Алексей Рудаков – За Пологом из Молний #2. Тропы Войны (страница 13)

– Простите, – подняв руку, прервал его Маслов: – Что-то я запутался. Отцы создали вас? И Древних? Одновременно?

– Нет. Презренные воры были первыми. Мы, как и вы, одно из их последних творений. Потом, много после, когда сменилось не одно поколение, эти лжецы заявили, что мол де это они засеяли жизнью галактику. Но мы то знаем – это ложь! Став помощниками Отцов, они похитили их знания, да что говорить! Порталы и те они объявили своими творениями! Объявить-то, объявили, – он злорадно потер ладони: – Но ни одного нового так и не создали! А ведь их просили. Многие просили, и что?

– И что? – Эхом повторил Игорь.

– И ничего! Новая война, после которой от просителей и пепла не осталось!

– Это вы про ту? Последнюю? Но ведь она началась спустя несколько сотен лет, после Великого Ухода?

– Ну, не на следующий день, но и долго ждать не пришлось. Поняв, что секреты Отцов ушли вместе с ними, воры трусливо скрылись, прикрыв бегство огнём войны!

– А Отцы откуда пришли? Я про луч на первой фреске.

– Вот этого никто не знает. Легенды говорят крайне расплывчато. – Развёл руками их спутник: – По одним, Отцы родились в короне молодой звезды. По другим – они были перенесены лучом сверхновой из соседней туманности. Ну а кто-то считает, что они и есть само мироздание, принявшее материальную форму. Единственное, что мы твёрдо знаем, это то, что так называемые Древние – их создания, созданные руками Отцов под этими звёздами! Я бы мог долго говорить на эту тему, но мы уже пришли. – Положив руку на ручку высокой двери, он потянул её на себя, открывая проход: – Прошу! Царь ждёт вас!

– Только после вас, многомудрый Истикриат, – отступив на шаг, поклонился Маслов: – Не гоже гостю вперёд хозяина в дом входить.

– Догадался! Ха! Молодец! – Отступив в проём, сложил руки на груди мужчина: – Но как? Чем я себя выдал? Одежда? Надо было испачкать? Что не так?

– Глазами, повелитель. Даже когда Ваша голова склонялась, взор Ваш был твёрд и решителен. А что до одежды, – Игорь снова поклонился: – Настоящее благородство не нуждается в оправе. Я бы Вас узнал, будь Вы хоть в рубище нищего.

– Хорошо сказано! – Широко улыбнувшись, Истикриат отступил вглубь зала: – Вы не только славные воины, но и искусные политики, воины с Зеи. Заходите! Мне интересно будет услышать вас!

Помещение, громко называемое тронным залом, несмотря на звучность и пафосность своего названия, особым дизайном не отличалось. Даже анфилада с фресками, по которой они шли сюда, и та была отделана гораздо богаче.

Простые, кремового цвета, стены. Небольшое возвышение у дальней от входа стены – на нём стоял трон, более походивший на складной стул, из разряда тех, что называют режиссёрскими. Немного оживляло обстановку большое полотно, висевшее на стене прямо за троном. С него, устроившись посреди белоснежного полотна, на входящих смотрело лицо цвета морской волны, окружённый солнечными лучами. Лик был изображён с доброй отеческой улыбкой, одобряющей и заботливой.

Ещё одним предметом интерьера был стол.

Простой, без изысков, он был сколочен из толстых досок и стоял справа от тронного возвышения, взяв себе в компанию пару таких же простых лавок.

Сказать, что столешница ломилась от яств, значило сильно покривить душой.

Пара некрашеных кувшинов, штуки три-черыре тарелок с ломтями грубо нарезанного сыра. Да пару блюд – одно было полно небольших, с фундук тёмно зелёных ягод, а на втором возвышался небольшой стожок, собранный из свежей травы и крупных листьев.

– И это – царская трапеза?! – Подошедший к столу Чум, удивлённо посмотрел на хозяина: – Я, признаюсь, ожидал нечто…нечто, – не договорив, он уселся на лавку и, с разочарованием, посмотрел на грубо вылепленную пиалу, стоявшую перед ним.

– У нас принято угощать дорогих гостей, – взяв со стола кувшин, Истикриат улыбнулся: – Именно дорогих гостей, тем, что произрастает в этом доме. Не привозными за тысячи тысяч лиг деликатесами, а плодами, выращенными тобой. Но мир наш беден, – он разлил темно красное вино по простым глиняным чашам-пиалам: – Прошу вас, это не легендарная ягода К'ва, дар Отцов наших, но и не сильно хуже. Ах если б могли вы попробовать, то благословлённое вино. – Подняв свою чашу царь покачал головой: – От одного глотка душа воспаряет к небесам и слышит пение мироздания, оплакивающего покинувших его Творцов.

– Мы пили К'ва, – держа свою пиалу двумя руками, поднялся со своего места Чум: – И да, весьма хороший напиток.

– Вы? Когда?!

– Когда Трирему с верфи Сотиса перегоняли. Эта ягода ведь там растёт? То есть – росла. Ну а в трюме корабля оказалось несколько цистерн с тем самым вином. Я вам, потом, ну, когда после переговоров встретимся, пару фляжек принесу.

