Алексей Широков – Энергеты всех стран соединяйтесь! (страница 29)

– Маша, а ты знаешь, как переводится слово «коммунизм»? – сбил я с толку девушку неожиданным вопросом. – А «социализм»? И в чем их различие? Как раз в том, что при коммунизме все обязаны служить обществу, а социализм подразумевает совместное существование. Чуешь? Совместное. То есть не когда я один рву жопу, чтобы сделать всех счастливым, но и что-то за это получаю. Не обязательно деньги, тогда бы я и был барыгой, как ты меня назвала. Или правильнее, капиталистом, который продавал бы свое время, влияние, результаты творчества и так далее. Да, это тоже можно продавать, я тебя удивлю. Но заметь, я про деньги даже не заикался. Но и просто так пользовать себя не дам. Зачем мне это? Кто-то получит премию, кого-то повысят. А мне что, дадут грамоту и пожмут руку? Спасибо большое, оставьте себе.

– Маша, ты неправа, – нахмурился Еремин. – Чоб… Семен действительно ничего такого не просил. И он прав в том, что будет неправильно, если благодаря ему все заработают какие-то дополнительные баллы, а он сам ничего не получит.

– Значит, ты за него, так?! – взвилась Полякова. – Так значит, да?!

– Марусь, осади, – перебил я Романа, не давая разгореться ссоре. – Он исключительно за тебя. А ставя Ромку перед выбором, ты делаешь хуже себе самой. Потому что заставляешь выбирать между чувствами и убеждениями. И даже если он выберет тебя, как думаешь, надолго вы останетесь вместе?

– Да что ты в этом понимаешь?! – вспыхнула девчонка, но села на место и отвернулась. – Делайте что хотите.

– Итак, вернемся к нашим баранам, – я повернулся к ошалело смотревшему на нас Роману. – Таки шо ви имеете мне предложить?

– Помощь с исправлением оценок, – принялся выкладывать аргументы комсорг. – Возьмем тебя на поруки, подтянем, договоримся с учителями о переаттестации. Все четверки не обещаю, но двоек не будет точно.

– У меня их и так не будет, – отмахнулся я. – Пока слабовато. Давай еще.

– Продвинем ваше с Леной творчество по комсомольской линии, – выдал гораздо более интересную мысль Роман. – Я тут поузнавал, обычно до выпуска диска может и год пройти. А ведь еще надо, чтобы комиссия утвердила. А через комсомольскую организацию можно реально сократить срок до месяца-другого.

– Это уже ближе к реальности, – кивнул я своим мыслям. – И не делай такое лицо, я против Зосимовой ничего не имею. Лена действительно талант, я уверен, у нее отличные песни получатся. Но, опять же, ты сам говоришь, что диск можно выпустить и без вас, хоть и дольше будет.

– Ладно, тогда давай так, – выложил на стол последний козырь Еремин. – Я говорил уже с Василисой Алексеевной, и в целом она готова помочь. Если за тобой не будет косяков – поможем тебе перейти в десятый класс. Я знаю, что ты собрался в техникум, но сам подумай. У тебя начали выправляться оценки. За оставшееся время добиться хорошего аттестата нереально. А вот за два года ты сможешь если не выйти на медаль, то получить весьма высокий средний балл. С которым сможешь поступить в любой вуз по своему выбору.

– Сам придумал? – Я крепко задумался.

С одной стороны, я уже настроился уходить. С другой – Ромка предлагал действительно неплохой вариант. Профессия у меня уже есть, пусть об этом никто и не знает. Идти в технарь, чисто чтобы там отсидеть три года, – ну такое себе. Раньше-то у меня и выбора не было, а сейчас вновь открывшиеся перспективы заставили серьезно пересмотреть свои планы. И в принципе, эта идея мне нравилась гораздо больше. Все так, кто бы что ни говорил, не стоит недооценивать силу документов. Особенно в Союзе, где без бумажки ты какашка, а с бумажкой – человек. А я хотел быть человеком.

– Договорились! – я протянул Еремину ладонь, и тот с довольной мордой хлопнул по ней своей. – Но учти, если меня за прогрессивные идеи отправят на Колыму, я туда один не поеду! Так и скажу, что это ты меня в комсомол привел и рассказал военную тайну, что Карл Маркс и Фридрих Энгельс не муж и жена, а четыре разных человека!

Глава 15

– Значит, тебе нужен шаговый двигатель. – Учитель физики, Александр Сергеевич Попов, заодно заведовавший кружками робототехники и кибернетики, задумчиво смерил меня взглядом. – А зачем? Ты, Семен, конечно, последнее время сильно изменился, но все же не хотелось бы вляпаться во что-то незаконное.

– Я предлагаю вам вляпаться в будущее, с большой буквы. – Обижаться я даже не подумал, сам виноват. – И мне нужен не только шаговый двигатель… два двигателя, но еще линейный. А также экструдер, это такая штука…

– Я знаю, что это такое, – оборвал меня учитель. – Разогревает гранулы пластика, выплавляя его в заданную форму. Ты по сути так и не ответил.

