Алексей Рупцов – Донбасская аномалия (страница 5)

Я хотел резко ответить, открыл глаза, сделал вдох и захлебнулся кашлем.

– На бок переверни этого чахотошника! – прохрипел дед, и сильные руки Ильи, как у младенца, перевернули меня на любимый левый бок. Изо рта и носа хлынула красная липкая жижа, пачкая и без того забрызганный кровавым месивом пол. Катя помогла мне сесть, и я продолжал кашлять, сплевывая кровяные сгустки. В голове немного шумело, боль в груди понемногу утихала.

– О, очухался, Каспер! – хохотнул старик.

– Кто-кто? – спросил Илья.

– Был такой мультик про доброе привидение по имени Каспер, – ответила Катя вместо деда.

Петрович одобрительно хрюкнул, глядя на Катку с удивлением, но ничего не сказал.

– Антош, ты как? – пропищала Яна, как всегда стоя чуть поодаль, прижав тонкие ручки к груди.

– Не сдох вроде, – прохрипел я, снова прокашлявшись и изрядно проплевавшись.

– А теперь вряд ли и сдохнешь, парень, – сказал дед. – По всей видимости, тебе бессмертие дано…

– Кем дано, дед? – осклабилась Катя.

– А поди знай, милая гадючка, поди знай, – примирительно примирительно сказал Петрович.

– Херь какая-то! – взорвался гневом Илья. – Какое бессмертие, дед? Что это за Годзилла у тебя вместо пса? Что вообще происходит?

Собака, как будто услышав упоминание о себе, грозно зарычала, ритмично постукивая по полу метровым мощным хвостом.

– Ты аккуратнее со словами про Жулю… Она всё-таки дама, – или съязвил, или всерьёз сказал старик. – Тихо, девочка, тихо… Молодой он ещё, глупый, манерам не обучен.

Монстр, словно понимая речь человека, брезгливо мотнул головой, разбрызгивая слюну, и надменно отвернулся в сторону входа в здание.

– Обиделась, что ли? – удивился Илья. – Ну ничёссе… Извините, дамочка, – уже обратился он к собаке.

Животное никак не отреагировало на его слова.

– Вставай давай, чего сидишь, как на выданье? – несколько грубовато сказал мне Петрович.

Я встал на ноги, немного пошатываясь, и сделал робкий шаг. Из-под рубашки на пол посыпались металлические шарики.

– Это дробь… У Мерина, скорее всего, обрез был заряжен дробью, утиной. А его организм, – дед ткнул в меня пальцем, – дробь из себя вытолкал сам… Такая вот диспозиция, ребятки…

– Мы уже нечто похожее видели, – сказала Катя. – Он штырь арматурный из себя сам выдернул и не поморщился…

– Я ж и говорю, не может он помереть… Мда… – дед задумчиво замолчал, почесывая седую голову.

– Ни хрена я не понимаю, что происходит, – продолжал негодовать Илья. – А зачем ты в него стрелял?

– Илья, Петрович не стрелял в Антона. Его застрелил вот он, – Катя указала на лежащую на полу голову в бандане, – а Жуля откусила ему башку, а Петрович завалил рыжего… Он меня спас, Илюш… Спасибо вам, кстати, Петрович.

– Кстати, спасибо не говорят, милая, – нравоучительным тоном сказал дед. – Если благодаришь, то делай это без оговорок. – Помолчав секунду, добавил: – Не за что, девочка, не за что… Это уже были нелюди, а не люди…

Петрович нагнулся, взял за ухо откусанную голову Мерина и вложил в руку обезглавленному трупу. Согнув мертвые пальцы бандита, он запустил их в грязные патлы, просунув под бандану. Поднял и опустил руку мертвеца, проверяя, крепко ли та держит собственную голову.

Довольный результатом, он встал, обтер руки о штаны Мерина, при этом еще больше испачкавшись, как мне показалось, и сказал:

– Так-то оно лучше будет ему… Удобнее… – и обратился к нам: – Всё, ребятки, пойдёмте отсюда… Нельзя, чтобы ночь застала нас здесь.

