Алексей Широков – Богоборцы. Книга 4 (страница 11)

– Ну, и мы тоже поехали, – я достал смартфон, открывая сообщение с адресом, перекинутое Таней. – Думаю, до вечера управимся.

– Степанцов Геннадий Сергеевич? – я постучался в дверь и заглянул в кабинет. – Можно?

– Проходите, – довольно молодой следователь, лет тридцати от силы, оторвался от бумаг. – Вам назначено? А то что-то не припомню.

– Нет, мы по личной инициативе, – я пропустил девушек и вошёл сам. – День добрый. Бюро. Виктор Орехов, Татьяна Тарасова и Катерина Милорадович. Мы по поводу произошедшего на Заельцовском кладбище. Вам же дело отдали.

– А да, есть такое, – даже не потрудился подняться тот. – Только, как я понимаю, у нас его забирают. И, видимо, это вы будете его вести. Но тогда какие вопросы ко мне?

– Насколько мне известно, у вас забирают дело о поднятых зомби, – я бесцеремонно плюхнулся на стул, жестом показав девчонкам тоже садиться. – А вот убийство, да ещё с отягчающими, никуда не делось. И мы можем бычить друг на друга или попробовать работать вместе.

– Чтобы вы потом все лавры себе загребли, – с насмешкой уставился на меня следак. – Нет уж. Это ваша поляна, сами и пашите.

– Честно? – я улыбнулся в ответ. – Мне глубоко плевать, кто именно получит премию или там палку в отчётность. Мы хотим найти урода, убившего человека и устроившего восстание мертвецов. Да и начальство ваше вряд ли согласится просто так отдать дело. Это вам геморрой, а им – возможность отличиться.

– Умный, да? – скривился Геннадий Сергеевич, видимо, я попал в самую точку. – И чего вы хотите?

– Для начала обменяться информацией. – я пожал плечами. – И держать друг друга в курсе расследования. Это позволит работать с большей эффективностью. К тому же мы будем копать с разных сторон, а это позволит поймать преступника с гораздо большей вероятностью, чем если мы будем взаимодействовать через официальные каналы.

– То есть хотите помочь, – задумался следователь. – Что ж, я не против. Если, конечно, вы будете делать, что говорят, и не путаться под ногами.

– Ты не понял, Сергеич, – я убрал улыбку с лица. – Мы не собираемся на тебя шестерить. Мы предлагаем работать вместе. Если не хочешь – так и скажи. Дело у тебя никто не заберёт, но ответы на запросы будешь получать в положенные сроки. Сколько там, две недели? Вот и будут висеть. И заметь, я не угрожаю, просто знаю, как наши бюрократы работают, если их не пинать. Да, нам тоже придётся непросто, но тут такое, нас за висяки не дрючат. Будем искать этого урода, глядишь, появится зацепка. А нет, так отдадим особой группе, пусть ищут. Смекаешь?

– Ты всегда такой наглый? – прищурился Степанцов. – Не боишься нарваться?

– Всегда, – подтвердила Таня. – Он у нас вообще без тормозов. То зверобога ножом завалит, то Золотую Бабу живьём возьмёт.

– Или Паука на тот свет отправит, – подхватила Катерина. – Отморозок, короче, полный.

– Но в целом Виктор прав, – продолжила Тарасова. – Мы можем сильно помочь друг другу. Вам очередной висяк тоже не нужен, а вот за раскрытие особо тяжкого могут и плюшек насыпать. Вплоть до следующего звания или ещё чего хорошего.

– То есть, если возьмёте преступника, отдадите мне? – следователь откинулся на стуле, сложив руки на груди. – Тогда я не против.

– Нет уж, – я скопировал его позу, – кто первый встал, того и тапки. Но даже если мы первые его найдём, укажем, что ваш отдел и ты лично оказывал содействие, и только благодаря вашему личному профессионализму сумели мы так оперативно раскрыть преступление.

– Я сейчас прям заплачу, – ехидство в голосе Степанцова можно было грузить бочками. – Какое благородство.

– Грубый, ничем не прикрытый расчёт, – влезла в разговор Катя. – Мы не сыскари, нам на твою делянку лезть смысла нет. Нам нужен этот конкретный урод, который жестоко убил человека и устроил такое, что пострадать могли тысячи. Поможешь – отблагодарим и в дальнейшем не забудем, мало ли как жизнь повернётся. Нет – пойдём другим путём. Пусть дольше, но нужную информацию мы получим. А там, глядишь, этот мудак где проколется, тут мы его за мягкое и прихватим. Сами, без тебя.

– Ну да, папа поможет, – понимающе усмехнулся следователь. – только чего вы сразу к нему не пошли? У Всеслава Владимировича спецов хватает.

– Надо будет, пойдём к нему, – пожала плечами красноволосая. – На то Дом и нужен, чтобы своим помогать. Но пока хотим своими силами попробовать справиться.

– Понятно, – наконец стал серьёзным Геннадий, – ладно, давайте поработаем. У вас какой-нибудь план есть, или так, с шашкой на бронепоезд решили кинуться?

