фу» и «Гре», предпочёл бы что-то другое. Например, прожаренный кусок мяса с кровью. Желательно размером с тарелку и толщиной в два пальца. Можно даже без гарнира, но с хорошим острым соусом… Если не обращать внимание на размер — то такой, как Ольга Васильевна готовила!

И уж тем более не нужны мне все эти сопли типа мусс и прочая лабуда, которую в «Берёзке» заказывали некоторые клановые. Я человек простой… был. Сейчас же приходилось заставлять себя соответствовать новому статусу и не кривиться, глядя как очередная девица с трудом глотает нечто даже на вид противное, но при этом элитное и модное, и гордо так глядит на соперниц. Если надо, то и я, как истинный чародей буду в подобном случае изображать улыбку! Дескать: «Ваш сельдереевый смузи был великолепен!»

К десертам же там, в Сокольниках у меня претензий не было! И пирожные и тортики и прочие разные конфеты у высшего света всегда были выше всяческих похвал. Точнее они были далеко не для всех и разносились адресно. Остальным приходилось довольствоваться гораздо более простыми вещами, но тоже очень и очень вкусными. Здесь нас тоже не особо баловали сладким, будущие чародейки хранили фигуру, а будущие чародеи — суровость. Так что первые смели вкусняшки быстрее, чем вторые выговорили их название. Ну и раз голод физический был утолён, пришло время разговоров.

Первым делом подняли бокалы за наше становление «настоящими» чародеями. Пусть с чаем и какавой, но тут дело в символе, как собственное и наши сегодняшние миссии. Народ начал поздравлять друг друга, с восторгом делясь подробностями. Оказалось, не мы одни сегодня ловили живность. Правда, у остальных, в основном были заказы на истребление паразитов. Тех же лилипов, при чём одна из групп столкнулась с целым гнездом, верховодил которым уродец почти по колено взрослому человеку. Да и разных грызунов с насекомыми было изничтожено немало и при том, казалось бы — такая мелочь, если бы не гиганты среди сородичей, о которых то и дело упоминали ребята.

Оказывается это весьма востребованная услуга, да и я ни на секунду не сомневался в правдивости рассказов, потому как часто в Нахаловке видал тех же крыс размером с собаку. А таракан с ту самую таинственную кошку, однажды и вовсе пробрался в наш приют.

Мы тоже рассказали о своей погоне за «Высоким и усатым», говорила в основном Нинка, обходя острые углы, а она это умела куда как лучше меня, и я прямо заслушался про наши приключения, лишь мельком обратив внимание, на то, как к моей руке легонько прижалась своим плечиком смертоносица. Сейчас то, как я метался по всему району сверху донизу, в поисках одержимого, выглядело весьма смешно. Так что я веселился вместе со всеми. Кольнуло, правда тем, что надо бы проверить, не привезли ли уже Алёнку, когда красноволосая рассказывала про мои приключения, но общая атмосфера и ощущение праздника оказались сильней.

А самое забавное было то, что изловившая в итоге кота Нинка, на самом деле просто зависла у магазинчика с восточными сладостями, до которых оказалась весьма охоча. А зверюгу, заметила совершенно случайно. И тот сразу сам подошёл к ней, когда её озарило и она позвала его по имени «Бонифаций». Хотя, может быть дело в съеденном недавно пирожном с вкусненькой пряностью, называемой в прайсе «Кошачья мята».

Короче народ нахохотался от души. А затем принялся пытать меня, где я был и чего делал последние три месяца. Дело в том, что до испытания уехали клановые, а после и прошедшие испытание бесклановые школьники покинули территорию Тимирязевки. Поступление уже было делом решенным, поэтому те, у кого имелась семья — отправились к родным. Тех же, кто являлся сиротой, как я — таковых вывезли на отдых в один из защищённых пансионатов в Зелёной Зоне. Речка, безопасная природа, организованный досуг для будущих студентов и куча профессиональных чародеев, круглосуточно бдящих и охраняющих натерпевшихся страхов детей. Короче — лепота!

