Алексей Шеховцов – Чорный Властелин (страница 4)

— Учиться, учиться и ещё раз учиться.

— Чему ты хочешь учиться, сын мой? — Батька заинтересовался, это радует.

— Культуре страны, племенному и религиозному составу. Количеству населения, числу городов. Межплеменным отношениям. Политическому устройству. Обычаям нашего народа и других народов страны, нашим соседям, их военной и торговой мощи. Кто есть кто в нашей стране. Кто поддерживает нашу семью, а кто нет, но кого мы терпим. И многое другое. Правителю нужно очень много знаний, иначе решения его будут не правильными. Так что учиться, и учиться всему. — Ну что, съели? Бьём менеджментом махровый феодализм. Надеюсь прокатит, ибо другого у меня нет, я, женщина легкого поведения, даже в армии не служил.

— Я не узнаю тебя сын… не одержим ли ты?

— На монастырской земле? Кем, ангелом? Святой отец, благословите меня. — Ошарашенный поп опустил чашку с кофе и возложил на меня руки, пробормотав молитву. Что интересно, Негуса проняло намного меньше. Не удивляет — он царь, да и его 'добрые' глазки наводят на мысль что он намного менее набожен, чем кажется.

— Отец, до того как я упал с лошади, много ли времени я уделял изучению того что должен знать негус?

— Не так много как хотелось бы, сын…

— Я думаю что господь очистил мне разум, дабы я быстрее постигал науку правителя. — Вот вам гипотеза, кушайте. Одержимость мы только что опровергнули, хоть по вашим канонам я как раз одержим, а на остальное вас не должно хватить. Да и ты, негус, при всём своём скептицизме должен быть достаточно религиозным чтобы схавать… или хотя бы подыграть, если ты решишь что я банально потерял память по естественным причинам.

— Йикуно, а ведь твой сын может быть прав. — Один наш! — Ты ведь сам просил меня помолиться чтобы Ягба проявлял больше усердия в государственных делах… неисповедимы пути господни.

— Неужели Господь не мог по другому ответить на мои молитвы… Ты изменился, сын. Две недели назад ты думал только об оружии, конях и, иногда, о валянии с девками на сеновале. И не я один это замечу… что ты будешь делать если поползут слухи о том что ты одержим? — Экзаменуем? Ну-ну. Интересно до инквизиции негры уже додумались?

— Человек распускающий такие слухи не только враг короны. Он богохульник — Господь не допустит чтобы нечистый захватил душу христианина на святой земле. И если решать мне, то я передам такого еретика на разбирательство церкви. — А с церковью у нас союз, так ведь, батька?

— И никто не докажет, что ты преследуешь личного врага. Ну что ж сын, не глупо, совсем не глупо. Я решил. Через три дня, я выезжаю с дружиной в северные провинции, где я проведу несколько месяцев. Твой младший брат поедет со мной, ты же останешься с Йесусом-моа, и я пришлю к тебе лучших учителей. Когда я вернусь с объезда северных земель, я сам займусь тобой.

— Отец, дай мне двух воинов из нашего народа в мою л_и_ч_н_у_ю стражу. Мне нужно снова узнать нашу жизнь и обычаи, и мне нужен проводник чтобы поддержать меня на этом пути? — пусть лучше он мне подберёт надёжных парней, чем я буду выбирать наугад.

— Почему же ты не просишь одного из нашей семьи? — Ну чего тебе ещё надо? Видишь же что я не кретин… АйКью тест что ли? Попробую не провалить. Сейчас, только хлебну ещё разок их замечательного кофе.

— Семья это хорошо, отец, но вот родственникам моим могут придти в голову мысли, что из принца, которому нужно так много учиться, выйдет совсем никудышный правитель… А вот воины, — ты же дашь мне умных воинов, не так ли? — будут думать о том, что на следующий день после того как умрёт приблизивший их принц, схарчат и их.

— Хха-ха-ха! — а смеётся батька заразительно, даже святой отец изобразил нечто напоминающее улыбку. — Господь вытряхнул из тебя дурь, сын, но оставил мои уроки. Жаль, конечно, что с дурью ушла и твоя память. — Рад стараться, женщина легкого поведения. Я бы с огромным удовольствием остался в Пиндостане с цивилизацией, вкусной едой и ватерклозетом, и негров бы видел только в метро и в порнофильмах. Утрирую, конечно, но Европа Универсалис намного привлекательнее на экране чем вживую.

— Йесус-Моа, а ведь из пацана ещё выйдет толк. — Неужели и второй наш?

— Толк… В ремесле правителя, Йикуно, слишком много от лукавого. Я каждый день молюсь за твою душу. Теперь я буду молиться и за душу твоего сына. — Так, мне с ним жить, надо бы встрять.

— Святой отец, я помню что Господь говорил о том что власть над миром не поможет тому кто погубил свою душу. Но ведь Господь говорил и то что кесарю — кесарево… главное не забывать о том что Богу — Божье.

