Алексей Рыбаков – Бункер. Коды сознания. Вторая книга серии «Коды человечества» (страница 4)

– Идемте, – сказала она, встряхнув своими белокурыми, вьющимися волосами и расправив плечи, направилась в сторону стоящего неподалеку северного Центра СОС.

Через несколько минут их уже вели вглубь бетонных коридоров объекта, где суровые лампы разделяли тьму на прямоугольники. Атланта исчезла за глухой дверью, а Шульберта усадили в небольшой комнате, заставив ждать.

Прошло немного времени – или вечность – прежде чем дверь с глухим лязгом открылась. Перед Шульбертом вновь появился Степаненко: офицерская выправка, заострившийся взгляд, за ним двое молчаливых людей – по форме, по повадкам: профессионалы-спецслужбисты. На столе, между ними, лежали фотоснимки – Алексея, Оксаны и девочек. Фотография Атланты была в другой папке.

Полковник сел напротив, не торопясь начинать разговор. Шульберт смотрел ему в глаза, и тишина в комнате стала почти театральной.

– Вы понимаете, – наконец заговорил Степаненко, – что ваша жена теперь – наш заложник. И ваша судьба зависит от того, как вы нам поможете.

Молчание.

– Где Алексей? Что вы замышляете? Как попали на территорию РФ?

Каждое слово было взвешено, как первая угроза.

Шульберт выдержал паузу, затем медленно произнес:

– Я ищу своего друга. Его держат не здесь… не в этом мире, даже не в вашей юрисдикции. Можете держать меня сколько хотите – время сейчас не имеет значения, Оно вообще перестанет иметь значение, если вы не поможете мне спасти вашу страну… и да и всё человечество в целом.

Степаненко встал, прошелся по комнате и сказал:

– После нашей последней встречи, я уже ничему не удивляюсь, но как вы можете объяснить то, что после чудесного разрешения проблемы с вашими подземными троглодитами и вашего возвращения в Атлантиду с Земли, кристалл Алексея перестал работать? Он стал обыкновенным булыжником.

Степаненко вновь прошелся по комнате.

Шульберт молча слушал его, собирая как можно больше информации.

– Мы предоставили Алексею лучшие лаборатории, угрохали кучу денег в исследования феномена кристалла, но тщетно… Он не работал… Мы уже подумали о том, что вы, улетая, подменили его… Но в какой-то момент блеснула надежда, в один из экспериментов кристалл стал немного светиться изнутри, словно оживая… Но через несколько часов после этого, Алексей пропал… Пропал бесследно… И вот сегодны здесь появляетесь вы…

Степаненко пристально посмотрел на Шульберта.

– Ты же офицер, Шульберт, офицер СОСа, – сказал полковник – бывших офицеров не бывает, несмотря на твои атлантические корни…

Шульберт молчал.

Степаненко продолжал смотреть пристально, не веря ни в мистику, ни в частности.

– Корни здесь не причем, – наконец сказал Шульберт – всё гораздо серьезнее. Мы прилетели помочь в поисках Алексея и вообще …помочь, предотвратить то, что вам всем угрожает.

Шульберт также открыто посмотрел в глаза Степаненко.

– Зачем вы арестовали Атланту? – спросил он.

– Зачем? – вопросом на вопрос ответил полковник —, Атланта – гарантия! Гарантия твоего, Шульберт сотрудничества… сотрудничества и контроля твоих действий. Я не очень верю во всякие потусторонние миры…

Но тут, вдруг, экраны на столе мигнули сами собой, и на них проступил смутный, мерцающий силуэт.

Свет экрана набухал изнутри, как облако над землей, и вот уже явно проступало лицо – суровое и древнее, взгляд, в котором излучал мудрость и вековое величие.

– Здравствуй, Степаненко, здравствуй, Шульберт, – голос, не терпящий возражений, эхом заполнил комнату.

Полковник вздрогнул, попытался выключить монитор, но тот не среагировал. Лицо на экране будто стало живее любых присутствующих. Степаненко узнал его. Это был Тантал, тот самый главный из Атлантов, дед прекрасной жены Шульберта.

– Вы должны нам доверять. Вы не до конца понимаете ситуации с которой столкнулись, – говорил Тантал, – погони за Алексеем, поиски его семьи – лишь часть большой игры. Лаборатория, где держат Алексея, – не просто тюрьма. Там хранят то, что может изменить весь ход истории цивилизации. Не вашего государства – всей планеты. Ваши «противники» – не люди в погонах.

В этот момент еще ярче вспыхнули экраны; невидимый ветер будто зашевелил воздух в помещении.

– За этим кристаллом и за Алексеем стоят силы, о которых вы, земляне, почти ничего не знаете, …лишь самую малость, да и ту многие из вас отвергают, …а некоторые, так просто и возносят в культ… Те, кто держит его, умеют читать сознание, менять будущее людей, и если им удастся пробить защиту разума Алексея, никто на Земле не будет прежним…

Он замолк, и только дрожание изображения да искры на мониторе напоминали о происходящем.

