Алексей Широков – Богоборцы 2 (страница 44)

— Не догонишь, не догонишь, — лучница тоже вела себя по детски, но я понимал, что это отходняк от пережитого стресса. Как бы девушка не крепилась, всё таки ситуация сильно на неё повлияла. И сейчас она наконец, расслабилась, от чего и дурела. У меня тоже было хорошее настроение, и я с улыбкой наблюдал за девчонками, с трудом удерживаясь чтобы не присоединиться к ним.

— Поздравляю, — буркнула Катерина, стараясь не глядеть мне в глаза.

— Благодарю. Я это… — начал я подбирать слова чтобы извиниться, но эсперша перебила меня, не дав продолжить.

— Ладно, поздно уже, я спать. — красноволосая развернулась и пошла в сторону казармы. — Завтра тяжёлый день. Девчонки заканчивайте, пока офицеры не пришли.

— Ты её сильно обидел, — заметила Мико, видя как я провожаю взглядом фигуру Кати, — Но она отходчивая. Уже простила, просто не признаёт этого.

— Да я понял, что облажался. — я поморщился. — Просто иногда ляпнешь что-нибудь неподумав, а потом самого совесть грызёт, покоя не даёт. Думал сегодня её поймаю, извинюсь, но оно вон как получилось. Завтра поговорю. Правда есть у меня подозрение, что пошлют в пешее эротическое, сама знаешь, как Кэт ко мне относится, но зато хоть свою совесть успокою.

— Дурак ты, — вздохнула Мико. — И помогать тебе я не буду. Бака хентай.

— А извращенец то почему?! — от всей души возмутился я, но японка уже убежала вслед за подругами. — Блин, женщины. Хрен вас поймёшь. И так плохо и так нехорошо. Ещё и дуэль эта. Брошу всё и уеду в деревню, домой. Дохода с заправки на жизнь хватит. На старосте вон женюсь или на Алёнке. Или на обеих сразу! А всех олигархов и владетельные Дома пусть в жопу идут. В ту самую, которая есть, а слова такого нет.

В казарме меня встретили овациями. Не все, конечно, Гончаров со свитой наоборот, косились подозрительно, словно я у них корову украл. А вот Скуратов со своими и Матвей разве что не пищали от восторга. Здоровяк так вообще так стиснул, что я подумал всё, смертушка моя пришла. Злодеи подлые не достали, так сосед по койке сейчас задавит как курёнка.

— Ну, ты конечно дал, — Стас ткнул меня кулаком в плечо. — Честно говоря не верил, что ты сможешь лучника завалить. Хотя у тебя же Дара в команде. Она натаскала?

— Ага, — я не стал скрывать правду. — Мы тренироваться начали ещё по зиме, когда у меня открылась новая грань таланта. На каникулы в деревню ездил, там много чего случилось, в том числе и с братвой схлеснулся. Один мудак мне из помповухи в грудину зарядил, ну я на автомате щит и поставил. А когда вернулся, Наставник взял за жабры и заставил до автоматизма отрабатывать новое умение, а Дару поставил в виде стимула, в прямом смысле этого слова.

— Это ты про палку для погона скота? — Заржал Скуратов. — Ага тот ещё стимул.

— Ну да, — поддержал я смех остальных. — Когда тебе в лоб прилетает даже учебная стрела это знаете-ли неприятно. И мотивирует шо писец.

— Ага, — прогудел здоровяк. — меня батя тоже лупил почём зря. Зато и мастером я стал не хуже его.

— Вы сейчас договоритесь, что в школу надо розги возвращать. — снова закатился Стас. — Но всё равно круто выступил. Вернёмся в Новосиб с тебя поляна.

— Не вопрос! — посидеть в хорошей компании я был всегда готов, как то пионер. — Тусанём как надо! Ладно, спать пора укладываться, ночь уже. Завтра опять Цветков злобствовать будет. А мне ещё нужно молот перебрать.

— В смысле? — удивился Матвей. — Переделать хочешь? Или чего?

— Не, — я вытащил из под кровати сумку и открыл, показывая содержимое. — Он же модульный. Я у командира части спросил, можно с собой оружие носить. Тот вроде и разрешил, но только уставное. Мол а то устроите тут сход ролевиков. Вот я и хочу боёк молота поменять на лопату. Лезвие у меня с собой и чехлы есть. Сейчас перекручу, повешу на ремень и вроде как сапёрная лопатка будет. А по факту почти топор. Ей завалить кого — нефиг делать. Так что будет и практично и по уставу.

— Неплохо придумано, — задумчиво почесал в затылке Матвей. — Я правда, по другому бы сделал. Нет, так то всё правильно. Крепление надёжное, да и менять боёк часто не требуется, но всё же я бы поставил…

— Слушай, я в этом не разбираюсь, — вовремя тормознул я ушедшего в мысли соседа. — Так то да, уже чувствую что для меня М48 легковат. Надо что-то посолиднее, но то что у нас в оружейке есть не подходит. Так что переделывать что-то смысла не вижу, а новый пока взять негде.

— Раньше я бы тебе сам сделал бы, или деда попросил. — опустил голову здоровяк. — Он лучший мастер в Сибири, точно говорю. А сейчас… вряд ли Раевские разрешат. Вон Глеб и так волком смотрит что с вами общаюсь. Дома опять будут докапываться.

