Алексей Рудаков – Тропы Войны (страница 23)

– Ну тогда, – капитан встал и решительно тряхнул головой: – Согласен!

– Эх, Чум, – недовольно скривившись, поднялась со своего места, Дося: – Вот опять ты нас в историю втравливаешь!

– А что я? – Вытащив нож, тот срезал с раненой руки бинты: – Я же как всегда, как лучше хотел, – пошевелил он пальцами, проверяя их работу: – Однако, заросло, – объявил он во всеуслышание и, убрав нож, двинулся с площади.

Пять тёмных фигур крадучись двигались от Городских стен.

Накинув на головы капюшоны плащей, они медленно двигались вперёд – туда, где виднелась тёмная громада Зверя, окружённая редкой цепочкой караульных, хорошо заметных на фоне относительно светлого неба.

– И всё же, – шедший рядом с Благоволиным Клеоптр, поглубже запахнулся в плащ: – Шлемы взять надо было. Сейчас бы шли как днём.

– Угу, – обернулся назад Чум: – И транспарант – мол «мы идём ломать Зверя!», да? В этих твоих шлемах нас за километр видно будет. Гребни-то, – он приставил к затылку растопыренную пятерню: – Ого-го, какие.

– Зато видно было б, – плащ Звездорождённого вновь раскрылся и в свете звёзд, желтым светом, блеснула его кираса: – Демоны! – Облегчив душу коротким ругательством, он прижал полы к груди: – А вот шли бы…

– Эй?! Кто идёт? – Стоявший шагах в пятидесяти от них легионер несомненно обладал тонким слухом.

– Кто здесь?! – Повторил он свой вопрос, перехватывая гастату: – Стой! Назовись!

– Не шуми, старина, – выдвинувшийся вперёд Маслов, поднял руку вверх, приветствуя стражника: – Свои. Кому тут ещё быть? Клянусь Плутоном, я бы лучше вино в лагере пил, чем ноги по этим камням ломать!

– Ааа… – Разочаровано опустив копьё, легионер тоскливо посмотрел назад, туда, где светилось зарево лагеря: – Центурион на разведку послал?

– Он самый, – подойдя к нему, развёл руками Игорь: – Иди, говорит, оцени нашу долю. Что б вороны его печень склевали!

– И что там, – окончательно расслабившись, стражник опёрся на копьё: – В Городе – что?

– Да ничего, тихо там. Эти, ну наёмники которые, пьяные спят. Стражи на улицах нет, Город – как вымер.

– Пьяные? Это хорошо. Значит завтра бой будет лёгким.

– Угу, если наши не перепьются, вон гляди, – Маслов вытянул руку к лагерю: – Во всю гуляют. А мы с тобой… Эххх!

– Ничего, старик, – рука легионера легла на плечо Игоря: – Скоро смена и я надеюсь – всё там не выжрут. Ого! – Ощутив под пальцами броню непривычной формы, он удивлённо поднял голову, вглядываясь в лицо собеседника: – Странная броня. И тебя, старик, я не узнаю. Кто ты? Назовись! – Сделав шаг назад он начал приподнимать гастату, но за его спиной мелькнула чёрная тень и стражник принялся медленно оседать на камни с неестественно вывернутой головой.

– Вот так… Тихо-мирно и без крови, – Чум, осторожно уложивший тело на камни, присел на корточки, оглядываясь по сторонам.

– Ну и нахрена ты его убил? Оглушить не мог? – Неодобрительно покачал головой Игорь: – Чего нам трупы плодить?

– Я ему услугу сделал, – прикрыв убитого его же плащом, он положил сверху несколько камней, фиксируя материю.

– Это какую? Шею с одного раза свернул?

– Мы пришли ломать Зверя, – выпрямившись, он отряхнул ладони: – Он его охранял. Зверя мы сломаем. Что его ждёт? Вот… А так – запишут в погибшие при атаке на Красноглазого этого. Глядишь – родственникам ещё и премию выпишут. Понял?

– Ты, блин, прямо сама добродетель, – покачал головой Игорь, явно не одобрявший произошедшее: – А об остальных что? Тоже – вот так? Позаботишься?

– Зачем? Проход открыт, – Чум махнул рукой в сторону тёмной массы, возвышавшейся перед ними: – А что до остальных – так им не повезло. Что поделать – мы же не благотворительная организация.

Вблизи, сходство с тепловозом, только усиливалось.

Длинный корпус, опиравшийся на два десятка блестевших в свете звёзд металлических колёс, казалось только-только сошёл с рельс. Прямая как стрела колея, двумя ровными линиями протянувшаяся в сторону лагеря, только усиливала это впечатление.

– Думаю, подниматься надо здесь, – Благоволин, пробежавшийся вдоль корпуса, показал рукой на небольшую верёвочную лесенку, едва не касавшуюся каменистой почвы: – Пошли, – подавая пример он ловко вскарабкался по ней на верх и пропал из виду.

– Так, – его фигура тёмным силуэтом высветилась на фоне звёздного неба: – Поднимаемся по одному. Тут площадка есть. И дверка. Клеоптр, Иг – остаётесь внизу. Страхуете. Чум, Дося – ко мне.

Не став спорить, парочка, оставленная внизу, молча уселась на землю, привалившись спинами к колёсам. Чум же, галантно придержав хвост лесенки, дождался пока Дося вскарабкается наверх и только после этого последовал за ней.