– Шульберт, ты должен вытащить его, даже если ради этого придётся идти на сделку. Атланта в вашей власти лишь пока вы не поймёте масштаба угрозы. Полковник, это не приказ, но – единственно возможный путь. Мы – атланты сможем помочь вам только чисто технически, а главное, что поможет нам всем – это внутренняя сила людей.

Голос затих. Лицо Тантала исчезло с экрана монитора.

В голове Шульберта стучали слова Тантала. Степаненко впервые выглядел растерянным. Он поднялся, задумчиво склонившись над столом.

– Ваша правда, Шульберт, – он говорил тихо, и в голосе его появилась новая, ещё не бывшая здесь интонация – вкрадчивость и страх. – Если есть шанс не только спасти вашего друга, но и… – он замолчал.

– …Но и предотвратить катастрофу, – продолжил Шульберт слова Степаненко – мы должны работать вместе и доверять друг другу. Только учтите – будет непросто. Там где находится Алексей, работают не совсем люди. Вернее, совсем не люди…

***

Где-то в темной глубине бункера, на границе человеческого и нечеловеческого, Алексей вдруг проснулся. В левом ухе зашумела кровь: он почувствовал – кто-то идет, кто-то несет ему шанс. Шанс на бегство – или на новую встречу с тьмой, которую никому не дано победить в одиночку…

Глава 6. Друзья или враги.

Оксана покормила детей, Анютка помогла ей загрузить посудомоечную машину и прибраться в комнате. Их новое жилище, куда их перевели после последнего разговора с полковником Степаненко, напоминало студию. Одна большая комната в виде буквы «Г», с небольшой кухней, оборудованной техникой и что-то типа гостиной, зонированной на спальные места и местом для отдыха. Возле окна, выходящего во внутренний двор базы, была небольшая библиотека с детскими и подростковыми книгами, а также книгами русской классики.

Им было разрешено гулять во внутреннем дворе базы, который включал в себя закрытый павильон с тропическим садом и открытую площадку, распланированную для отдыха на свежем воздухе.

Но сегодня погода была ветреная и девочки решили пойти поиграть в зимний сад.

Их новый дом, если его так можно было назвать, конечно был гораздо лучше их прежней камеры, но мигающие диоды камер, утыканных повсюду, не давал расслабляться и постоянно держал в напряжении.

«Лешка, Лешка…. Где ты? Что с тобой случилось? Жив, здоров ли?»

Эти вопросы постоянно кружились в голове Оксаны. Даже тогда, она играла или занималась с девочками, мысли о том, что это их семья с Алексеем, но пока без него, не отпускали её. И только вот это слово «пока» вселяло надежду и веру в сердце Оксаны, что всё будет хорошо и они обязательно дождутся своего Алешку и снова все будут вместе. И никогда, никогда больше не будут расставаться.

Разлука, это конечно именно то, что проверяет настоящие чувства, но и приносит долго ноющую боль в сердце и грусть в душе.

Чтобы отвлечься от своих мыслей, Оксана взяла с полки томик Чехова и села возле окна, пытаясь углубиться в чтение любимой русской классики.

Прочитав несколько страниц, Оксана поймала себя на мысли, что герои Чехова, со своими простыми, интеллигентными и правдивыми характерами как-то не могут отвлечь её от размышлений обо всём случившемся с их семьей.

Она захлопнула книжку, положила её на подоконник и стала смотреть в окно, перебирая в памяти все события последних лет.

Воспоминания как черно-белое кино всплывали перед её глазами. И почему-то они начались с момента, когда они получили письмо-поздравление с рождением дочки от Вагнера и Атланты. Потом была реабилитация и отдых, организованные им СОС после всех произошедших событий.

Море, солнце, прибой, катание на волнах, песочные замки с детьми, катание на горках, вечерняя набережная, удивительный отпускной вкус шашлыка и южных сладких помидоров с солью и лавашем, вечерняя набережная, звуки «разгуляя» из многочисленных береговых кафешек и удивительное чувство праздника, которое чувствуется только во время отпуска на море, дающее впечатление, что этот праздник не только у тебя, а у всех, кто вокруг. Такая массовая фиеста, продолжительностью в лето.

«Да, это было незабываемо», – с грустью подумала Оксана.

Затем они вернулись домой, Оксана занялась хозяйством и девочками, а Алексей продолжил свою работу в новой лаборатории, которую ему предоставили в СОСе в полное распоряжение.

Но безоблачная полоса их жизни также быстро закончилась, как и началась.

**************

Примерно через неделю работы в лаборатории Алексей пришел с работы сильно озадаченный и даже раздраженный.

– Что случилось, Алешка? – спросила она тогда Алексея.

– Кристалл… – ответил Алексей и мрачно замолчал.

Оксана ждала продолжения, но Алексей больше ничего не сказал, прошелся по комнате, встал у окна, спиной к Оксане, скрестил на груди руки и молча стал смотреть на улицу, на идущий за окном дождь.