Алексей Сабуров – Антихакер (страница 52)

Ближе к двум часам показался Николай в желтой рубашке, подходящей для пляжа, но не для мегаполиса. Рощин распознал его по фоткам Марины. Ну и бугай! Может одной рукой голову свернуть.

Тот нервно оглядывался по сторонам, может быть, тоже отыскивая полицейскую засаду. Все-таки теперь у него под ногами скользкий лед шантажа, а не скала праведного гнева вдовца. Ян сжал лямки тряпичного черного рюкзака с крылом богини Ники на внешнем кармане, который купил сегодня утром, забежав в «Спортмастер». Затем в сумраке парковки заблокировав дверцу автомобиля, увеличил вес рюкзака на шестьсот грамм, а стоимость на три миллиона рублей. Кто-то сегодня получит приз. И черную метку.

С этого момента события стали происходить для Яна намного быстрее, точно на его мозг повесили гири, а всему миру воткнули лошадиную дозу допинга. Двухпалубный теплоход с надписью «ПРАГА», только вынырнув из-за поворота реки, неожиданно быстро прижался своим белым с синими полосками бортом к причалу. Из него на берег тонкой струйкой потянулись туристы. Николай еще сильнее закрутил головой, точно мог опознать Рощина. Ян вжал голову в плечи, ведь действительно мог – что там скинул еще ему Озеров? В конце концов Зайцев достал телефон и, нажав что-то на экране, приложил к уху. Тут же завибрировал телефон в кармане Рощина. Ян достал сотовый из кармана, Николай звонил ему.

Что ж, теперь уже бояться было и поздно, и глупо. Он отпрыгнул от бортика, нависающего над лестницей, чтобы Зайцев его не засек, и твердо произнес:

– Да.

– Ты здесь? Теплоход причалил.

– Да, заходи. Найди место, где без свидетелей перетрем. Если сможешь, – ухмыльнулся Ян, наблюдая, как публика ринулась на корабль занимать лучшие места. – Я тебя вижу.

Зайцев дернулся, точно оказался на прицеле снайпера.

– Сам где?

– Сам зайду последним, – отрезал Рощин.

Николай, можно было бы сказать, влился в поток экскурсантов, если бы не выдающийся рост, и перешел по трапу на корабль. Ян всматривался в лицо каждого пассажира, проходящего мимо, но не видел угрозы. Это было сборище провинциалов, действительно мечтавших поплыть вдоль берегов Москвы под монотонный рассказ экскурсовода. Сыграть такое невозможно.

Рощин подошел к трапу, как ему показалось последним, но остановился, услышав громкие шаги сзади. Он оглянулся, четко представив опера, тычущего бордовой ксивой прямо в глаза, но просто чуть посторонился, пропуская женщину и ребенка лет десяти, несущихся точно на отплывающий Ноев ковчег.

– Мужчина, так вы идете с нами? – спросил стюард с борта «Праги».

Ян нерешительно перешел через полоску воды.

– А есть варианты?

«Прага» была трудовой двухпалубной речной лошадкой «Мосфлота». Рощин попал на первую палубу, обставленную самыми дешевыми металлическими стульями и столами на шесть человек, убранную в золотисто-коричневых цветах обивки и штор. На ней почти никого не было, за исключением обслуживающего персонала и нескольких человек, занявших пару дальних от входа столиков. В такую идеально теплую погоду все стремились наверх, на защищенную только тентом, открытую террасу. Не увидев Николая, Ян направился к лестнице.

В отличие от нижней, первая палуба была забита, как метро в час пик. Еще более дешевые стулья и столы из коричневого пластика все были заняты шумящей толпой в ожидании впечатлений. Туристы без мест собрались на открытой площадке на корме. Среди них высилась голова Зайцева, как и все провинциалы, забравшегося поглазеть на чудную столицу.

– Приветствую на нашем судне! – захрипели измученные динамики. – За полтора часа нашей поездки мы насладимся видами нашей чудесной столицы с главной водной артерии города. Мы начинаем свой маршрут вдоль современных набережных Москвы-реки, застроенных в разное время и жилыми домами, и промышленными предприятиями, и храмами…

Времени для обмена было достаточно, но Ян уже не мог ждать. Впрочем, как и совершить последний шаг. Сейчас он перестанет быть неуловимой тенью, потрошащей цифровые устройства людей, которых он видел только на экране. В реальной жизни все сложнее: люди, в отличие от машин, вспыльчивы, можно и по башке получить. В двадцати метрах от него живое огромное доказательство, что его оборона взломана и он уже совсем неуязвим, как считал только вчера.

Из ступора его вывел взгляд Николая, который не отрываясь смотрел прямо на него.

Да откуда ты так уверен?

Снова вцепившись в лямку рюкзака, как в щит супермена, способного отражать летящие пули, Ян двинулся в сторону владельца тяжелого взгляда. Николай тоже стал выбираться из гуляющей публики.

Они встретились. Рощину приходилось смотреть вверх, щуря глаза от яркого солнечного света. Сердце бухало так, что его чуть покачивало, хотя, может, это были просто волны. Его визави тоже был видимо взволнован. От него несло потом, на желтой ткани рубашки, под мышками, расплывались темные от влаги круги. Гигантские для него деньги лежали в черном рюкзаке за спиной этого страшного человека, из-за которого уже двое, по его мнению, погибли. Ян видел в нерешительно отведенном взгляде его сомнение. Стоило ли три миллиона его риска? Но все-таки первым смог заговорить Зайцев.

