Алексей Рыжков – Ганимед-6 (страница 14)

– Э-эй! – заорал вдруг Скотч. – Кто-нибудь!!! Со-о-о-с!!! Спасите нас!!!

– Скотч. Нет смысла так орать. Сигнал от этого не станет мощнее.

– Зато они поймут, что надо торопиться. – Скотч снова заорал: – Люди-и!!! У нас кончается воздух! Мы умираем!

– Не трать воздух зря, – сказал Чен и зажег термофакел, также входящий в аварийный комплект. Факел этот в инфракрасном диапазоне был виден даже с орбиты.

– А что это у вас, Фрэнк? – Скотч, склонившись, разглядывал слиток мобиллиума в левой руке Фрэнка. – Это то, что я думаю?! Сколько здесь?

– Я полагаю, килограмма четыре. Может, больше.

– О боже, мы богаты!!!

– Меня сейчас занимают совсем другие проблемы, Скотч. Как нам выжить.

В шлеме Фрэнка тревожно зазвучал сигнал. Он посмотрел на дисплей панели. Пять процентов. Фрэнк сел. Постарался успокоить дыхание. Это было не так уж просто. Осознание надвигающейся гибели подстегивало организм. Адреналин заставлял сердце биться быстрее. Дыхание, помимо воли человека, становилось чаще. «Черт, нужно успокоиться!» Фрэнк знал, что разработчики скафандра сознательно занижали показания датчиков воздуха. Но сколько дополнительных минут они предусмотрели? Сигнал тревоги звучал уже непрерывно. Включились сигналы и у остальных. Какофония звучала в наушниках, давила на нервы. Фрэнк открыл панель и отключил систему аварийного оповещения. Чен сделал это на секунду раньше. Потом подошел к Скотчу и вырубил сигнал и у него. Наступила тишина.

– Мы ведь и так знаем, что у нас кончается воздух… – слабо улыбнулся китаец.

Термофакел, воткнутый ручкой в лед, уже догорал. Помощи пока не было видно.

– Как думаешь, Чен? Сколько у нас в запасе?

– Не знаю… Может, еще минут десять.

– Ладно. – Фрэнк достал из комплекта свой факел. Дернул шнур поджига, поднял факел над головой. – По крайней мере, мы боролись до последнего. Жалко, что люди не узнают, что же такое мобиллиум на самом деле. Хотя… Плевать на это. Жалко, что я не увижу, как вырастет мой сын. И никогда больше не обниму Эллен. Возможно, нас так никогда и не найдут. Будем лежать тут посреди ледяной пустыни. Часов через пять батареи скафандров окончательно сдохнут. Система обогрева вырубится, и наши тела превратятся в камень.

Перед глазами возник образ. С высоты он смотрел на три неподвижные фигуры в оранжевых скафандрах, лежащих на торосистом льду враждебной планеты. Они так нелепо смотрелись тут. Оранжевые на мертвенно-белом, в оспинах кратеров, покрывале. Фрэнк сам не заметил, как оказался на льду. Из последних сил воткнул термофакел рядом и повалился навзничь.

– Фрэнк! Это уже становится дурной традицией! – Дэн расхохотался.

Харвестмастер приподнял голову. Он был в спасательном транспортере. Рядом, на таких же красных носилках, лежали Чен со Скотчем. Они пока были без сознания.

– Как вы нас нашли?

– По твоему термофакелу. Он уже почти догорел.

– Но ведь мы должны были умереть.

– Ага. Если бы не система аварийного анабиоза.

– Что еще за система?

– Видишь ли, старина, – Дэн доверительно наклонился, – с проблемой последнего вдоха столкнулись еще лет пять назад. Человек весьма деятельное существо. Вместо того чтобы спокойно сидеть и ждать спасателей, люди пытаются откапываться, прутся пешком черт знает куда. Одним словом, пока баллоны полны, жгут воздух бездумно. А когда прозвучит сигнал «Пусто», они теряют голову. Было слишком много случаев, когда люди снимали шлем за пять минут до прибытия спасателей, предпочитая быструю смерть. Вот разработчики и внедрили в скафандр систему аварийного анабиоза. Система «отруба», как мы ее называем. На самом деле после сигнала «Пусто» воздуха остается еще примерно на шестнадцать минут обычного дыхания. Маяк начинает слать в эфир сигнал «Воздух ноль», а в смесь подается специальный газ. Человек примерно за три минуты впадает в глубокий сон. Система жизнеобеспечения снижает температуру в скафандре. Метаболизм замедляется, темп дыхания падает, пульс становится реже. Короче, оставшиеся двенадцать-тринадцать минут растягиваются в час-полтора. Очень часто этого достаточно.

– Ясно.

– Я удовлетворил твое любопытство, Фрэнк. А теперь ты ответь мне этим же. Когда я тебя нашел, у тебя в руке КОЕ-ЧТО было. ЭТО видел только я и думаю, ты похвалишь меня, так как я не стал орать об ЭТОМ, а просто прикрыл обломками льда. Я не спрашиваю, где вы ЭТО взяли. Важнее то, что из памяти нашего транспортера случайно стерлась маршрутная карта. А теперь поделись со мной, как вы собирались вывезти ЭТО с планеты?