Раздавшийся сверху негромкий скрип, заставил оставшихся внизу нервно вздрогнуть, а проявившаяся после тонкая полоска света, впрочем, тотчас пропавшая, подняла их на ноги.

– Чёрт! Так нас запалят! – Подойдя к лесенке, Игорь посмотрел наверх: – Наверное, уже внутри, – покачал он головой, не сумев разобрать что-либо в темноте наверху: – Лишь бы охрана не всполошилась.

– Да не заметят, – расслабился Клеоптр, убирая выхваченный было меч: – Дремлет охрана. Да и стоит она спиной к нам. Они же от тех, кто снаружи охраняют.

– Думаешь? А звук?

– На таком расстоянии? Брось, – запахнув плащ, он зевнул и уселся на место: – Садись, подремлем, пока.

– Не думаю, что дремать сейчас это, что мы можем себе позволить, – покачал головой Маслов: – Всё же война.

– И правильно думаешь, легионер! Встать! – Резкий окрик прямо-таки подбросил Клеоптра в воздух – прямо напротив них стоял, кутаясь в такой же чёрный, как и у них плащ, человек.

– Ишь, р-р-распустились, мер-р-рзавцы! – Взрыкивая, он отбросил в стороны полы плаща и в свете звёзд блеснула лорика, чью поверхность украшали круглые диски наградных фалер: – Бездельники! Запор-р-рю! Вы службу несёте или где?! Почему не в оцеплении?!

– Так мы, это, господин, – начал было лихорадочно оправдываться Маслов.

– Что?! Молчать! – Появившийся в его руках шлем с поперечным гребнем, однозначно показал его ранг – перед ними стоял центурион.

– Легион доверил вам охранять Зверя! А вы?! Спать?! Значит так! – сложив руки на груди, он покачал головой: – За ненадлежащее несение службы вы будете наказаны! Оба!

– Но господин, – запротестовал Игорь: – Мы несли её самым надлежащим образом. Мы прибыли сюда заранее и ожидали смены часовых, понимаете?

– Что прибыли заранее – молодцы, но прибыть сюда вы должны были с вашим разводящим! Его имя – он тоже будет наказан! Имя! Ты! – сделав шаг вперёд, центурион ткнул пальцем в грудь Клеоптра: – Назовись!

Толчок оказался слишком сильным – не ожидавший подобного Звездорождённый пошатнулся и непослушные полы плаща разошлись в стороны. Его броня словно только того и ждала – поймав слабый свет звёзд она ответила мягким золотым сиянием, приведшим проверяющего в состояние ступора.

– Это… Это… Что?! Это не… Измена! – Взревел он спустя несколько секунд, отшатываясь и выхватывая меч: – Тр-р-рево… – Его раскатистый рёв сменился хрипом, когда клинок Клеоптра воткнулся ему в шею, едва не отсекая голову от тела.

– Вот же… – Меч Маслова блеснул в свете звёзд: – Наших предупредить надо, – покосился он наверх, краем глаза замечая, как едва заметные фигуры караульных вдруг дополнились яркими точками фонарей. И, что самое поганое – эти точки двигались к ним.

– Вниз! – Поняв, что более скрываться не имеет смысла, заколотил он рукоятью меча по колёсам, наполняя всю округу звонкими ударами: – Капитан! Чум! Дося! Вниз!

– Я прикрою, – шагнув навстречу огням, Клеоптр сбросил плащ, и его фигура заиграла золотом в свете множества фонарей, направленных в сторону звона: – Торопи своих, – бросил он через плечо, делая ещё шаг вперёд: – Торопи! – Изогнутый клинок тонко запел, разрубая броню самого быстрого легионера: – Второй!

– Вот ни на минуту вас оставить нельзя! – Голос Доси раздался одновременно со звуком открываемой двери и пространство внизу слегка осветилось бьющим изнутри Зверя светом: – Вы что? – Увидела она подбегавших к ним легионеров: – Весь лагерь на ноги поднять умудрились?!

– Помоги лучше! – Игорь, отбивавшийся сразу от двоих, шаг за шагом отступал к колёсам. Улучив момент, он метнул снятый плащ в одного и пока тот выпутывался из накрывшей его ткани, торопливо ткнул остриём другого, задравшего голову вверх, при появлении девушки.

– Ты и сам неплохо справляешься, – спрыгнув вниз, она перекатилась через голову и, не вставая, сбила ближайшего солдата, подсечкой: – Сейчас наши будут, заканчивают они там. – откатившись назад – ближайшие легионеры замерли, когда мимо них промелькнули стройные ножки, Дося одним движением встала: – Ну? – В её руке блеснул клинок: – Чего уставились? Женских ног не видели?! Кто потрогать хочет? – Лезвие качнулось и солдаты, словно пробуждённые этим движением глухо заворчали, медленно приближаясь к ней.

– Не так быстро! – Соскользнувший вниз по лесенке Благоволин, шагнул вперёд, широко махнув мечом: – Не про вас подруга, упыри имперские! Ха! – Повернув голову, он подмигнул Игорю: – Вот всю жизнь мечтал так сказать!

– И это последнее, что ты скажешь! – У напрыгнувшего на него легионера посреди груди красовалась круглая фалера со скрещёнными мечами: – Я! Доклетиан! Легионер первой манипулы первой центурии говорю тебе! Ты… – Всхрапнув, легионер первой манипулы первой центурии начал заваливаться на бок, а на его месте появился Клеоптр: – Много говорит. Труп! – Резко взмахнув мечом, он набросился на стоявшего рядом солдата.