Алексей Широков – Богоборцы (страница 54)
Грохнуло знатно. И Уничтожителя, и Спайди буквально разметало на части. Пара мелких осколков впилось мне в лицо, но я этого почти не заметил. Поднявшись, я шёл к мелкой зелёной фигурке, скорчившейся на снегу. Обычный гремлин, разве что чуть больше тех, которых мы били на автобазе, скрёб землю когтями, силясь подняться, но после изгнания сделать это было непросто. Печати били по духам гораздо сильнее, и я даже не представлял, как ему херово. Но очень мечтал добавить.
— Ну что, падла, добегался? — в плохих фильмах злодеи всегда сначала говорят с главным героем, давая ему возможность повернуть дело в свою пользу, но я этим не страдал.
— Давай договоримся, человек, — тварь действительно могла говорить, хотя я бы скорее назвал это писком. — Я могу…
Чего там он может, так и осталось тайной, потому что в этот момент боёк молота вонзился в черепушку гремлина, буквально расплескав его мозги по окрестностям. Для верности я вмазал ещё пару раз и, плюнув, направился к многострадальному Буцефалу, размышляя, что мне теперь делать. Злость прошла и навалилась усталость, хотелось выпить, но, как назло, вокруг не было ни капли спиртного.
Эпилог
Я сидел на колесе Буцефала, глядя, как вокруг суетятся люди. Меня не трогали ни военные, ни бюро, хотя их агентов я сразу узнал. Не скажу, что я был против. Чудесное спасение неплохо долбануло мне по нервам, и сейчас я просто хотел побыть в тишине. Но…
— А ты мужик! — могучий хлопок по плечу едва не отправил меня мордой в снег, но, к счастью, кто-то поймал меня на лету. — Куда?! Упс, извини. Будешь?
— И почему я не удивлён, — я взял из рук Скуратова фляжку и приложился, сделав пару мощных глотков. — А где Юлия?
— Сейчас приедет, — усмехнулся Владимир Алексеевич, усаживаясь прямо на воздух, — я просто был недалеко, вот первым и примчался.
— Прилетел? — я кивнул на воздушные завихрения, поддерживающие эспера.
— Ага, — улыбнулся во все тридцать два тот. — А ты молодец!
— Вы это уже говорили, — я поморщился, — только херня всё это. Если бы сразу нормально работал, ничего этого не было бы.
— В смысле? — удивился Скуратов, отхлёбывая коньяка и передавая мне фляжку обратно.
— Мы пару месяцев назад автобазу чистили от этих тварей. — Я тоже глотнул. — Походу, недоглядели, вот один остался. Договорился с сыном хозяина и вот… чего теперь будет-то? Блин, за машину ещё должен.
— А вон ты про что, — рассмеялся воздушник. — Забей! Вы тут не при делах. Инспектор принял работу? Всё с вас взятки гладки. Но тут даже другое. Знаешь, кого вы завалили?
— Гремлина, — я удивлённо поднял бровь. — Правда, он говорить умел…
— В том и дело! — наставительно поднял палец Владими Алексеевич. — Это, брат, не просто гремлин, это патриарх! Знаешь, кто такие?
— Дух уровня хозяина места, но не привязанный к определённой территории, — поражённо процитировал я справочник. — Чаще всего образует гнездо подчинённых тварей, за что и получил название.
— Вот именно! Но главное, обычными средствами они почти не определяются, — усмехнулся Скуратов и опять хлебнул коньяка. — Так что, если кто и прокосячился, так это инспектор. Он был обязан устроить глубокую проверку, раз ситуация нестандартная. А ты, можно сказать, герой! Так что за тачку не переживай. Её же Булат делал? Восстановит — станет лучше, чем была! Ладно, я пойду, а то вон твои девки уже бегут!
— Ага, — я остался сидеть с фляжкой коньяка в руках, глядя, как по полю мчатся две тонкие фигурки. И почувствовал, как рот непроизвольно растягивается в улыбке. Что ни говори, а живым быть хорошо!