Алексей Рупцов – Донбасская аномалия (страница 2)

– Не дождётесь – в ответ осклабился я.

– Ползи сюда, я вытащу!

Я пополз в сторону светового столба, матерясь и сбивая коленки о кирпичную крошку. Заползя в свет я поднял вверх обе руки, ожидая спасения.

– Иди к свету, сын мой! – на поповский манер сверху пробасил Илья, и заржал.

– Чё ржешь, блин? Тащи, Илюх, тут воняет как в морге!

Илюха, продолжая смеяться, начал тащить меня вверх. Лаз был не особо большой, голова и плечи пролезли, боком я за что-то зацепился. Но уже вдохнув свежего воздуха, ощутив лёгкое головокружение от притока кислорода, опёрся на локти и стал вылезать.

Зацеп сбоку мешал, причиняя боль, Илюха тащил меня за шиворот. Внизу что-то хрустнуло, в боку прострелило до темени в глазах, но я всё-таки выбрался!

Ура!!! Мы живы!!!

Я выпрямился во весь рост, жмурясь с непривычки на неярком солнце. Слегка пошатывало, голова подкруживалась. Мои друзья стояли в двух-трёх шагах от меня с испуганными выражениями на лицах, не говоря ни слова.

– Ну че зависли? Че за немая сцена как в «Ревизоре»? -пытаясь приободрить ребят, веселым голосом сказал я

– Твою ж мать – опять выматерился Илья.

– Ииииии – повышая тональность в прогрессии начала завывать Янка.

– Да что, блин? – уже раздраженно рявкнул я.

Янка, продолжая повизгивать рукой показывала на меня, вернее на мой левый бок.

– Зомбиииии… Он зомбииии!

– Антох… Ты это… Как сам? Ничё не беспокоит? – запинающимся голосом спросил Илья.

– Антон! – впервые подала голос Катя – у тебя в боку…

– Что? – я ощупал левую сторону рукой, и…

Ё-мое, у меня в боку торчал кусок арматуры…

– Та что б тебя – психанул я, схватил железяку рукой и резко выдернул из себя.

В глазах на секунду потемнело, Янка взвизгнула еще сильнее, снова выматерился Илья, и как-то странно зашипела Катя. Мне даже показалось на секунду что она как змея высунула и резко спрятала обратно раздвоенный змеиный язык..

Не, глюки это все… Крови много потерял, вот и мерещиться…

У меня же мгновенно перестало болеть в боку, что само по себе странно, я не ощущал никакого дискомфорта, только дико захотелось есть.

– Антош… Ты точно не зомби? – хныкнула испуганная Яна.

Ну вот как злиться на это белобрысое чудо? Я подошел к ней, протянул руку.

– На, потрогай… Живой! – с улыбкой произнес я.

– Не то даешь потрогать. – опять спошлил Илюха, Катя улыбнулась, я хохотнул.

– Дураки оба – уже почти спокойным голосом сказала Яна и тоже улыбнулась, не забыв пальцем в меня всё-таки потыкать.

– Ребят… Это что вообще произошло? – как всегда рациональная Катя задала самый важный вопрос – вы не находите странным ВСЁ ЭТО?

Ответов ни у кого не было.

***

Трасса федерального значения, по которой мы приехали в этот шахтный поселок за приключениями, проходила почти на окраине этого населенного пункта.

Небольшой посёлочек, с максимум двухэтажными домами, и с тремя-четырьмя тысячами жителей, весь утопающий в зелени, уютные красивые дворики, практически частный сектор, радовал бы глаз, если бы не боевые действия, идущие вокруг.

Поселок шахты «Большевичка» находился в нескольких километрах от линии боевого соприкосновения, и поэтому практически был безлюден.

Наша группа из десяти человек, приехавшие на трех машинах, были шокированы увиденным… Значит по зомбоящику не врут! Дела здесь и вправду «пахнут керосином»…

Многие люди покинули своё жильё, побросав практически все. Кое-где стояли пустые дома с заколоченными крест-накрест окнами, дворы поросли травой, подчёркивая свою заброшенность. Особено поразило крайне малое количество всякого рода живности, обычно всегда в изобилии живущей рядом с людьми.

Пробыв почти сутки в поселке, мы не встретили и двадцати человек.

Но всё же люди в Большевичке жили. Работал небольшой магазинчик возле дороги, с очень скудным ассортиментом, изредка по трассе проносились машины, в основном военные, но пару "Жигулей" и один "Москвич-412" мы видели. Изредка даже работала школа, значит и дети в посёлке тоже были.