— Я подберу тебе воинов, сын. Но достаточно на сегодня. Слуги отведут тебя в твои покои, ты ведь только сегодня пришёл в себя, а нам с Йесусом-Моа есть о чём ещё побеседовать.

А темнеет здесь быстро… Пока мы баловались кофием и решали судьбу наследника, то есть меня, солнце ушло и небо покрылось россыпью звёзд. Красота. Я остановился полюбоваться. Монашек, которого Негус напряг меня провожать топтался рядом с факелом. Завис я надолго. Такого неба я не видел даже на Гавайях — там тоже темно ночью, но от гостиниц и цивилизации никуда не денешься. Здесь же было темно как… да, вы угадали, как у негра в жопе. На землю меня вернул зов природы.

— А где здесь можно отлить?

— Вон там кусты, мой принц.

Оставив монашка в паре десятков шагов позади — глаза привыкли к темноте, и света от факела и месяца кое-как хватало, я оросил здешние кусты. Сплошная антисанитария. Небось и гадят тоже где-то рядом. С этой мыслью я заправил хрен обратно в штаны, опустил хламиду и вступил. Твою мать. Неужели накаркал. Нет, не говно. Я раздавил слизняка. Меээээрррзость! Ненавижу. Как говорится хрен редьки не слаще. С отвращением вытираю ногу о траву и всю дорогу до апартаментов принца усиленно смотрю под ноги. Помогает плохо, выпуклая часть спины негра светлее не стала. По дороге я собрал ещё несколько насекомых. Хорошо хоть эфиопы изобрели сандалии.

Царские апартаменты в монастыре не блистали. Чисто, просторно, но не дворец. В принципе такая же комната как и та где я проснулся, плюс некоторое количество утвари, и ещё одна комната для трапез и бесед. Молодым негусам положено расти в строгости? Ну ладно, мне пока много не надо. Монашек норовил свалить, но я напряг его принести мне на ночь зубную кисточку. Давным давно, мне в совке удаляли нерв в зубе без новокаина, по технологии ещё времён фашистской Германии. Мне, мягко говоря, не понравилось. И что-то мне подсказывает, что средневековая стоматология, это песец даже по сравнению с фашистской стоматологией. Гигиеной я буду озабочиваться сразу и всерьёз. Упаси меня Господь от местных коновалов. Чищу зубы и на боковую. Надеюсь в царской постели нет клопов.

Новый день. Я, конечно, надеялся, что переселение души в средневекового эфиопского принца окажется глюком после удара молнии. Но, суровая Африканская действительность меня жестоко обломала, путём жирной мерзкой мухи севшей мне на нос. Есть конечно худшие способы проснуться, но я их ещё не пробовал. На матерщину пришли слуги и принесли зубную кисточку с чистой одеждой. Видимо слухи в монастыре распространяются быстро, так что помощь в облачении и утреннее омовение мне не предлагали. Припомнив вчерашнее решение всерьёз озаботиться гигиеной, я приказал принести бадью с горячей водой и ковш (и почему эти придурки не принесли ковш вчера?) к берегу озера, и, почистив зубы, направился туда же сам в компании одного из слуг (заблужусь ещё!).

Водные процедуры прошли без эксцессов — губка, ковш, песочек, и более менее чистое тело. С мытьём головы правда хреновато, надо будет озаботиться изобретением мыла. Да ещё хрен надо мыть аккуратно. Понимаю почему пустынные народы практикуют обрезание… мыть залупленный хер песочком а потом по песчинке его очищать… данунах! Одно радует, принца обрезали в раннем возрасте, и дискомфорта от водных процедур практически нет.

Завтрак из кислой лепёшки с овощами. В процессе пожирания, мне на глаза попался монашек Жен, и я, своей 'принцевой' властью перевёл его в личное подчинение. Первым поручением, я задал ему составить перечень продуктов на монастырской кухне, а так же провести инвентаризацию материалов и продукции кузнецов при монастыре и в соседней деревне (где кстати стоит лагерем Негус Нагаст). Попробовав Эфиопскую кухню во второй раз, моя уверенность в необходимости кулинарных реформ выросла из железобетонной в металлокерамическую. Думаю что к ужину, она станет вообще нейтрониевой. Слава Богу, послезавтра заканчивается пост.

Вскоре после завтрака у меня началась церковно-приходская школа имени Йесуса-Моа. Иерарх начал с проникновенной речи о единстве народа и церкви, он постановил начать моё обучение с книги о Славе Царей, Кебры Нагаст. 'Профессор' явно готовился, так как внушительного вида томик уже был призывно разложен на столике. Открыв его, Йесус-Моа довольно занудным голосом зачитал пассаж о 'Славе Царей' в интерпретации трёхста восемнадцати православных старцев. Я при…ел. Когда он перевернул страницу и начал зачитывать мне текст о 'Величии Царей', я осознал что такими темпами мы будем читать эту книгу очень и очень долго.

— Абун, — вообще-то я хотел сказать святой отец, но вышло именно Абун, — можно ли мне встать рядом и посмотреть на книгу?