Я же всё это время провалялся в госпитале. Ритуал Садовников не прошёл для меня бесследно. Кроме слившихся ядер, образовавших новую огненную бета-стихию, получившую в каталоге название: «Жидкое, холодное Зелёное пламя» и приписанную к ареалу возможностей наследия клана Бажовых, для меня всё просто так не закончилось. В прорванной на груди плоти, там где из меня пытался вырваться росток, который я вдавливал в себя, осталась вплавленная в кожу блямба диаметром сантиметров десять, чего-то похожего на застывший хрусталь с отпечатком моей ладони. Именно такими же, но куда как более живыми выглядели в том жутком саду, казались деревья, растущие из мёртвых детей.

Исследования показали, что это моя частично материализованная, застывшая душа. Помню, как вечером, в мою палату, явился чаровник, которого я видел пару раз ранее, и парализовав меня, попробовал взять соскоб с этой субстанции. Как же я тогда орал! Наверно, когда из меня пытались вырвать ядро, не было так больно! Даже охватившее меня зелёное пламя вмиг сбросило оцепенение, а отскочивший медик бросился прочь из палаты.

Хотя ради справедливости надо сказать, что это была единственная попытка сотворить нечто подобное, да и Ольга Васильевна узнав об этом инциденте, была в ярости. Кстати, этого типа я больше никогда не видел. Остальные же относились ко мне так, словно бы я был хрупкой статуэткой, и стремились всячески мне угодить.

В итоге была проведена операция, в результате которой выход материализованной души на поверхность тела обрамили каким-то особым металлом и накрыли крышкой из искусственного горного хрусталя, которой, как обещали изготовившие его Шнуровски, практически невозможно разбить. С этим решением опекунши я не спорил. Скорее даже наоборот! Честно говоря, меня до колик пугала возможность кого либо ещё раз повредить мою душу.

И да… В эти дни единственным моим гостем из сверстников была юная Княжна. Наш танец на балу в честь Древа был сорван и она на него даже не явилась. Не знаю почему, но после инцидента с чаровником и перед тем как выход души прикрыли бронёй, я почему-то поддался на её просьбу и разрешил ей потрогать это уродство, хотя других, даже Ольгу Васильевну — не подпускал. Сам я ничего не почувствовал, как и ранее при обычных касаниях, а она, ушла в странном состоянии задумчивости, прижимая себе к груди руку которой только что трогала эту хрустальную штуковину.

Вот только всего этого я рассказать ребятам не мог. И не хотел! Как и того, что какой скандал разразился после испытания между Ольгой Васильевной и Князем, что, по словам моей опекунши едва не привело к серьёзному кризису в политике. Хорошо, что с подачи «Листвы» — ещё одной спецслужбы, сменившей «Семицветие», пришла информация, вскрывшая некие обстоятельства, приведшие брата моей опекунши в ярость.

Он поначалу отказался признавать результаты, мотивируя это тем, что я не прошёл испытание. И не важно, что меня вынесли, а не я сам вышел, как и положено, ведь ритуал проводился за территорией отведённой для экзамена. Главное, что я хоть достал, но утерял, того самого слоника! О чём ему и сообщили.

Однако «Листва», привела доказательства, что его из кармана у меня вытащил чаровник, первый осматривавший меня по прибытии группы быстрого реагирования на место инцидента. Сделать нечто подобное так, чтобы этого не заметили окружающие, особенно те, кто не хочет заметить — для любого обученного одарённого легче лёгкого! Вот только нечто подобное конкурирующая спецслужба и ожидала. Ведь оказалось, что Шипы были в курсе всего, что происходило в Лесу, но и пальцем не пошевелили, чтобы помочь. Ни мне, ни другим полноправным гражданам полиса.