Алексей Самсонов – Цифровая магия (страница 18)
Гевара остановился и повернулся к кардиналу. Его худощавое удлиненное лицо, обрамленное красивой седой бородой, выражало легкое недовольство.
– Этот иезуит был достаточно силен, но умер, пытаясь извлечь знания из отступника. И среди иезуитов он был, пожалуй, самым сильным. Я не хочу отправлять братьев нашего ордена на смерть. Я понимаю, что вы, брат, готовы лично допросить Джордано Бруно, но почти наверняка погибнете.
– Но почему вы уверены, что еретик сам является книгой?
По лицу великого инквизитора скользнула тень улыбки.
– Первое – я не очень люблю иезуитов, но признаю, что брат Игнатий вполне обладал необходимыми знаниями и опытом, чтобы изучить это дело. Однако он мертв, а про книгу мы знаем, что она убивает всех магов, которые пытаются прочесть ее. Это стало известно благодаря несколько заблудшему монаху из ордена францисканцев Роджеру Бэкону, который изучал ее в библиотеке Оксфорда. И второе – Ноланец, достоверно известно, в том числе и от него, изучал эту книгу в том же Оксфорде, а также у него исключительная память. Кстати, брат, вы не знакомы с его трудами по мнемонике «О тенях идей» и «Песнь Цирцеи»? Чрезвычайно интересные книги. Так вот, из этих двух фактов я делаю вывод, что искомая книга отпечаталась в Ноланце, как если бы она была скопирована на бумаге, и, возможно, свойства оригинала передались копии.
Кардинал озадаченно посмотрел на великого инквизитора:
– Но тогда мы вообще не можем ничего сделать проклятому Ноланцу.
Гевара со снисхождением посмотрел на собеседника.
– Ну почему? У нас две задачи: найти Черную книгу и не дать расползтись по миру знаниям из нее. Бруно – это одно из ее щупалец, которое мы вполне можем обрубить, при этом отчасти предупредить именно расползание знаний: Ноланец упрям, и нельзя позволить ему разносить эту чуму дальше. А вот как обрубить – уничтожить его было бы простейшим, но не лучшим вариантом. Нам необходимо изолировать его, но заодно воспользоваться им. Мы не можем вытащить из его головы необходимые нам знания, а значит, он должен отдать их добровольно. – Великий инквизитор сел за стол и побарабанил по нему пальцами. – Вам, брат, необходимо отправляться в Рим и взять это дело под свой контроль. Вы должны, во-первых, постараться не допустить смерти Ноланца, во-вторых, забрать его себе, а в-третьих, найти ему учеников. Если же еретик будет упорствовать, то щупальце придется обрубить.
Кардинал с трудом сумел скрыть довольную улыбку – все решилось как нельзя лучше: ему выпала прекрасная возможность, но при этом нет необходимости подставлять собственную голову. Судьба брата Карафы его явно не вдохновляла. И он прекрасно знал, насколько тот был сильней кардинала. Но пункт о нахождении учеников для отступника все же вызывал сомнения, и поэтому кардинал был немного озадачен. Впрочем, решил он про себя, великий инквизитор допустил вариант с «обрубанием щупальца». А это представлялось Беллармини не слишком сложным.
– Понимаю вас, великий инквизитор. Но я правильно думаю, вы хотите, чтобы книгу в Ноланце прочли ученики, которых я должен найти? Ведь для нас книга все равно останется недоступной.
– Вот поэтому в ученики вы должны подобрать людей, которые преданны нам безмерно. Дело в том, насколько мы понимаем, что тот, кто владеет знаниями из этой книги, может невозбранно передать их кому угодно. Для этого нужна всего лишь его добрая на то воля.
– Но тогда почему не вытащить эти знания из самого Ноланца?
– Добрая, брат, добрая воля! А Ноланец не обладает таковой. Более того, Ноланец ни в коем случае не должен догадаться, что ученики подобраны вами. Сделайте все что угодно, но Ноланец должен передать знания. Он – единственный экземпляр книги, который у нас есть. Однако если мы не сможем его прочесть, то его надо уничтожить. Отправляйтесь немедленно, Роберто.
Беллармини поклонился.
– Я не разочарую вас, брат.
– Ваше высокопреосвященство, написанное в письме нашего брата Якоба Хорчицки подтвердилось. Как сообщил брат, он по поручению короля Рудольфа за шестьсот золотых дукатов приобрел рукопись, написанную тайными знаками. Его величество высказал предположение, что рукопись, возможно, принадлежит руке Роджера Бэкона и является списком с какой-то другой книги.
Титулярный епископ Рокко Леонасси повторно докладывал кардиналу Роберто Беллармини касательно поступившей информации о чрезвычайно странной и удивительной книге, обнаруженной в Пражском Граде и приобретенной королем Рудольфом II.