– План есть. – Мы переглянулись. – Но для начала предлагаю просто обменяться информацией. Может, после он уже будет неактуален.

– Ну давайте, – кивнул Степанцов. – Кто первый?

– В качестве жеста доброй воли мы. – Я уселся поудобнее. – Ситуация следующая. Устроил всё это водун, адепт вуду, то бишь. Злой колдун – бокор. В тонкости углубляться не буду, главное, что подобное распространено в Африке, на Карибах, Латинской Америке и США.

– Думаете, приезжий? – тут же принялся прикидывать версии следователь. – Может, студент по обмену?

– Далеко не факт, – обломала его Катя. – По большому счёту не имеет значения, откуда человек родом. Это может быть кто угодно, кто знает ритуалы. Другой вопрос, что удалённо очень тяжело им научиться. Особенно для бокора. В отличие от хунгана, как бы более светлого колдуна, хотя так говорить и неправильно, бокоры проводят весьма жуткие обряды. Например, для повышения своей силы, ему нужно сожрать другого бокора. В прямом смысле этого слова. И не так, что убил и сварил. Нет, от живого человека отрезаются кусочки и поедаются сырыми. Это самый быстрый способ стать сильнее.

– А тот, с кладбища, насколько мощный? – сжал губы в раздумьях Геннадий.

– Весьма, – не обрадовала его Милорадович. – Он призвал Ти-Жан Петро. Это очень сильный лоа и слабого бокора он запросто бы превратил в коня. То есть занял бы его тело и делал что хотел. Но этого не случилось. Может, конечно, у Ти-Жана было хорошее настроение, но я бы на это не рассчитывала. Так что бокор очень опытный. Студенты вряд ли подойдут, хотя отбрасывать такую версию я бы не стала.

– Понятно, – сделал какие-то пометки в ежедневнике следователь. – Надо будет запросить список в минобре, кто к нам из тех мест приехал. Теперь, как понимаю, моя очередь?

– В этом весь смысл обмена, – я улыбнулся, приготовившись слушать.

– Сразу скажу, на видео можете не рассчитывать, – с ходу огорошил нас Степанцов. – Камеры на самом кладбище просто уничтожены, вместе с рекордером. А на трассе почему-то отключились.

– Надо будет проверить, – мы переглянулись с девчонками. – Возможно, кто-то их специально испортил.

– Флаг в руки, – усмехнулся следователь. – Но это мелочи. Наша главная зацепка – это жертва.

– А разве это не сторож? – весьма удивился я. – Я думал, это он.

– Мы тоже, но сторож потом нашёлся, – довольный произведённым эффектом, откинулся в кресле Геннадий. – Он бухал со знакомым в гаражах неподалёку. А напарник в этот день не работал, заболел. Мы уже его допросили, действительно, у него грипп, высокая температура третий день.

– Тогда кого это сожгли? – Таня тоже подобралась, словно гончая, почуявшая кровь.

– Ивашкин, Дмитрий Олегович. – Степанцов выудил из кучи документов какую-то бумагу и кинул передо мной. – Врач-педиатр. Работал последнее время в частной клинике, Центр Медицинских технологий. Пропал по дороге с работы. Когда выезжал, позвонил жене, но не доехал.

– То есть охотились специально на него? – мгновенно сделала вывод Катерина. – Кому нужен врач-педиатр?

– Вот и мне это интересно, – помрачнел следователь. – Жена говорит, врагов у него не было. В клинике тоже подтверждают, мол, человек был светлый, дети его любили. Кто затаить зло мог, не знают, но говорят, что Ивашкин был совершенно неконфликтным человеком.

– Значит, если найдём того, с кем у него всё же были тёрки, найдём и преступника, – я поднял документ и принялся читать. – Зуб даю, это и будет наш бокор. Осталось только его найти.

Глава 7

– Я обязательно должен туда идти? – галстук давил шею, и я то и дело порывался его ослабить, но в который раз получил по рукам от Юли. – Может, останемся дома, завалимся в кроватку…

– Уймись, герой-любовник, – холодно отбрила меня Обрескова, но тут же немного смягчилась. – Не обижайся. Я бы тоже с удовольствием не пошла, но нас ждут. Губернатор ещё две недели назад прислал приглашение, всё согласовано. Просто постоишь на сцене, получишь медаль и свободен. Дел на пять минут.

– Да на фига она мне нужна, – я расстроенно вздохнул. – Что я тебе, ряженый казак, таскать на груди блестящие цацки.

– Ты неправ, – Юлия подошла и принялась поправлять мне воротник, хотя, казалось бы, куда ещё. – Награда, может, регионального уровня, но вполне официальная. Уж точно не значок «Две недели в завязке». Так что не бухти. Девчонкам вон только почётные грамоты дают, но они не возмущаются. Наоборот, послушно накрасились, нарядились и готовы блистать.

– Ладно, ладно, – заворчал я, вырываясь из цепких пальчиков. – И всё равно знай, я не хочу изображать из себя клоуна ради рейтинга губернатора. Пометь где-нибудь. Блин, дел за гланды, надо этого бокора искать, а приходится работать куклой на свадебной машине.