– Воистину, славный день сегодня! – Отсалютовав ему чашей, Истикриат поднял её на уровень глаз: – Только что! Открылось мне, что дружба наша, коей начало мы кладём за этим столом, долга и крепка будет! Во имя Отцов! – Кивнув, он немедленно приник к своей пиале.

Глава 4

– Хорошо! – Поставив чашу на стол, правитель Астерии подошёл к подиуму и, стащив с него трон, поставил его во главе стола.

– Прошу садиться, – устроившись на своём, хлипком с виду, стуле, он закинул ногу на ногу: – Поведайте мне, о сильномогучие воины, обратившие в бегство тьмы и тьмы легионеров. Поведайте, и пусть сердца ваши да будут открыты, а помыслы – чисты, чем я заслужил такую честь?

– Кхм… Слухи о нашей победе, – покачал в руке пиалу Благоволин: – Несколько преувеличены…

– Скромность – есть украшение девиц, – улыбнувшись, сделал небольшой глоток Истикриат: – Но воинам она не к лицу. Скажите правду – вы победили Имперские силы?

– Да, но…

– Остальное – неважно. Аэды воспоют ваши подвиги так, как нашепчут им музы, и что с того, что в своем красноречии они зайдут слишком далеко? Победа-то – свершилась!

– Аэды – это певцы-сказители, – вполголоса пояснил Игорь и, привстав, коротко поклонился: – Ты всё говоришь верно, о мудрый царь. Но давай оставим аэдам минувшие победы. Не ради похвальбы свершившимся мы пришли к тебе, но ради грядущих свершений! – Пригубив вино в своей пиале, он продолжил: – Ведь мы не можем оставить сказителей без новых тем для их песен?

– Ха! Не можем! Музы искусства нам подобного не простят! И – скажу более! Мне вдвойне счастливо принимать вас сегодня! Такое совпадение не может быть случайным! Уверен – Отцы следят за вами!

– Совпадение? Ты о чём?

– Только утром я принял контракт. Утром! – Он поднял вверх палец: – А стоило только солнцу перевалить зенит, как явились вы, затмевая его своей славой! Это доброе знамение.

– Контракт? – Приподнялся со своего места Благоволин, отставляя в сторону свою чашу: – Я рад, царь, – он поклонился, прижав руки к груди: – Что вы получили новый заказ, но мы тут не при чём. Это совпадение, не более того. Случайное и счастливое.

– Случайностей не бывает. Всё под этими звёздами предопределено. И то, что вы прибыли к началу операции есть знак, что вы, – Истикриат повёл чашей, как бы обводя ею гостей: – Присоединитесь к нам. Разделим же славу, братья-воины! – Отсалютовав ей замершим гостям, он сделал крупный глоток: – Зовите меня Ист. Не к чему нам, среди своих, ломать язык длинными словесами. Дозволяю говорить просто, без славословий.

– Спасибо… Ист, это честь для нас, – сев на лавку, капитан пробарабанил пальцами по столешнице: – Я верно понимаю, что ты хочешь от нас участия в выполнении контракта?

– Верно. И не печаль меня отказом. Мне сообщили, что вы пришли сюда в поисках союза с нами. Это так?

– Ты прав.

– Мы вернёмся к обсуждению союза сразу после возвращения домой. Да будет так! – Допив остатки вина, он посмотрел на Благоволина: – Каков твой ответ?

– А что за контракт?

– Вопрос воина, привыкшего заниматься делом, – кивнул тот: – Стандартный, ничего особенного. На три схватки – одна в поле и две на стенах. За пару дней выполним.

– Мы с вами? – Дося склонила голову к плечу: – Но мы воюем по-другому, не как вы. Как вы, царь, представляете наше участие?

– Я поставлю вас в строй, – прищёлкнул он пальцами: – Как вы, четверо, появились – я сразу понял, что Отцы прислали вас. Мой отряд – пять сотен воинов. Я – пятьсот первый. Понимаете?

– Нет.

– Пятьсот пять! Это счастливое число! Слышите? – Истикриат поднял вверх чашу: – Это шелестят крылья победы, смотрящей на нас!

– Победа – это хорошо, но нам? В строй? – Допив вино, Чум посмотрел на кувшин, но тянуться к нему не стал: – Мы же не обучены вашему бою.

– Это не сложно, – отмахнулся от его слов правитель: – Я поставлю вас в третий ряд – к сариссам. Там всё просто. Стой, да работай копьём.

– Вы дадите нам сариссы? – удивлённо посмотрел на него Игорь: – Те самые? По двенадцать метров копья?!

– И их, и броню, и оплату воина. Станьте одними из нас – скрепим наш будущий союз кровью врагов! Это лучше пергамента.

– Допустим, – качнул головой капитан: – Допустим, вы обучите нас. Дадите оружие, броню. Но…

– Ты хочешь спросить – против кого мы идём, и кто платит? Ответ прост. Сейчас только один полис под атакой. И имя ему…

– Картаг, – выдохнув, потянулся за чашей Маслов: – А стоять нам придётся против Империи…

Тишина, растёкшаяся по залу, продержалась с минуту, прежде чем Благоволин, положение командира обязывало, не нарушил её власть.