— Слушай, но не может быть чтобы выхода не было, — меня бесила такая ситуация. — Даже если дядя что-то подписал, можно заявить что это не легитимно. Или там в суд подать. Все же понимают, что произошло.

— Не выйдет. — грустно покачал головой Матвей. — получится что мы как Дом не держим своего слова. Кто потом с нами работать будет. Ну так отец с дедом считают. А переубедить их невозможно, я много раз пытался. Они упёрлись, мол отработаем и уйдём с честью, а нарушать своё слово, пусть даже его дал предатель, — невместно для мастера. Так что я попробую поговорить насчёт молота для тебя, но вряд ли получится.

— Может быть, я смогу помочь в этом вопросе? — раздался знакомый голос и обернувшись, я увидел стоящего возле нашей койки Гончарова. — Я хорошо знаком с главой Дома Раевских, и могу поспособствовать с заказом. В небольшой просьбе они не откажут.

— В лесу сдохло что-то большое? — я от удивления чуть воздухом не подавился. — Или тувинское солнышко голову напекло? Ричард, мы вроде с тобой в контрах.

— И это очень прискорбно, — грустно вздохнул Гончаров. — Виктор, мы может поговорить наедине? Не то чтобы я что-то скрывал, но признавать свои ошибки проще без свидетелей.

Я внутренне усмехнулся, потому что происходящее напоминало мне плохой фарс, однако поднялся и направился к выходу. Мне даже стало интересно, что там такое придумал Гончаров. В то, что его совесть замучила, я ни секунды не верил. Скорее уж этот ушлёпок решил пойти другим путём. По хорошему следовало бы дать ему в морду не разговаривая, но тогда я выставил бы себя агрессивным идиотом, договариваться с которым бесполезно. Учитывая и так не самую лучшую репутацию это могло стать концом моей карьеры богоборца. Кто захочет работать с неадекватом. И пусть я и сам пока не слишком рвался влиться в общество, но и жечь мосты не хотел, особенно с учётом что его даже ещё не перешёл.

Дневальный поворчал, мол отбой уже был и всё такое, но мы пообещали никуда не уходить, чисто воздухом подышать у дверей и скоро вернуться, так что нас выпустили без проблем. Мы действительно никуда не собирались, ну как минимум я. Даже если бы Гончаров сейчас предложил смахнуться, я бы его послал, просто потому что желания не было. Хотя набить его наглую надменную рожу у меня кулаки чесались просто страсть как. Не знаю почему, но Ричард вызывал брезгливое отвращение, хоть с виду был весь холёный и ухоженный. Это как с жуками. Вроде и выглядит красивым и чистый, но в руки брать противно.

— Я хочу извиниться. — начал Гончаров когда мы отошли подальше, — Мы не с того начали наше знакомство и это только моя вина. Мне не следовало пытаться вмешаться в аттестацию.

— Да уж. — я понимал, что все эти извинения были уловкой, но всё равно на душе потеплело, — Не знаю, чего ты добивался, но это было подло. Не по отношению ко мне, я тогда ещё мало чего понимал, а вот за девчонок обидно. Они же тебе ничего не сделали, чтобы их так обламывать.

— Согласен, — покаянно опустил голову Ричард. — Но и ты меня пойми. Когда у тебя есть великая цель, такие мелочи просто не замечаешь. Человек не совершенен и в погоне за чем-то далёким склонен не обращать внимание на близкое. Так что признаю свою вину.

— Лес рубят, щепки летят, — я добавил ехидства в голос. — Цель оправдывает средства. Ну и так далее. На мой взгляд весьма глупые отмазки под которыми люди творили несусветную дичь. И как правило, то самое светлое завтра так и не наступало. Оставались только трупы, поломанные судьбы, причём как невинных жертв, так и самих борцов. Блин, что-то меня на философию потянуло. Может потому что я никогда не понимал этих самых великих целей.

— На самом деле я с тобой согласен, — Гончаров сел на скамейку. — Чаще всего они лишь оправдание, которое человек придумывает для прикрытие своих низменных желаний. Но бывает, что цель действительно есть. И она поистине велика.

— Например? — мне даже на секунду стало интересно. — Что может оправдать поломанную жизнь и испорченные нервы?

— Существование Земли как таковой, — твёрдо взглянул мне в глаза Ричард. — Даже не общества в том виде, какое есть сейчас, а вообще людей как вида. Ты можешь смеяться, не верить мне, но я точно знаю, впереди нас ждёт большое испытание, которое решит жить нам или умереть.

— Пророчество, — я скривился. — На мой взгляд это даже хуже чем борьба против всего плохого за всё хорошее.

— Ты не представляешь, сколько раз я видел этот взгляд, — совершенно спокойно отнёсся к моим словам Гончаров. — Сочувствующий, словно смотрят на городского сумасшедшего, с презрением скрывающимся в глубине. Действительно, что за бред несёт этот ребёнок. Что он вообще может понимать в этом. Глупые детские фантазии, не более, но если продолжит в таком стиле, возможно стоит показать его психиатору. Это я слышал с младенчества, когда жил у тёти. Так что ты меня ничем удивить не сможешь.