Алексей Сабуров – Антихакер (страница 30)
«Опа, вот ты крепко попался», – теперь уже точно решил Ян. Алкоголь и шизофрения отпадали. Хотя тоже были неплохой темой для враждебного общения. Дальше больше, Рощин отследил общение с этим номером. После клиники оно прекратилось, но месяц назад снова возобновилось.
– Да ты не слез, – обалдело прошептал Ян.
Рощин собрал всю информацию с номерами, адресами и именами. История получалась красивая, но не хватало какой-то главной детали. Мартынов, просмотрев его доказательства, скажет, что он придумал все очень красиво, может быть, даже это телефон его дилера, но эта сказка вряд ли стоит каких-либо денег.
Ян думал полдня, что же можно еще добавить, чтобы руки опытного наркомана и обманщика задрожали от страха. Нужен был какой-то документ. Но дилеры чеков не выписывают. Тогда Рощин снова вспомнил про больницу. Эти-то должны вести отчетность.
Ночью он взломал сервер «Клиники Ермолова», и документ, который ему удалось добыть, был лучше выписки счета за лечение. Перед ним лежала история болезни Мартынова. Вот она точно стоила десять миллионов. Всего лишь десять процентов дохода бизнесмена. Он не будет просить слишком много, чтобы тот не взбрыкнул, не посчитал, что дешевле будет публично сознаться или попытаться привлечь полицию. Именно завышенная цена делает большинство попыток шантажа неуспешными. Что ж, шантажистов можно понять, у них в руках единственный секрет, за который надо срубить так, чтобы хватило на всю жизнь. У Яна таких секретов – целая страна. Сотни тысяч респектабельных мужчин и женщин, готовых, в отличие от бедняков, хорошо платить, чтобы не потерять семью, бизнес, статус или свободу.
Следующим утром Рощин, наслаждаясь кофе в «Даблби», написал Мартынову в WhatsApp, открытого на своем секретном номере, и договорился о выплате. Тот пробовал взбрыкнуть, но список звонков дилеру, выписка по карте и история болезни из клиники, обещавшей непробиваемую анонимность, сломили его. Кирилл пытался еще торговаться, но Ян отправил ему контакты владельцев всех его франчайзи, а также журналиста «Секрета фирмы», который брал интервью у бизнесмена, с подписью «
«Чувак, ты не телевизор в новую квартиру покупаешь. Выписать талон не могу. Поверь, кроме тебя есть еще много парней с секретами, а мы, как ты видишь, можем до них добраться. Заплати и расслабься, ты будешь исключен из списка».
Ян не знал, насколько успокоили эти слова Кирилла, обычно люди верят в то, во что хотят верить. Деньги пришли в течение двух следующих дней тремя суммами с разных счетов на карту, предоставленную все теми же владельцами темных финансовых каналов. Они тоже совершенствовались и предоставляли почти банковский уровень услуг. Сумка в этот раз с надписью ADIDAS приехала еще через пять дней. Ян был уже занят разработкой следующего успешного предпринимателя. С ним, как и с большинством других, оказалось все даже проще, чем с Мартыновым, вторая семья на стороне, да еще и постоянная любовница в придачу. Получалось как по Марксу: капитал пробуждал пороки. Только в единичных случаях Рощин не находил компромата на очередную жертву. Что ж, исключения только подтверждают правило.
С тех пор деньги перестали быть чем-то существенным для Яна. Как электричество из розетки. Как ручей сладковатой свежей воды в горах. Они просто были всегда, чтобы утолить его любое желание. Рощин не мог позволить себе купить дом или роскошный автомобиль, чтобы не засветиться на радаре налоговой инспекции, так как не смог бы объяснить им, как заработал огромные для него средства. Но слава богу, в современной экономике можно было все взять в аренду. И не светясь владельцем, не неся бремя затрат на содержание, да и не привязываясь ни к чему, Ян мог жить в лучших интерьерах и ездить за рулем спортивных тачек. Эксклюзивные рестораны, коллекционные бутылки вина и элитных шлюх он даже не считал. Они просто были: открывали двери, доставали пробки, раздвигали ноги за красные бумажки с видом Хабаровска, которые Рощин бесконечно черпал из сейфа в гардеробной. Потом пространство сейфа закончилось, и для денег пришлось поставить обычную коробку в шкафу.
Наконец Ян стал жить по своим правилам. Брать то, что хочется, а не то, что мог позволить. Думать о себе, а на чувства окружающих не обращать внимания. Они ведь сами согласились его обслуживать, он точно никого не принуждал. Просто им нужно то, чего у Рощина много. Он сделал-таки свое казино. И с тех пор как Ян осознал это, люди стали для него все мельче, все гадостнее. Они продолжали возиться в грязи, не смея поднять голову и дышать свежим воздухом свободы. И неважно, чего им не хватало для этого: желания, здоровья или ума – это ж их жизнь. Свою Ян сделал сам, через пот и слезы, стоящие в глазах от бессилия, когда ничего не получалось с кодом. Он до бесконечности тестировал алгоритмы, пока толпы обывателей теплым субботним вечером шли на футбол, попивая холодное пивко. Так что все справедливо.