– Вот представьте устройство, которое само сможет создавать трехмерные фигуры из пластика. – Я достал листы, на которых примерно накидал схему 3D-принтера и экструдера для создания пластиковой нити. – Причем сырьем могут служить пустые бутылки из-под воды, лимонада, да чего угодно. И с его помощью можно делать детали для роботов, запчасти, игрушки, короче, все что душа пожелает.

– И ты знаешь, как его сделать? – скептически хмыкнул Александр Сергеевич, но бумаги взял. – Так, так… а это что?

– Где? – я всмотрелся в чертеж. – Направляющие. По ним будет двигаться платформа, а вот тут фиксатор. Для точного позиционирования.

– Хм… нет, ну конструкция простейшая, – наконец отложил схему в сторону физик. – И ты уверен, что оно будет работать?

– Программное обеспечение я беру на себя, – совершенно спокойно выдержал я его взгляд. – И для самого принтера, и для редактора. Там нет ничего сложного. Да и с самим устройством мы с Михаилом сами бы справились, но, к сожалению, экструдер просто так не сделаешь, а их нужно два. Так что выхода у нас не было.

– А ты, Миша, что скажешь? – Попов обратился к Хомяку, мнущемуся рядом. – Идея у вас, конечно, интересная, но стоит ли на нее время тратить? Не получится так, что Семен завтра перегорит и вернется к старым привычкам?

– Нет-нет, – замотал головой Миха. – Он это… он обещал!

– Вы лучше меня самого спросите, – усмехнулся я. – Так вот, я не собираюсь перегорать. У меня огромные планы, и этот трехмерный принтер лишь первый шаг, так сказать, инструмент для создания по-настоящему прорывных вещей будущего. Так что решайте сами. Если не хотите рисковать, не беда. Пойду в Дом пионеров, там тоже кружки робототехники есть. Или на радиорынок сгоняю, глядишь, договорюсь с кем-нибудь, кто согласится экструдеры сделать. Устройство я уже продумал. У меня просто времени на все не хватает. Вон сейчас надо уже на тренировку бежать. А еще сетевой проект висит, тоже надо заняться. Я бы дома кодил, но компьютера нет. И хоть разорвись. Так что решайте сами.

– Если бы кто мне месяц назад такое сказал, я бы не поверил, – вздохнул Александр Сергеевич и, сняв очки, принялся их протирать. – Ладно, я вам помогу. Но под твою, Михаил, ответственность. Извини, Семен, но пока я полностью доверять тебе не могу. Дальше посмотрим. И с экструдером я вам помогу. Только объясни, что именно нужно. А то я в целом представляю, что ты хочешь сделать, но вот детали пока ускользают.

– Все просто. – Я взял один из чертежей. – Для начала нам нужно получить тонкую пластиковую нить. Для этого рубим бутылки в мелкие хлопья и загружаем в экструдер, который их расплавит и выдаст ее нам. А уже затем…

Следующий час мы потратили на обсуждение проекта. Точнее, я рассказывал, как все должно быть, Попов спрашивал, а Миха смотрел на нас круглыми глазами. Когда я ему рассказал про принтер, способный создавать трехмерные предметы, он мне не поверил. Да, собственно, это и логично, потому что, с одной стороны, схема устройства довольно проста, а с другой – ты возьми и придумай ее сам, с нуля. Уверен, что Александр Сергеевич сейчас думает: мол, это же элементарно, почему я сам до такого не додумался?! Я вот тоже не додумался, но в прошлой жизни немного занимался 3D-моделированием и печатью в качестве хобби. А что, в машинах я особо не разбирался, ковыряться с железяками – это не мое. Чинить отгонял на СТО или в сервисный центр. А тут сидишь себе, работаешь в редакторе, а потом раз, и получил реальную модель.

Того, что Попов украдет идею и выдаст за свою, я не боялся. По двум причинам. Во-первых, сам по себе учитель физики был человеком глубоко порядочным, воспитанным социалистическими ценностями и моральным кодексом строителя коммунизма. Нет, в СССР уродов хватало даже в партии, достаточно вспомнить того же Галкина, а он занимал не последнее место в обкоме.

Но именно наш физик верил в призвание учителя, светлое будущее и ответственность перед обществом. На мой взгляд, доля здорового цинизма ему бы не помешала, у нас именно такие больше всех пострадали после распада Союза, но здесь и сейчас он жил вполне неплохо. Так что я рассчитывал со своей стороны указать его как соавтора изобретения. А что, все равно идею я украл, так что никаких моральных терзаний или жадности не испытывал. Тем более что 3D-принтер на самом деле был лишь промежуточным звеном.

Моей задачей было создать базу для производства коптеров. Дроны – вот где золотая жила, особенно если удастся убедить в их полезности военных. Здесь я собирался внаглую использовать Тихомирова, ибо должен же я получать какой-то профит от своей связи с конторой глубокого бурения. К тому же это действительно будет на пользу всем, ибо дроны и беспилотники – это действительно будущее военного дела.