– Черт, Дэн! Ты полный кретин. Я что, похож на человека, у которого есть свой корабль? Еще вчера я прохлаждался на «Фри Сквер»!

– Зря ты разговариваешь со мной в таком тоне. Как я уже сказал, координаты места стерты. И только у меня есть поисковый маяк, чтоб найти слиток. По идее, сейчас он только мой. Но я хоть и молод, но не кретин. Я прекрасно понимаю, что без чьей-нибудь помощи мне ничего не светит. Этот ваш Скотч! Он ведь чертовски юркий парень. Наверное, он должен обеспечить транспортировку?

– Эта вещь попала ко мне случайно. Я еще не думал, как выбраться с нею на Землю.

– Ну так подумай! И, Фрэнк, когда вы соберетесь линять отсюда, не забудьте взять с собой малыша Дэна. Только он покажет вам, где слиток. И потребует свою долю. – Дэн ухмыльнулся.

Фрэнк посмотрел на круглое, веснушчатое лицо спасателя. «Еще одна проблема. Если он проболтается, нас всех уберут. Предварительно выпотрошив всю память подчистую. В таких делах компания церемониться не станет». Фрэнк сел на носилках, огляделся. Два передних кресла были заняты экипажем. Еще два занимали спасатели – коллеги Дэна. В задней части кабины на койке рядом с носилками сидел Дэн.

Транспортер мягко качнулся, объезжая кратер. На носилках застонал Скотч.

– Через сколько мы будем в колонии? – спросил Фрэнк.

– Мы едем в бокс-12. Твой бокс, Фрэнк. Объявлена метеоритная тревога, все передвижения запрещены. Гинз выпустил только нас.

– Я хочу пить. – Скотч приподнялся на локте. Вопросительно посмотрел в глаза Фрэнку. Тот ответил взглядом: «Молчи и веди себя естественно».

Дэн открыл дверцу мини-камбуза.

– Чай, кофе, виски, бренди? – Он рассмеялся. – Шучу… Вот вам реабилитационный коктейль. – Он протянул два пластиковых стаканчика, которые приготовил заранее. – Тут витамины, до черта калорий. В общем, пейте!

Фрэнк глотнул горьковато-кислой жидкости. На вкус не очень. Только он собрался сделать второй глоток, как транспортер подбросило.

– Вот это камень! – заорал водитель.

Метеорит ударил в поверхность планеты километрах в двух. Страшный удар вызвал некое подобие цунами на почве. Эта волна подбросила транспортер метра на два вверх. Сквозь стекло иллюминатора Фрэнк увидел величественное зрелище.

Взвившийся в высоту султан пара, огромные глыбы, летящие в высоте. Через минуту ледяные осколки забарабанили по броне транспортера.

– Еще один!

На этот раз метеорит был небольшим. Он врезался в лед прямо по курсу метров за сто.

– Надо срочно добраться до бокса!

Транспортер прибавил ходу.

Фрэнк поднялся и сел на койку рядом с Дэном:

– Что за ребята? Новенькие?

– Экипаж вообще первый раз вижу. А с этими парнями, – Дэн кивнул в сторону двух спасателей, – всего второй раз на выезд попал.

– Значит, четверо на четверо? – Фрэнк выразительно посмотрел на Дэна.

– Даже не думай. Каждый спасательный транспортер ведут с орбиты. Никуда мы не денемся!

– Ясно.

Очнулся Чен. Дэн дал ему стаканчик с коктейлем и вернулся на койку.

Транспортер раскачивался на большой скорости, пассажиров трясло и подкидывало на ходу.

– Слушай, Дэн, – харвестмастер понизил голос. – Если хочешь жить, молчи про слиток, что бы ни случилось.

– Я не идиот, Фрэнк!

Напротив уселся Скотч.

– Я что-нибудь пропустил, джентльмены?

– Дэн нашел наш слиток. – Фрэнк многозначительно поднял бровь.

– И?

– Он считает, что имеет право на долю. И я согласен с ним. Координаты теперь знает только он.

– Ну что ж. Я думаю, там хватит на всех. И это даже не основная проблема. Главное – как выбраться из этой чертовой колонии. Буше раздавит нас, как только мы снова попадем ему в руки. Тем более если он узнает про слиток мобиллиума весом в четыре килограмма.

– Ну, в крайнем случае, он просто отберет его, а мы останемся с носом. Ведь так? – Дэн растерянно посмотрел на скептически улыбающихся беглецов.

Фрэнк сказал:

– Сам по себе этот вес не удивляет. Колония добывает за месяц много больше. – Дэн все еще выглядел непонимающим. – До этого мобиллиум могли перевозить и использовать только в суспензии. Максимальная концентрация – пять процентов. То есть пять килограммов на сто литров воды. Если больше, мобиллиум разлагается. Никому еще не удавалось получить его в чистом виде. А у нас слиток! Начнутся вопросы, всплывет, – Фрэнк запнулся, – еще кое-что. Мы станем чертовски неудобными свидетелями. И ты в том числе, – он ткнул Дэна пальцем в грудь. – Смотри, малыш. И твоя, и наши жизни в твоих руках. Будь осторожен.

– Я понял, – Дэн мельком взглянул на сидевших впереди. – Но где вы его взяли?

– Вот это тебе, парень, знать совсем ни к чему.