– Куда пойдем? – насторожился Илья.

– Ко мне домой…

– Подождите, а… – я хотел задать кучу вопросов, но старик перебил меня:

– Идёмте, сейчас резко темнеет, все вопросы обсудим позже… Или у вас есть иные варианты?

Иных вариантов не было…

***

Дорога к дому Петровича петляла через весь поселок. Мы, как обычно, шли друг за другом: впереди старик со своим монстром, потом я, за мной девчонки, а Илюха замыкал нашу мини-колонну. У меня было миллион вопросов к деду, но решимости задать их не хватало…

Смотреть всё время под ноги на потрескавшийся асфальт было скучно, поэтому я глазел по сторонам. А поглазеть было на что!

Деревья! Стволы практически всех деревьев не росли вертикально, как обычно. Они поднимались ровно вверх до определенного момента, а затем что-то или кто-то сгибало их почти под прямым углом! Казалось, какая-то могучая сила пригладила великанской ладонью эти мощные стволы, и они остались наклоненными, не имея силы выпрямиться обратно. Трава под деревьями, напротив, росла ровненько и прямехонько, как ни в чем не бывало.

Но самое странное – это листья! Казалось, что они покрыты воском, блестящим при пасмурной погоде, и, нарушая все законы природы, росли не к солнцу, а строго по направлению сгиба стволов, как будто незримый ветер дул в одну сторону, не давая им принять свое естественное положение.

Отмечая эти странности окружающей флоры, я продолжал думать о том, что произошло. Если это не галлюцинации, а реальность, то мы оказались по самые «не хочу» в дерьме! Мы попали под взрыв, подверглись непонятному воздействию и приобрели странные особенности…

Неожиданно возникла мысль: а какой породы у Петровича пес? И какому воздействию подверглась бедная собака, чтобы превратиться в ЭТО? Не ждет ли и нас то же самое? Вдруг у меня вырастет такой же хвост, как у Жули, или у Илюхи вырастет хобот?

Я рассматривал идущее впереди животное и отмечал, что этот монстр не лишен некоторого обаяния и красоты. Красоты силы, грации, опасности… Сильные лапы уверенно шагали по асфальту, зверь двигался грациозно, играя могучими мышцами, словно огромными жгутами, перетянувшими всё собачье тело. Хвост, неестественно длинный для собачьих пород, у Жульетты (почему-то так захотелось назвать псинку) извивался змейкой, придавая ей некоторое сходство с ящерицей, усиливая фантастический эффект от, и без того, жуткого вида животного.

Я посмотрел на Петровича и спросил с иронией:

– А вот интересно, щенки у Жули могут быть? Какой пес сможет покорить её собачье сердце?

Дед недовольно хрюкнул в ответ, а собака, отстав немного, почти поровнялась со мной. Её длинный хвост, странно изогнувшись, почти обвил мою ногу. Не ожидая подобного, я замер на месте, начиная холодеть от страха. Животное резко дернуло хвостом, делая мне классическую подсечку, и я со всего маху грохнулся на спину, больно приложившись головой об асфальт. Дыхание сбилось, затылок начал ныть.

Я лежал, как брошенный пупс на земле, выставив вперед обе руки и задрав вверх ноги. Зверь догнал хозяина, и они медленно продолжили движение.

– Я же предупреждал, Жуля не любит подобных разговоров, – хохотнул дед, даже не обернувшись. Собака утробно уркнула в ответ.

Друзья помогли мне подняться, дыхание постепенно восстанавливалось, и мы двинулись дальше, догоняя наших проводников, ушедших немного вперед.

Черт, неужели эта собака понимает человеческую речь? Способна на эмоции и соответствующую реакцию? Мистика какая-то… Хотя мистики и ужаса вокруг сейчас было предостаточно, чему я удивляюсь?

Теперь нашу делегацию замыкал я, держась подальше от деда и его питомца. Мы прошли небольшой парк и вышли на какую-то поселковую дорогу, вдоль которой стояли разные муниципальные здания.

Ну прям «Большевичка-Сити» – мелькнуло у меня в голове.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.