Алексей Рудаков – Парные юридические категории: теория прав и обязанностей. Монография (страница 5)

В-четвертых, научные категории предельны в рамках данной системы знаний. Они являются частью философского, межотраслевого и отраслевого знания. Предельность категорий определяется невозможностью дальнейшего обобщения признаков объекта в границах приведенных систем знания. Это обусловливает возможность включения в структуру категорий менее абстрактных понятий.

В-пятых, научные категории фундаментальны, т. е. играют в процессе познания фундаментальную логико-гносеологическую и методологическую роль. Научная категория – это в определенной степени теория своего объекта отражения. Мышление в форме категорий содержательнее, полнее, универсальнее, чем простое созерцание, т. к. оно позволяет глубже проникать в явления, устанавливая их свойства, внутренние и внешние связи и переходы. Без научных категорий познание обойтись не может, т. к. отсутствие категорий не позволяет выйти за пределы опыта.

Процесс выявления научных категорий происходит в рамках исследования предметов, явлений и составляет содержание категориального метода познания. Данный процесс имеет свои ступени развития.

В.И. Ленин предложил известную формулу познания: «От живого созерцания, к абстрактному мышлению и от него к практике». С точки зрения осмысления категориального метода познания особый интерес представляют первые два этапа познавательной деятельности.

«Живое созерцание» (ощущения, восприятия) представляют собой исходный пункт любого познания реальной действительности. Вне живого созерцания человек не может накопить какого-либо минимума знаний с тем, чтобы впоследствии оперировать теми или другими понятиями, создавать теории и т. д. Живое созерцание само по себе не позволяет исследователю проникнуть в сущность явлений, поскольку в результате восприятий, ощущений он знакомится преимущественно с формой конкретных фактов действительности, их внешней стороной.

Как верно подметил О.А. Красавчиков, на этой ступени не может быть достигнута цель научного познания – «открытие объективных законов, управляющих развитием процессов в природе и обществе»³⁰.

В рамках этого этапа собирается необходимый научный материал, из которого складывается фактический базис всех последующих познавательных акций.

Научный материал – это определенная совокупность установленных и соответствующим образом зафиксированных фактов реальной действительности. Под фактом обычно понимается явление материального мира, существующее независимо от нашего сознания. При этом не исключено отклонение теоретического образа от жизненного оригинала, но это не меняет положения о том, что наши представления о факте остаются лишь отражением реальной действительности в нашем сознании.

Факты должны быть адекватно отражены в сознании и описаны, только такие факты являются основой истинного знания. Напротив, неадекватное чувственное восприятие или ошибочная фиксация научного факта дадут о себе знать лишь в практической реализации выводов науки, поскольку указанные ошибки почти не устранимы в процессе и посредством абстрактного мышления; последнее опирается на научный материал независимо от того, соответствует ли он реальному положению вещей или является результатом случайного, необъективного набора фактов.

Как отмечал М. Бертло: «Изучение фактов – начало всякого знания. Установив факты, человеческий ум стремится к их сопоставлению и установлению связывающих их общих отношений: это – то, что мы называем научными законами, и на этих-то законах зиждется всякое приложение науки, все равно, к существованию ли отдельных личностей или целых обществ»³¹.

Научные законы устанавливаются при помощи особых способов. Мы уже отмечали, что для выявления научных категорий используются такие способы установления связей между предметами, явлениями, как анализ, синтез и обобщение.

Существует мнение, что применительно к социальной среде такие способы познания неприменимы. Так, О.А. Красавчиков писал, что «правовая материя, равно как и иные явления общественной жизни… по своей природе не могут быть подвергнуты… естественно-научному анализу в силу двух следующих обстоятельств.

Во-первых, элементы предмета отраслевой юридической науки, в том числе и обладающие материальным содержанием, не имеют вещественной формы, которая могла бы составлять объект естественнонаучного анализа. Естественнонаучный анализ, к использованию которого обращается практическая юриспруденция, не решает сам по себе и не может решать правовых вопросов.

