Алексей Рябчиков – Плохой день (страница 2)
Чёрные каблуки громко стучали по старому треснувшему линолеуму. Он покрывал пол ещё не совсем древнего здания, в котором находился офис акционерного общества «Чистый дом». Чем занималось это общество — неизвестно. Может, скупало рога и копыта.
Чёрные каблуки, не останавливаясь, достучали до белой двери, а затем вошли в кабинет.
— И чего ты припёрлась сюда в отпуск? — подняв глаза на вошедшую Аню, спросила её коллега, толстая блондинка Люда.
— Да ничего… — Аня плюхнулась на своё рабочее место. — Счета попросили подбить, тебе помочь. До обеда нужно отправить всё в налоговую. И как раз в тот день, когда я должна была встретить папу! Пять лет его не видела, представляешь? Хотя мой муж папу вообще никогда не видел, как, впрочем, и папа — мужа. Вот, захотели познакомиться.
— Пять лет? — удивилась Люда.
— Да, пять лет. Папа иногда звонил, но этого мало, сама же понимаешь…
— А где он столько лет был? За границей, что ли?
— Если бы. Папа скрывался.
— От кого?
— А от кого можно скрываться?
— От ментов, от бандитов, — озвучила варианты Люда.
— Вот у него оба случая. Он вор. — Аня задумчиво посмотрела в окно. — Плохое у меня предчувствие, Виталик один отправился.
— Ой, да что может случиться-то? Встретит он твоего отца, а вечером уже и ты с ним увидишься.
— Что может случиться, говоришь? — хмыкнула Аня. — В прошлом месяце, например, Виталя пошёл в магазин за молоком и возле магазина ему встретилась цыганка. Она сказала, что он очень скоро станет богатым. В общем, он весь свой аванс поставил на хоккей и проиграл. Весь аванс профукал! — Аня задумалась. — Так, мне надо срочно ему позвонить.
Она вынула сотовый из сумочки и набрала номер. Пошли гудки.
— Алло, — протянул Виталя.
Виталя лежал в кровати и жмурился от ярких лучей солнца.
— Не проспи, — проговорила Аня в трубке.
— Не просплю.
— И не забудь: отец будет тебя ждать на улице Фрунзе, дом девяносто три, в одиннадцать.
— Фрунзе? Это же недалеко от Федосеева?
— Да. И не ставь сегодня.
— Конечно, не буду.
— Знаю я твои «конечно».
— Да не буду я!
— Поклянись моим здоровьем.
— Клянусь.
— Ладно, всё, пока.
Виталий убрал телефон от уха и снова нырнул в букмекерское приложение. Он уже выбрал матчи; внизу экрана мигала возможная сумма выигрыша, но Виталя не решался нажать кнопку. Он обдумывал, ждал озарения, хотел быть на сто процентов уверенным, что ставка зайдёт.
Но озарение не приходило. Наоборот, на его кровать плюхнулась богиня сомнения Эрис и провела рукой по его волосам, отчего в его голове возникло ещё больше сомнений.
— Да блин! — Виталя резко сел на кровати. — Зайдёт или не зайдёт?
Он решил поставить по-другому — выбрал другие матчи, и цифра, которая означает возможный выигрыш, увеличилась. Виталя обрадовался, потом посмотрел на небо.
— Всё, последний раз ставлю! — проговорил он. — Если выиграю, больше ставить никогда не буду.
Он нажал зелёную кнопку, ещё раз оценил возможный выигрыш и пошёл собираться на выход.
Через сорок минут он стоял одетый в джинсы и чёрную футболку возле входной двери, в последний раз проверяя, всё ли взял. Затем проверил ставку в телефоне, чтобы ещё раз насладиться цифрой возможного выигрыша, убрал телефон в задний левый карман джинсов, вышел из квартиры и спустился в лифте на первый этаж. Поздоровался с соседкой, которая мыла пол в подъезде, и открыл дверь на улицу.
В воздухе пахло тем, что принято называть летней свежестью. Этот удивительный запах действует на всех одинаково: поднимает настроение и заставляет признаваться в любви жизни, даже если в ней сейчас чёрная полоса.
В жизни Витали никакой чёрной полосы не наблюдалось, она у него была стабильно-серой, и именно поэтому, услышав запах свежести, Виталя остановился и улыбнулся. Ему стало так хорошо, будто он только что выиграл сто миллионов.
— О боже! Боже! Это он! — крикнула полноватая девушка и толкнула в бок свою худую подругу. Они шли по проезжей части в сторону Витали.
— Да не-е, это не он.
— Да ты присмотрись: точно он!
— Ну, если присмотреться, что-то есть.
— Пошли!
Они подбежали к Витале, который сразу же насторожился, будто увидел двух скалящихся собак.
— Это же вы! — крикнула полноватая девушка.
— Что я? — удивился Виталя.
— Он ещё и на русском разговаривает, да лучше тебя, прикинь!
— А на каком мне разговаривать-то?
— На ирландском.
— С чего бы?
— Вы же Колин Фаррелл!
— Я Колин кто?
— Это не он, — проговорила худая.
— Он, он! Колин Фаррелл, вылитый же! — Полноватая толкнула худую: — Посмотри внимательнее.
— Ну, что-то есть, — ответила худая.
— Колин, подпиши мою грудь!
Полноватая начала поднимать футболку, и когда солнечный свет уже озарил её белый пупок, Виталя крикнул:
— Стой!
Девушка замерла, потом вернула футболку на место.
— На груди не хотите?
— Нет.
— Тогда… на бедре распишитесь! — И она начала расстёгивать джинсы.
— Да не буду я нигде у тебя расписываться! И вообще…
— А можно тогда сфотографироваться? Ну пожалуйста! Ну чего вам стоит!
— Ну… ладно, — не сразу согласился Виталя.