– Ян?

– Николай?

– Принес?

– Да. А ты?

Николай красноречиво похлопал по карману джинсов.

Ян оглядел верхнюю палубу, не находя места для конфиденциальной беседы.

– Вниз?

Зайцев потянул с ответом. Тупой, что ли?

– Пойдем, – не совсем охотно ответил. И первый направился к лестнице.

Они спустились обратно в коричневый полумрак. Ближе к выходу был организован прилавок, за которым стоял стюард, готовый налить чай или продать бутылку воды. Зайцев пошел вглубь, остановившись посредине, максимально далеко от занятых дальних столиков и ушей персонала. Он пропустил Яна, позволив ему занять место лицом ко входу, и сам уселся напротив. Рощин снял рюкзак и поставил на соседний стул. Все это опять произошло в одно мгновение. Время играло с ним в скачки.

– Ну давай, что у тебя?

Николай достал флешку и положил перед собой. Та была громоздкая и старомодная, как будто провалялась в дальнем углу тумбочки лет десять.

– Можешь посмотреть.

Ян не брал компьютер. Слишком много на него было завязано, слишком много тайн тот уже хранил, чтобы махать им перед самым носом противника. Окажись ноутбук у Зайцева, он мог бы смело просить не три, а все триста миллионов. Если бы, конечно, догадался, куда смотреть.

– Расскажи так, что там интересного. Я потом посмотрю. Я ведь знаю, где ты живешь… Если что.

– Хорошо. Попробую, – Николай быстро глянул за плечо Яна, но тут же посмотрел ему прямо в глаза. – Там полностью расписано, как ты взломал компьютер Марины, как следил за ней, как скинул мне ее гостиничные чеки и маршрут такси.

Зайцев говорил фразу торопливо, но после каждого предложения делал паузу. Ян вспомнил давно забытый сибирский говор, сам он давно научился тянуть гласные по-московски.

– Это ж круто? Другой бы поблагодарил даже.

Николай не обратил на колкость внимания.

– Ты залез в ее рабочий ящик и скинул секретный отчет хер пойми кому, за что ее уволили. Потом отравил нашу Леди Гагу с помощью курьера из зоомагазина. Подделал ее анализы на рак, – глаза Николая покраснели, но остались сухими. – Ты довел ее до смерти.

– Классная история, но как она связана со мной?

– Найдешь все на флешке. Я не понимаю, как это происходит. Марк тебя, как это… Запининговал, что ли. Ты попался. Ты сам знаешь об этом. Не так ли? Поэтому ты его убил? Мне забрать флешку и пойти в полицию? Что скажешь?

Рассказ Зайцева был до жути точен. Даже про собачку он знал! Впрочем, он ведь должен был быть готов к этому.

– Как ты получил это?

– Вчера приехал курьер СДЭК и вручил мне пакет с этой флешкой. Там была записка «Николай, если ты получил это, то меня уже нет в живых. Используй по назначению, чтобы наказать преступника, который убил твою жену». И подпись: Марк Озеров.

– Странно, почему тебе?

– Вряд ли они кому-то еще будут интересны, эти записи, кроме меня. Мы с Марком были чуть знакомы. Он вышел на меня, когда уже почти все знал. Ему был нужен доступ к ноутбуку Марины. Так и познакомились. Вот только я по-своему вижу твое наказание.

– Предположим.

– Что предположим-то? Я тебе не предположим, а предложение дал. Мне до этого Марка дела, как до чужой бабы. Встретились – разбежались. До тебя тоже. Живи. Компенсируй только моральные страдания. Что, цена неподъемная для тебя? Готов рискнуть?

Ян протянул руку и, подхватив рюкзак за одну лямку, поставил на стол рядом с Зайцевым.

– Считать будешь?

Николай сгреб рюкзак со стола и, расстегнув молнию, нерешительно заглянул внутрь. После засунул туда свою ручищу. Осторожно достал одну пачку с пятитысячными купюрами.

– Здесь сколько?

– Пятьсот. Там шесть пачек. Рюкзак в подарок.

– В расчете. Флешка твоя. Отличная покупка.

Ян забрал флешку со стола. Почувствовав в руке кусочек пластмассы, он ощутил себя героем шпионского боевика. Правда, был ли он Джеймсом Бондом или его коварным, но всегда проигрывающим противником?

Николай в свою очередь застегнул молнию рюкзака и потащил его к себе. В это мгновение он снова посмотрел за плечо Яну. Настолько откровенно, что Рощин немедленно обернулся.

В дальнем конце салона были заняты два столика. За одним сидела компания из четырех мужчин. В руках они держали игральные карты и были поглощены партией, стараясь разговаривать вполголоса, чтобы не смущать персонал. Возможно, отправили жен с детишками смотреть достопримечательности наверху, а сами совсем не испытывали экскурсионного зуда. За столом с другого борта пристроился одинокий мужчина. Когда Ян резко повернулся, тот как будто судорожно крутанул голову в сторону окна. К нему Рощин присмотрелся внимательнее.