Общество – это стадо. Оно идет за сильным бараном и еще подпинывает тех, кто пытается свернуть. Оно всегда было и всегда будет таким. Посмотрите данные системы – все делают одно и то же. В пятницу покупают бухло, а в субботу «Алкозельцер». Поэтому жизнь в обществе по его законам и по его представлениям о добре и зле противна и бессмысленна. От него можно и нужно брать еду, электричество, интернет, иногда запутанный сериал. Но его законам пусть подчиняется толпа.
Рощин вдруг начал понимать того депутата в вип-комнате казино. Да, он особенный, уважать быдло не за что и не имеет никакого смысла. Они все равно приползут за подачкой, они все равно принесут заказанный коньяк и сигару, они все равно приберутся после его ухода и даже лучше начистят эту комнату, чтобы он снова пришел к ним, чтобы не наорал матом, какие они безрукие дебилы. Они не будут его любить, будут завидовать, чаще по-черному. Но Яну и не нужна эта любовь, как не важно, как к нему относится ковыляющий к мусорке голубь. Но тем не менее Рощин верил, что голуби наблюдают за ним с придыханием и ждут его подачек.
Слоняясь по торговому центру как раз после очередной операции, которая должна была принести миллионов двенадцать, Ян заметил неотразимую блондинку в ярко-красной атласной юбке выше загорелых коленок, заходящую в «Старбакс». Чтобы рассмотреть остальное, Рощин завернул за ней.
– Для кого готовим? – спросил бариста.
– Роза, – произнесла девушка пухлыми губками, словно задувая свечу.
– Очень изысканное имя, – отозвался Ян, стоящий прямо за ней, вдыхая изящный аромат ее духов. – Могу вас угостить кофе?
Блондинка оглянулась в сторону Яна. Оценила его удлиненные светлые пряди, романтично спадающие на лоб, и улыбнулась:
– Если хотите.
– Очень, – в ответ улыбнулся Рощин. – Десерт?
– Спасибо, сладкое не ем, – ответила Роза сахарным голосом.
– Садитесь, я вам принесу.
Бариста устало смотрел на флирт посетителей, ожидая заказа.
Рощин подошел к столику, который заняла Роза.
– Ян, – указал ей на стакан с фраппучино со своим именем. Роза снова волшебно улыбнулась, обнажая ровные белые зубы.
Ян, уставший от напряжения операции, расслабился и нес веселую чушь, блондинка реагировала откровенно и маняще. Сексуально облизывала кофейную пенку с губ и не смущаясь смотрела прямо в глаза молодого человека. Рощину казалось, что прямиком из кофейни они рванут на его черном «Порше» в ее спальню, минуя долгие прогулки по парку Горького и нескончаемые ужины в ресторанах Москвы. Но Роза, допив капучино, быстро засобиралась.
– Я позвоню? – только и спросил Ян, увидев ее приготовления.
– Конечно, – прошептала Роза, достала из сумочки ручку и на салфетке написала сотовый номер.
Ян еще раз насладился удаляющимися загорелыми икрами и, завороженный обаянием красотки, развалился в кресле.
Он набрал ей уже вечером, готовый приехать в любой уголок Москвы и умчать на быстрой машине. Несмотря на обилие секса в его новой жизни, Роза выделялась чувственным магнетизмом, зачаровавшим Яна всего за двадцать минут разговора. Она казалась другой. Особенной.
Звонок остался неотвеченным.
Мало ли что, решил Ян и понесся по ярко освещенным улицам Москвы.
На следующий день Ян несколько раз слушал длинные гудки в ответ на набор номера Розы.
«Привет, это Ян) Душевно поболтали с тобой в Старбаксе. Может, повторим в хорошем ресторане?» – закинул он сообщение в WhatsApp. В итоге две синие галочки и молчание в ответ. «Что же ты за сука-то», – обозлился Рощин.
Еще через два дня игнора он поехал в тот же торговый центр и подключился к «Связи-1».
Роза Мезенцева, двадцати шести лет, не была замужем, не имела детей, что могло подвигнуть ее испугаться флирта в кофейне и залечь на дно. Она владела однушкой на Мукомольном проезде. Скорее всего, там и жила. Рощин мог бы примчаться к двери ее квартиры за пятнадцать минут. Может, даже встретиться и выяснить, что же произошло. Мог бы поехать в офис ООО «Эридан» на Кутузовском, где она трудилась второй год менеджером по продажам. Но Яну сейчас было не до выяснения мотивов и обстоятельств. Какая-то прищепка с сексуальным голосом возомнила себя Дженифер Лопес. Она должна была ответить за это.