Эта информация в общем-то случайно дошла до кардинала, но не прошла мимо его внимания. После того как кардинал занялся делом этого еретика Бруно, он очень внимательно отслеживал все, что было связано с книгами. Гибель Игнатия Карафы утвердила его в мысли о том, что искомая книга обладает огромным могуществом и получивший ее в свои руки одновременно получит и огромную власть.
Несомненно, книга, купленная королем, не была той самой Черной книгой. Но весьма вероятно, была копией ее, которую сделал монах-францисканец Роджер Бэкон. Кардинал был уверен, что Бэкон точно изучил и частично расшифровал Черную книгу.
То, что рассказал сейчас Рокко Леонасси, очень хорошо вписывалось в гипотезу Беллармини, и он еще больше уверился в том, что это копия именно той самой Черной книги.
Разбираться со строптивым Бруно – дело неблагодарное, и, более того, крайне опасное, о чем говорит случившееся с братом Игнатием. Где и как найти ему учеников, как того желал великий инквизитор, Беллармини не знал.
Искать книгу в негостеприимном для католических пастырей Оксфорде – в этом кардинал также не видел большого смысла. Эта задача представлялась весьма долгой и затратной. К тому же с совершенно неясной перспективой: Ноланец утверждал, что сжег книгу в припадке бешенства.
А книга, о которой сообщил Якоб Хорчицки, садовник короля Рудольфа, а заодно и доноситель великой инквизиции, почти наверняка дала бы Беллармини все, что мог дать оригинал Черной книги. Ведь ему надо было найти или сам оригинал, который, вероятно, сгорел, или его копию, на которую была похожа книга, приобретенная королем Рудольфом.
Кардинал подумал, что лучшим решением будет отправить опасного еретика на костер и сделать ставку на предположительную копию.
«Брат мой, доношу до Вашего сведения, что 19 февраля сего года на Кампо ди Фьоре сожжен живым преступник-еретик Ноланец, еретические взгляды которого мы с Вами обсуждали. К нашей скорби, он не готов был пойти на сотрудничество со Святой Конгрегацией. По счастью, он не сумел передать никому своих богомерзких взглядов, и Святой Престол сумел пресечь расползание гадкой ереси. Особое усердие проявили священные кардиналы святой Римской церкви генеральные инквизиторы Лодовико Мадруцци, Джулио Антонио Сантори и иные. При этом мемориал брата Джордано Бруно, заключенного в святой службе, обращенный к его святейшеству, был вскрыт, но не прочтен. Что и подтверждает Ваши догадки о природе ереси Ноланца. Сам мемориал, во избежание распространения сей ереси, был также уничтожен по приказу светлейших.
Что касается допроса еретика мной, то Его Святейшество папа Климент VIII счел, что нет необходимости в дополнительных допросах еретика».
Великий инквизитор бросил письмо на стол.
– Проклятье! Неужели они считают, что им легко будет добраться до книги в этом гнезде лжи Оксфорде? – Он так и не поверил, что проклятый Ноланец сжег книгу. – Или они думают, что она сгинет там? Этот недоумок Климент никогда не смотрел достаточно далеко вперед.
Этот папа совсем бестолков. Хотя, впрочем, он не бестолков, а просто не знает истинного положения вещей. Но его нельзя посвятить в тайну великой инквизиции и ее задач. Другое дело, куда смотрел этот трусливый карьерист Роберто Беллармини. Ведь он прекрасно все знал и понимал.
Однако необходимо позаботиться, чтобы пост папы занял или более знающий, или более управляемый кардинал…
В 1602 году по апелляции папы Климента VIII Фернандо Ниньо де Гевара был снят с должности. Он сохранил свое звание архиепископа Севильи, но полностью утратил влияние в святой инквизиции. В том же году кардинал Роберто Беллармини стал великим инквизитором всемирной инквизиции.
Загадочная книга, купленная королем Рудольфом II, попала в руки иезуитов только в 1739 году, уже после смерти кардинала. В 1912 году, разбирая библиотеку Римской коллегии, Вильфрид Войнич наткнулся на этот манускрипт. Сегодня она известна под названием «рукопись Войнича» и хранится в библиотеке редких книг Йельского университета. И все попытки ее расшифровать не привели к желаемому результату.
Глава 4
Зло можно победить, если знаешь его по имени.
На улице, вопреки прогнозу, шел дождь. Антон пожалел, что в самом начале всей истории не догадался прихватить с собой зонт: теперь придется забежать по пути в магазин и купить его, а это лишние пятнадцать минут.
Меньше чем через час он уже вышел из метро на Пушкинской площади и устроился на Тверском бульваре, на лавочке, напротив выхода из офиса «Маркетньюс». Он поехал без машины, рассудив, что если объекты наблюдения будут пешком, то и ему машина без нужды, а если на машине – все равно такси ловить, так как где стоит их авто, он не представлял, а пока он сядет в свою…