Наша четверка держалась немного осторонь основной группы, не принимая участия в политических спорах, которые жарко разгорались всякий раз, когда мы натыкались на последствия бомбёжек и любого проявления геноцида местного мирного населения.

Сутки пребывания в «Большевичке» , так в просторечье местные называли свой посёлок, прошел в поисках бомбоубежища на территории одноименной шахты. Выкатив местным алкашам пару пузырей, поговорим с ними, мы узнали много про их ужасную теперешнюю жизнь, про быт в условиях войны, про тяжелую долю, а самое главное – мы узнали точное направление к бункеру, и нас даже сопроводили до места, за дополнительный пузырь, конечно.

На вопрос, почему сами поселковые не прячутся от бомбардировок и обстрелов в этот бункер, ответы были в основном уклончивые. Что я успел понять из их слов, так это то, что уж лучше "сдохнуть в своем доме , чем шкериться в этом проклятом подземелье".

Ну да и ладно, так мы решили тогда… Это их выбор.

Вечером мы в полной снаряге вскрыли дверь в бомбоубежище, благо она была достаточно прогнившая и хлипкая, и залезли в бункер.

Нам предстала обычная прямоугольная комната, с облупившейся на стенах ядовито-зеленой краской, прогнившим деревянным полом, провисшим потолком. В комнате, покосившись на правый бок. стоял такой же сгнивший как и полы, диван с крысиными гнёздами, платяной шкаф, на полу валялся всякий мусор.

На противоположной от входа стене, была запертая железная массивная дверь, изъеденная ржавчиной до дыр, открыть которую нам было увы, не суждено…

Рассевшись на полу, мы тогда начали обсуждать план дальнейших действий. Антон, мой тёзка, мужчина лет 35-40, старший группы, предлагал обустроить здесь мини-лагерь, и пробовать вскрывать таинственную дверь завтра, детально и тщательно до этого осмотревшись. В общем спешить он не предлагал, а настаивал на серьёзном и рациональном подходе к делу.

Трое остальных, Влад, Витя и Сергей, хотели приступить к взлому немедленно.

Еще две девчонки, Ира и Оля, державшиеся с ними, участие в споре не принимали, равно как и наша четвёрка. Спор продолжался, но прийти к единому решению не дал страшный откуда-то удар сверху! Мгновенно заложило уши, я даже успел понять что у меня кровь из них пошла, до того как левую сторону пронзила острая боль и я отключился…

…Сейчас вот мы стояли вчетвером, растерянные, испуганные у обрушившегося входа в бункер, грязные и ободранные, совершенно не понимающие что нам делать дальше.

– Илюх, а остальные? – задал я вопрос.

Илья в ответ просто покачал головой из стороны в сторону.

– Из ребят никто не выжил – ответила Катя. – я сама лично осмотрела и ощупала каждого. Все мертвы… И даже ты… Был…

– А я чё? – не понял я Катиного ответа.

– Антон, мы здесь под завалом провалялись немало времени. Ты понял это наверно по запаху, да?– продолжала говорить Катя – когда мы втроем очнулись, мы первым делом начали поиск живых. Таких не оказалось.

– Ну а я?

– Да твою ж мать, ты сдох, Антон !!! – опять с каким-то шипением на повышенных тонах произнесла Катя – ты не дышал, в боку железяка торчит, и ты уже остыл на тот момент!

Видно было что понять происходящее аналитическому и прагматичному уму Кати , было ой как не просто,равно как и всех остальных.

– Ну видимо ты ошиблась, вот же я стою – попытался я привести хоть какие-то доводы в пользу рациональности.

– Это и странно, прости, Антон.. Ты точно был мёртв. Мертвее некуда, я не могла ошибиться. Но даже если я и ошиблась, то как ты сам из себя вытащил кусок арматуры, которая тебя убила, а!? И при этом, да, ты стоишь сейчас перед нами и задаёшь тупые вопросы, на которые не ответить. Это нормально, как считаешь?

Да уж… Вопрос вопросов, как говорится…

Что-то крайне необъяснимое произошло с нами, это точно.

– Я не знаю что говорить – промямлил я, опасаясь рассказывать им о своих недавних видениях, дабы не посчитали за сумасшедшего.– но вот как-то так оно, ребята…

–Ты сам-то как, Антох?– подал голос очнувшийся от транса Илья.

А действительно, как я? Дико хочется есть, это единственное неудобство которое я сейчас ощущаю.

– Да нормально я, чо ? – отвечаю им похлопывая себя по рукам, животу и бокам…