Во-вторых, указанное обстоятельство не может иметь места в силу того, что социальные явления в отличие от ряда природных вещей и фактов не могут быть вырваны (изолированы) и разложены (проанализированы) как таковые в их реальной конкретно исторической форме без того, чтобы этот анализ не сопровождался лишением соответствующего предмета исследования его естественно исторической жизни»³².

Весьма спорное утверждение. Ведь анализ и синтез как способы познавательной деятельности уже давно вышли за пределы исключительно естественных наук, приобрели универсальный характер. Более того, использование этих способов в самих естественных науках не обязательно должно опосредовать фактическое расчленение или объединение частей вещественной формы предметов. Например, многие явления физического мира анализируются исключительно умозрительно, в силу их слишком большего или слишком маленького размера.

В этой связи представляются спорными доводы автора относительно необходимости выделения как самостоятельных способов познания естественнонаучного анализа (синтеза) и общенаучного теоретико-аналитического (синтетического) приема познания. Автор пишет: «Общность и различия между естественнонаучным анализом (синтезом) и общенаучным теоретико-аналитическим (синтетическим) приемом познания заключается в следующем. Оба эти приема предполагают наблюдение и известную фиксацию научного материала. Однако если в процессе первого из названных приемов происходит реальное воздействие (разложение, соединение) на конкретное явление, предмет материального мира (часть природы), то при теоретико-аналитическом… рассмотрении никакого внешнего или внутреннего физического, химического и т. п. воздействия на предмет исследования (явление социальной действительности) не происходит. Здесь исследователь лишь мысленно расчленяет и синтезирует данный предмет, абстрагируясь от тех или других сторон, свойств, не являющихся существенными»³³.

Использование универсальных способов познания – анализа и синтеза не должно, на наш взгляд, связываться только с фактическим или только с мысленным воздействием на объект. Это сложная по своему составу деятельность, объединяющая и фактическое и умозрительное воздействие. Любое фактическое является одновременно и умозрительным. Более того, иногда, как мы уже отмечали, фактическое воздействие на объект невозможно даже в рамках естественного знания.

Несостоятельным, на наш взгляд, является и аргумент относительно невозможности анализа социальных явлений без лишения их естественноисторической жизни. Во-первых, умозрительное исследование социального явления не требует фактического воздействия на него. И в этом смысле сам объект исследования существует в естественноисторической среде. Во-вторых, исследование социальных объектов может проходить в рамках социальных экспериментов, когда изменению подвергаются отдельные аспекты естественной среды существования объекта, но для самого объекта среда по-прежнему остается естественной.

В этой связи интересной представляется высказанная Г. Спенсером позиция относительно схожести подходов в исследовании естественных и социальных явлений: «Мы обыкновенно сравниваем нацию с живым организмом, мы говорим о политическом теле, об отправлении различных его частей, о его росте, болезнях, – точно будто это какое-нибудь создание. Но мы обыкновенно смотрим на эти выражения как на метафоры; мы мало обращаем внимания на то, до какой степени тут она близка к аналогии, и в какой мере она может найти свое осуществление в действительности. Сходство между организацией общества и индивидуума до такой степени полно, что в подобных выражениях заключается нечто большее, чем простая аналогия»³⁴.

Пожалуй, еще одним доказательством возможности проведения аналогии между категориальным методом познания естественных и социальных объектов выступает использование в процессе обобщения научного материала статистики и экспериментов.

Количественное изучение научного материала дает богатую пищу для размышлений, для выяснения специфических качественных сторон фактов, образующих данный материал. Закономерности общественных отношений проявляются в значительной массе явлений, но не в единичных, хотя масса и представляет собой носителя единиц, состоит из последних. Случайные отклонения закономерностей в тех или других конкретных (частных) случаях, индивидуальных явлений при большем количестве обследуемого материала взаимно погашаются, обнаруживая социально необходимую линию развития, вскрывая тем самым соответствующую закономерность, управляющую развитием соответствующих отношений.

Эксперимент является одним из способов изучения реальной действительности. Обладая рядом бесспорных преимуществ в указанном отношении, экспериментирование не исключает и не подменяет иных приемов и форм научного исследования, как то: наблюдения, количественных измерений и т. д. Эксперимент является формой практического (опытного) исследования, а значит, этапом на пути выявления научной категории.